мне отвлечься на музыку и закрыть глаза, как тотчас почувствовала горячие руки на своей правой обнаженной груди, которые нежно ее ласкали, вызывая огненные импульсы во всем теле, собирающиеся и закручивающиеся в тугой узел внизу. И когда он только успел незаметно оттянуть кружевной лиф?
— Ахх! — Ксавьер ловким движением приспустил платье со второго плеча, и теперь обе мои груди оказались в его сладком плену.
Не останавливаясь и не прерывая ласку ни на секунду, муж решил исполнить финальное па. Наклонился, подхватил правой рукой за спиной, заставляя мой корпус отклониться назад и потерять равновесие. И я, можно сказать, повисла у него на руке.
Это было так сладко и так … порочно. Учитывая, что теперь моя обнаженная грудь находилась на уровне его глаз и, судя по расширенным и блестящим зрачкам, он этого и добивался…
Внезапно он склонился сильнее, его теплые мягкие губи коснулись моих возбужденных вершин, и непроизвольно из моего рта вырвался сладостный стон.
Услышав его, Ксавьер усилил напор, наслаждаясь моей беспомощностью и своей властью над моим телом.
— Ты такая красивая… нежная… словно хрупкий цветок… я хочу тебя… с того дня, как впервые увидел в дверном проеме… такую смелую и решительную… не испугавшуюся подойти ко мне и поцеловать…я ведь ожил благодаря тебе… твоей вере… прости, что не рассказал, когда использовал амулет, я хотел проверить… и это было роковой ошибкой… ты — моя… а я — твой… навсегда. Прости…
Я понимала, он хочет выговориться, но мне хотелось другого. Мое разомлевшее тело жаждало более смелой ласки, любви. Хотело прочувствовать мужа, полностью, заполняясь им до предела…
— Ксавьер… — прошептала я, поднимая ладонь и накрывая ею его теплые губы. — Помолчи…
Он поднял на меня затуманенный взгляд. Прищурился, затем хищнически, по-звериному облизнул губы и с ухмылкой на губах втянул и начал облизывать подушечки моих пальцев.
От этой неожиданной и порочной ласки я тяжело задышала и мое тело прогнулось, еще сильнее выгибаясь ему навстречу.
Не знаю, как так случилось, но еще секунда — и я стояла перед ним совершенно нагая, а мое платье порванной тряпкой валялось у моих ног.
Аккуратно поставив меня на ноги, удостоверившись, что я стою и падать не собираюсь, Ксавьер достал из посылки красивый футляр, из черного бархата, открыл, и моему взору предстало изумительное колье, филигранной ручной работы.
Камни загадочно переливались в свете свечей, создавая причудливые блики в купальне.
Аккуратно подобрав мои волосы и открыв шею, в полной тишине муж надел его на меня и провел по нему пальцами.
— Существует легенда. Когда дракон находит свою истинную — свою судьбу, он дарит ей самое дорогое колье из своей сокровищницы. И это мой дар тебе. Я нашел тебя и никогда не отпущу.
— Но я не… — хотела возразить, помня, что я истинная его кузену. Но муж не дал.
С дикой жаждой он накрыл мои губы своими, подчиняя и задавая бешеный ритм.
Я задыхалась от его жгучей, порой агрессивной ласки, его напора. Но не отстранялась, наоборот, хотела еще.
И чем дольше он меня целовал, заявляя права и будто меня помечая, тем сильнее тянуло внутри, внизу живота, требуя немедля заполнить образовавшуюся пустоту, слиться с ним воедино.
Но Ксавьер тянул, заставляя меня стонать и чуть ли не выпрашивать взять меня, прямо сейчас, на месте.
Неожиданно он подхватил меня на руки, и шагнул к купели. Я видела, как он поморщился и дрогнул от боли, видимо нагрузка на ноги оказалась слишком велика.
Но он не дал мне задуматься и развить мысль дальше. Сел на деревянный край купели, уложил меня на живот, головой вниз, и начал...
— Ахх… оххх… — громкие пошлые вздохи вырывались сами собою, когда его левая рука грубо ласкала мне грудь, а правая — коснулась моего влажного лона, вызывая дрожь, а затем его палец скользнул внутрь, даря телу то, что оно жаждало.
Стон разочарования сорвался с моих губ прежде, чем я успела его сдержать. Мне было мало. Катастрофически мало. Я хотела его. Всего.
— Потерпи…Ты слишком узкая… Я не хочу, чтоб тебе было больно... — на этих словах его второй палец скользнул вглубь, заставляя меня выгнуться и податься навстречу. И тогда он ускорил ритм.
— Оооо! Аххх! — то и дело слышались мои тихие стоны.
— Аййй. — громко взвизгнула я, неожиданно почувствовав холод. Там...
— Это мазь… — губы мужа прошлись по моей пояснице, запуская новую череду мурашек, затем он слегка прикусил мои ягодицы, и в этот момент я почувствовала, как добавился третий палец. И меня повело… Струна внутри меня натянулась и вот-вот грозила взорваться.
Я чувствовала его движения, совпадающие с моим учащенным дыханием. Они словно растягивали меня, подготавливая к большему, к тому, чего я так страстно желала и, оказывается, так давно хотела, не признаваясь в этом даже себе.
Вот темп ускорился, и я потеряла всю связь с реальностью. Мое тело содрогнулось, унося меня на вершину блаженства. В висках застучало, а пальчики ног задрожали.
— Аххх. Мне так хорошо! — прошептала я, обмякая в его руках, и погружаясь в какое-то приграничное состояние неги.
Ксавьер аккуратно меня приподнял, усадил себе на колени. И сжав, словно в тисках, в своих крепких объятиях, тихонечко прорычал:
— Вот теперрррь ты готова…
88. Брачная ночь
Я сидела на коленях мужа, приходя в себя после первого пика. А его губы нежно играли с моей мочкой уха, то прикусывая, то отпуская.
Когда дыхание восстановилось, а мозг начал немного соображать, я попыталась привстать, с колен, но тут же получила игривый шлепок по своей ягодице.
Упав обратно в его объятия, я явственно чувствовала, как сильно возбужден и настроен на продолжение муж.
Теперь я была абсолютно уверена, болезнь отступила, и мужской несостоятельности более нет. А это значит, мы сможем жить полноценной семьею, и возможно появится шанс зачать детей.
Надо будет обязательно поговорить с лекарем Кронсом и попросить посмотреть мужа. Уверена, он тоже будет весьма впечатлен произошедшими переменами. Но а сейчас...
Желая сделать Ксавьеру приятное, потянулась, чтобы достать ЕГО ладонью, но муж снова шлепнул меня, в этот раз по руке.
— Уххх, нетерпеливая! — со смешком прорычал прямо в губы и ворвался языком в мой рот. Это было так волнующе и в то же время сладко...
На мгновение я отвлеклась, и очнулась лишь почувствовав кожей теплую воду. Мы стояли в
