В дальнейшем все свои силы, способности и удивительную изобретательность он отдает решению задачи прямого изучения океана, так сказать, своими глазами. Но и на этом пути он не шел проторенной тропой. Мне помнится встреча с ним в Нью-Йорке в 1959 году. Туда, на Первый Международный океанографический конгресс, он привел свое уже к тому времени всемирно известное судно "Калипсо". Советская делегация с большим интересом познакомилась с этим единственным в своем роде судном, специально приспособленным для прямых визуальных и фотографических наблюдений в толще океанских вод.
Высокий, худощавый, очень живой и общительный, начальник экспедиции Жак-Ив Кусто с видимым удовольствием показывал советским ученым свое детище. Он особенно гордился последним достижением — подвижным подобием батисферы, аппаратом по имени "Девиз", который в обиходе называли "ныряющим блюдцем". Кусто долго трудился над этим совершенно новым устройством для подводных исследований. И он сумел сочетать в своем аппарате и возможность работы в воде до 300 метров глубины для двух ученых одновременно, и очень тонкую маневренность, как в вертикальном, так и в горизонтальном направлении, и еще возможность обследования большого пространства при одном погружении. Подробности об устройстве и возможностях этого аппарата можно найти в книге. Но когда Кусто спросили, что же дал этот замечательный аппарат науке, он полушутливо ответил: "Это не мое дело. Я придумал прибор, а вот ученые, — тут он показал на известного французского океанографа — биолога Переса, — пусть его используют". Таким образом, он ставил себя как бы рядом с наукой, представлялся инженером, готовящим средства для исследования, а вовсе не исследователем; можно сказать далее, что он вроде бы сторонился науки. Хотя на самом деле французские океанографы были несколько в обиде на Кусто: ведь благодаря очень ярким практическим результатам своих работ он как бы затенял сугубо научные достижения.
Но вскоре Кусто лично сам занялся большими научными проблемами. Он возглавляет знаменитый Монакский океанографический музей и одновременно продолжает работать в области исследования возможностей человека для прямых наблюдений в море как в жизненной среде. Он проводит эксперименты с подводными домами разных типов "precontinent" ("преконтиненты" или кон-шельфы), "таинственный остров" и др. Он активно борется за сохранение чистоты вод океана. Ему принадлежат слова: "Мы не можем позволить навсегда отравить море в то самое время, когда только-только начали постигать, что оно может дать науке, философии, искусству, начали учиться жить в его лоне".
Другой автор книги, Фредерик Дюма — соратник Кусто в борьбе за освоение морских глубин человеком. Вместе с Филиппом Тайе он вошел в первую группу ныряльщиков, созданную Кусто в 1938 году, и далее принимал участие во всех его экспериментах, помогал в создании фильмов. Из предлагаемой читателям книги можно видеть, насколько чутким товарищем, умелым спортсменом и внимательным наблюдателем оказался Дюма.
Кусто о нем сказал: "Дюма великолепно плавал под водой, был прирожденным разведчиком нового". Именно это его качество оценил Кусто и использовал во всех своих опытах. Дюма умел подмечать различные тонкости в новой подводной технике и своими наблюдениями очень помогал усовершенствованию работ самого Кусто.
Наконец, третий автор, Джемс Даген [13],— американский журналист, познакомившийся с Кусто лишь в 1944 году. Он увлекся первым "подводным" фильмом Кусто ("Эпаве" — "Затонувшие корабли"), самим Кусто и, главное, идеей подводных исследований. Через несколько лет после первой встречи с Кусто Даген отправился в плавание на судне "Калипсо" — это был первый иностранный участник экспедиции. Даген много писал о подводных исследованиях, и писал интересно, в чем легко убедиться, прочтя "Живое море".
И "В мире безмолвия", и "Живое море" написаны "по-французски" легко и остроумно. Весьма содержательные и серьезные сведения о море, его ЖИЗНИ, о сложных условиях работы подаются изящно, без труда воспринимаются и глубоко заинтересовывают. В обоих произведениях органически сочетаются элементы познавательные и эстетические, яркая образность повествования и научная достоверность в раскрытии проблем, то есть в целом книга носит характер научно-художественного произведения в традициях лучших образцов классической литературы.
Правда, со времени написания книг прошло уже немало времени, в течение которого наука значительно ушла вперед. Получили развитие прямые наблюдения человека в море, сильно увеличились глубина и продолжительность погружений. Все реальнее становится осуществление мечты Кусто о жизни и работе человека в море. Такого рода работы усиленно ведутся за рубежом, особенно во Франции и в Соединенных Штатах Америки. Развиваются они и в нашей стране. Так, в Южном отделении Института океанологии Академии наук СССР (Геленджик, Голубая бухта) уже много лет ведутся исследования при помощи подводного дома "Черномор". Ученые подолгу живут в этом доме, ведут систематические исследования по разным океанологическим проблемам, совершенствуется техника подводных работ, с каждым годом повышается их эффективность. Включение человека как личности, как непосредственного экспериментатора-наблюдателя в процессе познания океана во многих отношениях повышает результативность исследований по сравнению с бездумными приборами. Это дает возможность проводить биологические наблюдения над биоценозами и над поведением отдельных организмов визуально, то есть сделать то, чего не может осуществить ни один прибор. Хотя теперь разрабатываются и телеавтоматические средства наблюдений, они уже применялись при изучении Луны.
Это телеавтоматический прибор "Луноход". Очень нужно бы иметь нечто подобное и для океана. Но создать такой прибор без участия акванавтов невозможно. Их прямая работа в море позволит значительно повысить степень точности наблюдений в области, например, исследования микротурбулентности вод, в изучении их вертикальной структуры, в уточнении границ между слоями и даже между водными массами, в использовании очень тонких визуальных приемов измерений, например, плотности или оптических характеристик.
Не менее значительные результаты прямых наблюдений в море достигнуты и в области морской геологии, в частности в изучении динамики донных отложений в прибрежной зоне. Весьма перспективно также использование акванавтов при изучении подводных вулканов — не только лавовых, но и грязевых. Деятельность подводных вулканов оказывает значительное влияние на формирование солевого состава океанских вод, а изучение этого влияния возможно только прецизионными методами, из которых наиболее точным, несомненно, можно считать прямой отбор проб акванавтами. Это далеко не все задачи, которые могут быть поручены аквалангистам.
