Читаем без скачивания Ответный удар - Гарри Тертлдав

Хессефа и Твенкеля волновало только одно: скрыть от следователей свое пристрастие к имбирю. Уссмак тоже об этом беспокоился, но гораздо меньше. Он лучше контролировал свою пагубную привычку, чем командир танка или стрелок.

Но если следователи не выяснят, какую роль сыграл имбирь в поражении, то зачем вообще нужно расследование?

«Пустая трата времени», — подумал Уссмак.

В казарму вошел новый самец с набитым рюкзаком. Его когти застучали по выложенному плиткой полу. Уссмак лениво повернул один из глазных бугорков в его сторону, но потом более внимательно присмотрелся к раскраске.

— Клянусь Императором, ты тоже водитель.

Новичок опустил глаза, и Уссмак последовал его примеру.

— Приятно встретить коллегу, — заявил новичок и бросил свои вещи на пустую койку. — Как тебя зовут, друг?

— Уссмак. А тебя?

— Дрефсаб. — Новый водитель выразительно повертел обоими глазными бугорками. — Какое отвратительное, мрачное место.

— Точно, — согласился Уссмак. — Даже с точки зрения Больших Уродов, которые тут раньше жили, здесь не слишком уютно. Ну, а цивилизованный самец… — Он немного помолчал. — Откуда тебя перевели?

— Я воевал на востоке континента, против китайцев и ниппонцев, — ответил Дрефсаб.

— Ты удачно вылупился из яйца, — с завистью сказал Уссмак. — Я слышал, служба там не слишком тяжелая.

— У китайцев совсем нет танков, — согласился Дрефсаб. — У ниппонцев есть немного, но у них слабая броня. Стоит один раз попасть в ниппонский танк, и ему конец. Мы их называем безотказными зажигалками.

Новый самец приоткрыл рот, показывая, что шутит.

Уссмак рассмеялся в ответ и сказал:

— Здесь нельзя терять бдительности, иначе приходится платить высокую цену. Я попал в СССР сразу после вторжения — и хотя танки у советских вполне приличные, они не умеют на них воевать. Вскоре меня ранили, а потом отправили сюда. Сначала я не поверил тому, что самцы рассказывали про дойче, однако вскоре увидел их в деле — оказалось, все правда.

— Я тоже кое-что слышал, — сказал Дрефсаб. — Но хотелось бы узнать про них побольше.

— Пушки новых танков дойче могут пробить нашу боковую броню, а лобовая броня их машин часто выдерживает попадание снарядов. Здесь тебе придется забыть о безотказных зажигалках. Кроме того, они знают, как использовать свою технику: холмы, засады, неожиданные вылазки — такое и в самом страшном кошмаре не увидишь.

Дрефсаб призадумался.

— Неужели так плохо? Я уже слышал то, о чем ты сейчас рассказал, но думал, что самцы просто пускают дым в глаза новичку.

— Друг мой, буквально на днях мы потерпели разгромное поражение, и нам пришлось отступить. — И Уссмак рассказал о сражении за Бельфор.

— Вас остановили и заставили обратиться в бегство Большие Уроды? — Казалось, новый водитель не может поверить в услышанное.

Обычно, когда Раса намеревалась занять какую-то территорию на Тосеве-3, результат всегда был один — разумеется, в пользу Расы.

— Так что же произошло? — продолжал расспрашивать Дрефсаб. — Неужели все экипажи сидят на имбире?

Хотя Дрефсаб говорил совсем тихо, Уссмак на всякий случай окинул казарму взглядом. Никто не обращал на них внимания. Хорошо.

— Честно говоря, — почти шепотом ответил Уссмак, — до определенной степени ты прав. Тебя уже направили в какой-нибудь экипаж?

— Нет, — ответил Дрефсаб.

— Я назову кое-какие имена — постарайся держаться от этих самцов подальше.

— Благодарю вас, недосягаемый господин. — Судя по раскраске, звания у них были одинаковые, но Дрефсаб продемонстрировал уважение, поскольку Уссмак уже давно здесь служил. Теперь Дрефсаб тоже перешел на шепот: — Я и сам не против имбиря — при случае — но только не во время сражения, клянусь Императором.

После того, как оба опустили глаза к полу, Уссмак осторожно проговорил:

— Да, ты совершенно прав. — Однако если бы Дрефсаб попросил угостить его имбирем, он бы не признался, что у него есть какой-то запас.

Между тем, Дрефсаб вытащил из рюкзака маленький стеклянный флакон.

— Хочешь немного? — прошептал он. — Сейчас ведь нам не предстоит идти в бой.

В первый момент Уссмака охватили подозрения, но потом быстро исчезли. Он взял флакон и быстро засунул в него язык. Новичок тоже не отказал себе в этом удовольствии. Они присели рядом, наслаждаясь приятными ощущениями.

