Не менее значительные результаты прямых наблюдений в море достигнуты и в области морской геологии, в частности в изучении динамики донных отложений в прибрежной зоне. Весьма перспективно также использование акванавтов при изучении подводных вулканов — не только лавовых, но и грязевых. Деятельность подводных вулканов оказывает значительное влияние на формирование солевого состава океанских вод, а изучение этого влияния возможно только прецизионными методами, из которых наиболее точным, несомненно, можно считать прямой отбор проб акванавтами. Это далеко не все задачи, которые могут быть поручены аквалангистам.
Итак, подводные исследования Ж.-И. Кусто, описанные в книге, направлены на более тонкое понимание жизни океана непосредственно через человеческие органы и чувства. Это не противоречит и возможностям ретроспективного использования учеными достижений акванавтики, углублению в историю и археологию, ведь давно уже известно, что для познания настоящего и проникновения в будущее необходимо хорошо изучить прошлое.
Со времени написания этих книг прошли годы. Читатель вправе задать вопрос: каковы были дальнейшие исследования Жак-Ива Кусто и какие книги вышли из-под пера талантливого исследователя и популяризатора научных знаний о жизни моря?
В начале 60-х годов Жак-Ив Кусто приступил к осуществлению своего глобального плана "Коншельф", целью которого было изучение шельфовой зоны океана (при средней ширине 70 км и средней глубине 140 м) и обживание ее. Общая площадь, занимаемая шельфом или материковой отмелью в Мировом океане, равна площади Африканского континента. На шельфе сосредоточены запасы нефти, природного газа и рассыпных ископаемых. У африканских берегов найдены алмазы. На доступных глубинах шельфа, как считают ученые, вполне возможно создавать и плантации водорослей и даже рыбофермы типа скотоводческих ранчо на суше. Но для эффективного поиска и особенно для добычи полезных ископаемых, а также для занятия подводным земледелием и разведения морских животных и рыб человеку потребуется длительное пребывание на океанском дне, человек должен стать океанавтом.
Первый шаг на пути этого "внедрения" людей в гидрокосмос |— создание подводных станций и домов.
И вот, как уже рассказывалось в книге, в сентябре 1962 года в Средиземном море было установлено первое стационарное сооружение Ж.-И. Кусто — подводная станция "Континентальный шельф-Один". Следующий эксперимент из серии "Коншельфов" Кусто проводил в 1963 году в Красном море на коралловом карнизе рифа Шаб-Гуми в 25 милях к северо-востоку от Порт-Судана.
На глубине 11 метров была установлена "Морская звезда" — комфортабельный металлический дом, в котором разместились пятеро акванавтов. Ниже на 15 метров у вертикальной коралловой стенки была подвешена небольшая, всего на два человека, кабина "Ракета". Чтобы уменьшить нагрузку на легкие, двум исследователям в "Ракете" подавалась для дыхания смесь, включающая гелий, самый легкий после водорода газ. Используя в качестве базы "Ракету" и "Морскую звезду", акванавты совершали подводные экскурсии, проводили биологические исследования; причем обитатели "Ракеты" спускались до глубин 110–120 метров. В целом эксперимент продолжался месяц.
""Коншельф-Один" и "Коншельф-Два", — говорил Кусто, — убедили группу, что еще при нашей жизни станут обычными промышленные и научные станции на дне моря. Они найдут сотни практических применений. Но для нас не это |— главная награда за труд на рифе Шаб-Руми. Самым важным было захватывающее сознание того, что море стало нашим домом…"
Очень важен в эксперименте и тот факт, что в состав экипажа входили люди не исключительного здоровья, а самые обычные.
В сентябре — октябре 1965 года был осуществлен "Кон-шельф-Три". Подводный дом в виде шара установили в Средиземном море недалеко от Монако на глубине 110 метров. Шесть акванавтов пробыли под водой 23 дня. Для дыхания использовалась кислородно-гелиевая смесь. Впервые человек находился на такой глубине, и естественно, что главной его задачей были биологические исследования, сбор образцов грунта, изучение течений и т. д. Значительную часть времени акванавты отводили на выполнение программы, состоящей из медицинского контроля, физиологических тестов, проверки психического состояния и мыслительных способностей каждого. Кроме того, по соседству с шаром стояло предоставленное нефтяной компанией, субсидирующей "Коншельф-Три", буровое оборудование, на котором акванавты работали не хуже, чем на суше. Опыт с "Коншельфом-Три" увенчался полным успехом. На пресс-конференции в Монако, устроенной после окончания эксперимента, Жак-Ив Кусто сказал:
"Мы намеревались, во-первых, точно определить возможность проведения промышленных работ на глубине более 100 метров, а во-вторых, выявить способность самих акванавтов, живущих в синтетической атмосфере, к физическому и умственному труду. В обоих случаях мы получили положительный ответ. "Коншельф-Три" убедил нас в необходимости подводных домов. Но они должны быть максимально независимы от поверхности".
"Коншельфы" Кусто вызвали своего рода цепную реакцию в среде ученых. Во многих странах, используя методику, колоссальный опыт, технические достижения французского исследователя, стали создавать подводные станции и дома. Например, в США в соответствии с тщательно разработанной программой исследований, которая субсидировалась Военно-морским флотом, подводные лаборатории (СИЛЭБ) устанавливались на различных глубинах Тихого и Атлантического океанов, в том числе и на глубинах более 100 метров.
Благодаря усилиям Кусто и подводных исследователей разных стран был проложен путь к обживанию шельфа.
"Перспективы обитаемых станций на шельфе и глубже, — писал Кусто, — почти неограниченны. Разумеется, я отнюдь не думаю, что люди когда-нибудь вовсе переселятся на дно моря; мы слишком зависимы от своей естественной среды, и вряд ли возникнут веские причины, чтобы отказаться от всего, что нам так дорого: от солнечного света, свежего воздуха, лесов и полей".
Для людей, длительное время пребывающих под водой, очень важна проблема взаимоотношений с аборигенами "голубого континента" — рыбами и морскими животными. С одними из них безусловно установятся дружеские контакты, например, с первым кандидатом в домашние животные — дельфином; других же, как акулы, надо опасаться. Однако о поведении рыб и морских животных в естественной для них среде сведения исключительно скудны. И Кусто ставит новую задачу — исследовать жизнь на разных широтах Мирового океана, в направлении взаимоотношений с ней человека.
