Он уже не реагировал на её слова, сомкнув веки.
На пути к телеге она обогнала ковылявшего гнома.
- Байлур, скоро всё пройдёт – я знаю способ.
- Опять будешь жечь свой демонский парик? – заорал он ей вслед, но она проигнорировала его слова, подбежала к телеге, аккуратно уложила волос на край деревянной оглобли и стала высекать искры...
- Обернись день, обернись день, обернись день...
Вспыхнул яркий свет и Байлур, который уже почти добрался до неё стал вдруг расплываться в тумане, кружиться как в водовороте, а следом за ним и всё вокруг.
***
- Этот шрам я получил в самый первый день. До сих пор ноет, гад. – Отмытый и довольный Саир уплетал свежие рыночные булки, продолжая отвечать на бесконечные вопросы. Парочка выставленных напоказ на руках свежих «шрамов», нанесённых по его просьбе котом, была как нельзя кстати.
Айна сидела на кухне в доме Тариуса и пыталась проанализировать только что произошедшее. Очнулась она с первыми лучами солнца, и дальнейшие события с точностью повторяли произошедшее в прошлой версии сегодняшнего дня. Тот же вернувшийся Саир. Та же беседа. За одним единственным исключением – сама она прекрасно помнила о том, что день этот уже случился когда-то, а вот все остальные, судя по их поведению – нет. А через некоторое время проявилось и ещё одно отличие – того самого волоса «Обернись день» не было больше в ассортименте Фар.
- Ты точно уверена, что больше не хочешь оставить нам никаких других волос? – спросила она Фар, изучив все бумажки с мелким текстом.
Фар удивилась вопросу, но ответила.
- Нет, это всё, чем я могу пожертвовать.
Айна решили для себя, что надо быть настороже и следить за другими отличиями нового дня. Хотя, с другой стороны, всё это по большому счёту было не так уж и важно. Ведь самое главное произошло – живой и невредимый Саир стоял перед нею, а у Байлура голова вращалась в правильном направлении.
Лишь одно сильно беспокоило её – как предотвратить повторение сегодняшних событий? Ведь второго такого же волоса у неё не было. Подумав, она решилась пойти на некоторые меры, зная, что их могут встретить в штыки. Поэтому, оказавшись за городскими Эстагардскими стенами наедине с Саиром и Байлуром, она подняла руку вверх и откашлялась, привлекая к себе внимание.
- Ты что-то сегодня напряжена, мышонок, - заметил Саир, усаживаясь поудобнее в телеге. - Если у тебя найдётся минутка-другая для массажа спины...
- Ещё раз назовёшь меня мышонком – отрублю тебе руку, - ответила она грозно, на что среагировал даже Байлур, сморщив нос. – Слушаем внимательно. Говорю один раз. Кто не услышал – останется без ушей. В связи с тем, что уровень ответственности, а вернее безответственности среди некоторых членов отряда стремится к абсолютному нулю...
- Тут я бы возразил, - Саир пытался перебить её, но тут же пожалел, потому что взгляд, которым пронзила его Айна не оставлял возможности для сопротивления.
- А те, кто перебивают меня, не дослушав – останутся без всего остального. Так вот, правило первое. В пути мы не заводим НИ С КЕМ разговоры. Я сама решаю, если и с кем нам стоит общаться. Второе. По прибытии на ночлег в «Пылающее сердце» вы вдвоём переносите все ценные вещи наверх из телеги, а потом остаётесь в комнате, где ждёте моего возвращения. Третье. Дождавшись, когда я принесу строго ограниченное количество корма, - её взгляд на время переместился на Байлура, - вы съедаете его и ложитесь спать. Никаких поблажек не будет. Вопросы есть?
- Есть один маленький вопрос, Айна, - Саир робко поднял руку вверх, как школьник на уроке со строгой учительницей. – Я бы даже сказал не вопрос, а так себе - вопросик.
- Задавай, и сражу же отправляемся в путь.
- За что? – спросил стрелок, разводя руки в стороны.
- Я присоединяюсь, - пробурчал Байлур. – Особенно непонятна история с ограничением корма. Ты что, за нас будешь драться с врагами? У тебя, похоже, наступили особенные дни, эльфийка?
- Вопрос принят, и я отвечу, когда сочту нужным, - парировала Айна. - Любые возражения не принимаются. А сейчас – впереди нас ждёт дорога.
Когда они уже отправились в путь на север, Саир с Байлуром продолжили болтовню.
- Когда у наших гномих наступают особенные дни, а происходит это раз в пару недель - обычно как назло по пятницам к вечеру - некоторые гномы с тоски уходят...
- В горы? – поинтересовался стрелок.
- Какие горы, глупый человек? Мы итак живём в горах. Они уходят в небытие.
- Вот как. Кидаются в пропасть?
- Ты совсем там отупел в своей котляндии? «Небытие» - это такая злачная пивальня. Там подают очень ядрёный медовый эль. Самый вкусный, что я когда-либо пробовал в своей жизни. До этого ещё была таверна «Бытие», но она как-то не прижилась и разорилась.
- Всегда знал, что в нашем грешном мире зло побеждает добро. Но не думаю, Байлур, что у Айны дело в особенных днях, - добавил стрелок, ковыряя веточкой между зубами. – И даже не в особенных неделях, месяцах, годах...
- А в чём тогда? – недоверчиво спросил гном.
- Дело в нереализованных желаниях, в невыговоренных мыслях и в ...
- Заткнись, - сказала она, кидая