— Как хорошо, — заметил Уссмак. — Сейчас мне хочется выйти из казармы и прикончить всех дойче, которых удастся найти — или самого Хессефа. — Тут ему пришлось кое-что объяснить: — Хессеф — командир моего танка. Если бы имбирь действительно делал тебя таким, как кажется, Хессеф стал бы величайшим военным гением Расы. Казармы, или бой с дойче — ему все равно. Да и наш стрелок Твенкель употребляет столько, что сначала стреляет, и только потом целится.

— Такое поведение не кажется мне очень умным — в особенности, если дойче действительно настолько хороши, как все говорят, — заметил Дрефсаб.

— Они чрезвычайно опасны, — ответил Уссмак. — Когда мы прибыли на эту жуткую ледяную планету, у нас было прекрасное оборудование. Перед началом кампании мы прошли подготовку на тренировочных симуляторах, а у дойче имелся настоящий боевой опыт. Они постоянно улучшают свою технику — у нас же она остается той, с которой мы прилетели. Если дать им возможность выбирать место и время, дойче могут доставить нам кучу неприятностей.

Дрефсаб спрятал флакон.

— А ты никогда не принимаешь имбирь перед боем?

— Стараюсь, — Уссмак повернул глазные бугорки, показывая, что стыдится собственной слабости. — Иногда самцом овладевает невыносимое желание… ну, да ты и сам, наверное, знаешь.

— Да, знаю, — печально кивнул Дрефсаб. — Я считаю так: самец может подчинить все свои помыслы имбирю и существовать только ради него, или принимать его только когда наступает подходящий момент, а все остальное время жить нормальной жизнью. Я выбрал для себя второй путь, и если на нем меня ждут препятствия — что ж, на Тосеве-3 гладких дорог нет.

Уссмак с восхищением взглянул на Дрефсаба. Вот философия для любителя имбиря… нет, он должен быть честным с самим собой: не просто любителя, а самца, который уже не в силах обходиться без проклятого зелья, но, тем не менее, старается помнить, что должен оставаться достойным самцом Расы, выполнять приказы и свой долг.

— Недосягаемый господин, я завидую вашей мудрости, — заявил Уссмак.

Дрефсаб сделал небрежный жест.

— Мудрость? Весьма возможно, что я лишь себя обманываю. В любом случае, я слишком дорого заплатил за свое знание и жалею, что познакомился с имбирем.

— Не знаю, — сказал Уссмак. — После того, как я его попробовал, у меня появилось ощущение, что имбирь — единственная хорошая вещь в этом ужасном мире.

— После того, как я его попробовал, у меня возникли такие же мысли, — согласился Дрефсаб. — Но до того, или когда его под рукой не оказывалось… в такие моменты, Уссмак, я уверен, что имбирь — худшее, что нашла здесь Раса.

Уссмака и самого посещали похожие мысли. Он слышал истории о самцах, которые доходили до отчаянного состояния и меняли оружие Расы на имбирь. Сам он никогда бы так не поступил, но прекрасно понимал, сколь велика сила искушения.

Прежде чем он нашел безопасный способ поделиться этой мыслью с Дрефсабом (некоторые вещи нельзя говорить прямо даже тому самцу, который угостил тебя имбирем, по крайней мере, до тех пор, пока ты не начнешь доверять ему свою жизнь), он услышал пронзительный свист, а вслед за ним громкий взрыв. Сразу в нескольких окнах вылетели стекла.

Уссмак вскочил на ноги. Одновременно раздался громкий голос из динамика:

— Обстрел ведется из леса, квадрат 27-красный. Начато преследование…

Уссмак не дослушал сообщение, имбирь пел в его крови.

— Пошли! — крикнул он Дрефсабу. — Скорее, к танкам.

Перед казармами разорвался еще один снаряд.

— Но меня еще не определили в экипаж, — возразил Дрефсаб.

— Ну и что? Командир какого-нибудь танка не захочет ждать своего водителя.

Уссмак ни на секунду не усомнился в собственной правоте. Имбирь стал очень популярен среди самцов в Безансоне; какой-нибудь командир определенно не дождется своего водителя.

Оба самца сбежали вниз по лестнице и помчались к ангарам. Уссмак едва не упал — ступеньки были сделаны для Больших Уродов, а не представителей Расы. В следующее мгновение он снова с трудом удержался на ногах — рядом разорвался снаряд. Мимо просвистели осколки, и Уссмак понял, что уцелел только чудом.

Стоявшая чуть в стороне от казарм батарея открыла ураганный огонь по тосевитам. Если повезет, артиллерия покончит с нападавшими прежде, чем танки вступят в сражение.

Когда обстрел прекратился, Уссмак решил, что именно так все и произошло. Однако через несколько минут орудия тосевитов заговорили снова. Большие Уроды не знали, что такое анти-артиллерийский радар, но собственный горький опыт научил их менять позиции, прежде чем неприятель успеет ответить на их залпы. Уссмак считал способность Больших Уродов быстро адаптироваться к новым условиям самым пугающим их качеством.