уже в конце разговора мужчина сообщил что убитый был ее мужем.
Спустившись со столба, дал команду собрать все имущество и погрузить в машину. Один из солдат спросил что делать с трупом?
— В кузов! — Кратко приказал я. Подойдя к машине, спросил бойца: — Ну как? Освоил?
— Да! Товарищ лейтенант, освоил. Только в начале немного растерялся, здесь нет стартера и аккумулятора, пришлось ручкой заводить.
— Ну вот и хорошо, будем ехать не быстро, смотри не врежься в нас! Понял!?
— Так точно! Товарищ лейтенант!
Ехали мы не спеша, внимательно осматривая линию. Пару раз останавливались, и я на "кошках" поднимался на столб и проверял линию. Пока удавалось связываться только с Луцком, обрыв был где-то дальше, в сторону Владимира-Волынского. Проехав еще километров пять, в лесу мы нашли еще один обрыв, правда столбы были целые, срастили, и наконец-то смогли связаться не только с Луцком, но и с Владимиром-Волынским.
— Луцк! Луцк! Ответьте!
— Кто это?
— Монтер на линии из Владимир-Волынского!
— Что у вас случилось?
— Немцы форсировали Буг. С ними бьются пограничники.
Я уже хотел слазить со столба, как неожиданно зазвонил мой телефон. Взяв трубку я хотел уже представиться, но услышал, как луцкая телефонистка, уже другая, в это время как раз устанавливала связь:
— Владимир-Волынский? ... Танечка, ты? Не спи, миленькая, дай мне линию для военного начальства, соедини, золотце, с "Березой"... Что?! На повреждении?.. А Устилуг?.. Ясненько.
Тут из БТРа высунулся радист и закричал:
— Товарищ лейтенант! Слазьте скорей, "Гвоздика" вызывает!
Спустившись вниз, и взяв у радиста шлемофон, сказал ему: — Запомни боец! Слазят с ..., а со столба всегда либо спускаются, либо падают!
После вставленного пистона, я связался с Нечволодовым и доложил полученную информацию. Поблагодарив, он приказал следовать дальше на север и выяснять обстановку.
Том 2 Фрагмент 29
Глава 13
Лейтенант Негурица
22 июня 6-40 МСК
год пока непонятен
р-н местечка ЛОКАЧИ
Направление поиска — юг
Как нам ни казалось, что такое невозможно, мы все-таки оказались в прошлом, на сорок лет назад. Здесь была настоящая война, где в любой момент можно погибнуть, получить ранение, попасть в плен. Скорее всего, мы больше не увидим своих родных и близких. От осознания этого факта многим нашим становилось сильно не по себе. Но сделать ничего было нельзя, раз уж попала собака в колесо, пищи, а беги. Остается только показать, на что мы способны и успеть залить побольше горячего сала немцам за шиворот. Именно эта мысль позволяла сохранять хоть какое-то самообладание.
Если говорить абсолютно честно говоря, именно из-за этих своих размышлений я чуть не прозевал время сбора. Пришлось очень быстро и дружно грузиться на опоздавшую броню и в хорошем темпе лететь к КШМке подполковника Нечволодова. Хотя нам и удалось каким-то чудом не опоздать к назначенному сроку, но прибыли мы самыми последними. БТРы остальных групп уже были на месте, и их командиры со своими людьми стояли перед командно-штабной машиной нашего подполковника.
На юг, как раз в нужном нам направлении уходила неширокая, то ли просека, то ли старая, заросшая невысоким кустарником, дорога. На моей карте семьдесят второго года ее и в помине не было, и куда в конце она нас приведет, я не знал. На текущий момент главное, что шла она в нужную нам сторону. Вся моя группа, по хозяйски расселась сверху на броне, и каждый из бойцов глядел в своем секторе наблюдения, которые были распределены заранее, ну а я в основном поглядывал за ними. Достав самодельную, сделанную фактически на коленке за полчаса гарнитуру на длинном кабеле, я подключился к внутреннему переговорному устройству. Самоделка имела то преимущество, что у нее был только один наушник, и второе ухо оставалось свободным. Имея связь с водителем и пулеметчиком, я в то же время слышал, что творится вокруг. Основным неудобством для всех нас были ветки деревьев, которые так и норовили нас хлестнуть.
Дорога эта, иногда делая небольшие изгибы, шла пока в нужном направлении, и часа полтора мы проехали без особых приключений, и только звуки канонады на западе постепенно становились все тише и глуше. Наша полудорога, полуколея, полупросека постепенно стала заворачивать влево, и скоро впереди показался просвет между деревьев. Остановившись, мы спешились и растянувшись в цепочку по фронту стали осторожно приближаться к этому просвету. Это оказалась довольно большая поляна, на краю которой был небольшой холмик, под которым сходилось несколько грунтовок.
Колеи на них были в основном мало наезженные, кроме одной. Подходившая к поляне с запада, она уходила на северо-восток. Невооруженным глазом видно было, что по ней в последнее время было самое интенсивное движение, и скорее всего грузовых автомобилей, так как присутствовали многочисленные следы от протектора шин немаленького такого размера.
Вызвав на связь «Гвоздику», я попросил разрешение проверить эту дорогу, высказав предположение, что конечным ее пунктом может быть какой либо объект. В то время в народном хозяйстве, тем более в западных областях, присоединенных к СССР в тридцать девятом году, автомобилей было очень мало, а чтобы так накатать дорогу, по ней должны проехать не один раз, не один десяток машин, которые были, в основном, у военных или у госучреждений.
Получив на это разрешение от командира, мы направились по
