Но, если ты сейчас сдашься, ты не сможешь ее спасти.
Он подозвал остальных, и все заботливо окружили Джейка. Когда священник вернулся, они снова были единым отрядом. Грустным, почти потерявшим надежду, но все-таки отрядом.
Священник, задыхаясь, бежал им навстречу. В лунном свете блестела его лысая голова. Он был один.
– Хвала Господу, вы еще здесь, – с трудом произнес он. – Я видел, как отъезжал фургон. Я знаю, кому он принадлежит.
– Они забрали Алию, – сообщил Олли.
– Алию? Одну из вас?
Олли кивнул.
– Значит, это ее ищут по всему городу, – догадался священник.
– У них был пистолет, и мы… – голос Олли сорвался.
Священник задумчиво смотрел под ноги.
– Послушайте, – наконец сказал он. – Мы не можем спасти вашу подругу сейчас. Если попытаемся, они схватят вас всех. Полиция уже на Пирс-роуд. Я только что проехал мимо них. Они будут здесь через несколько минут. Но у меня есть идея.
– Где человек, про которого вы говорили? – вмешалась Ласточка. – Надо плыть прямо сейчас.
– Боюсь, он не сможет нам помочь, – сказал священник, – но…
– Тогда проваливайте, – отрезал Браконьер. – Мы не будем стоять и ждать, пока нас найдут.
На лице старика появилось подобие улыбки.
– В этом нет нужды. У меня есть идея получше.
На надувной резиновой шлюпке священник отвез их к лодке. Там он навалился на весла, и лодка рванула вперед. Они шли по морю, которое было похоже на гладкое серебристо-черное стекло. Позади них небо рассекали прожекторы.
Спасательный жилет Джейка был испачкан чем-то маслянистым, и от него пахло рыбой. Парень опустил пальцы в обжигающе ледяную воду. Он представил Алию, запертую в фургоне. Алию, встречающую Сёрфера и мать. Пальцы онемели от холода, но он этого даже не замечал.
– Я раньше рыбачил, – пояснил старик, налегая на весла, – когда здесь водилась рыба. Как нынешние контрабандисты. Сейчас вся рыба вымерла, и они принялись за людей.
Олли сидел между Джейком и Ласточкой, к жилету которой была привязана сестренка. Кэсс казалась такой хрупкой, словно вот-вот растворится в воздухе. В свете луны Джейк заметил, как на ее лице все отчетливее выступают скулы. Силы покидали малышку с каждым днем.
Дэви сидел на корме, вглядываясь в черноту моря.
– Вы знаете дорогу? – спросил он.
Священник засмеялся.
– Дорога наша – север. Через две мили пересечем границу и окажемся в Шотландии. Я знаю эти воды как свои пять пальцев.
– Значит, мы в безопасности? – уточнил Дэви.
Священник покачал головой.
– Конечно, здесь нет подводных скал и течений, – отвечал он урывками между гребками. – И патрульные катера стоят на приколе. Но нас продолжат преследовать. За вами гонятся не обычные полицейские, и у них в распоряжении не только катера.
– Послушайте, – обратилась к нему Ласточка. – Нам необходимо добраться до Шотландии сегодня же. Мы должны сообщить важную информацию правительству Шотландии. Алия тоже ее знает, и если они…
Она не договорила, но все поняли ее без слов. Алия была сильна духом, но у Коалиции найдутся методы заставить ее говорить.
Священник на мгновение замолчал. Повисла тишина, нарушаемая лишь плеском волн и скрипом уключин. Затем, как будто приняв какое-то решение, он кивнул и сказал:
– Значит, я отвезу вас к человеку, которого я хорошо знаю. К человеку, которому я полностью доверяю. Дорога будет тяжелой. Нам предстоит плыть несколько часов. Погода ясная, но полиция от нас не отстанет.
– У нас нет чипов, – сказал Браконьер. – Мы их вырезали.
– А у меня есть, – ответил священник. – И им достаточно одного чипа, чтобы нас найти.
– Контрабандисты наверняка уже выдали нас, – сказал Браконьер. – Я думал, это ваши люди, которых вы собирались привести.
Старик с сожалением покачал головой.
– Да, я понимаю.
– Мы можем вырезать вам чип, – предложил Браконьер. – Выбросим в море. Я делал такое не раз, должен справиться и в темноте. Так они вас не отыщут.
– Нет, – священник начал грести резкими рывками, а его речь стала более прерывистой. – Моя паства… я нужен здесь… если вырезать… не вернусь… но я знаю море… без меня вы не справитесь.
– Тогда нам лучше помолиться, – Дэви обернулся к остальным. По его лицу было видно, что он говорил совершенно серьезно.
Священник понимающе кивнул.
– Да, лучше помолиться.
В повисшей тишине, нарушаемой лишь плеском весел о воду, они добрались до стоящего на якоре катера. Джейк был уверен, что все это время остальные, как и он сам, беззвучно молили всевышние силы о помощи.
Они поднялись по металлическим ступенькам на палубу рыболовецкого катера.
Священник определенно провел много времени в море: он двигался быстро и проворно, как человек, которому на воде так же легко, как и на суше. Он отправил Ласточку и Кэсс в нижнюю каюту, сказал Браконьеру пройти с ним на капитанский мостик, а затем повернулся к Олли, Дэви и Джейку.
– Вы трое остаетесь дежурить. Если увидите свет или движение – кричите нам.
– Этот катер принадлежит тем двоим контрабандистам, да? – неожиданно задал вопрос Браконьер.
Джейк не мог разглядеть выражения лица старика в темноте, но по голосу было понятно, что он улыбнулся.
– Да. Вы и ваша подруга заплатили за право им воспользоваться. Я просто помогаю завершить сделку.
Мотор глухо заревел в недрах катера.
Священник встал за штурвал, и они тронулись в путь. Джейк держался за поручни и смотрел на море, по его щекам текли слезы. Катер, как и его жилет, пропах тиной, как будто на палубе лежали десятки тысяч рыб.
Они двигались вперед в кромешной темноте, не включая огни. Лишь изредка на мостике мигал фонарик Браконьера, чтобы священник мог свериться с картой и компасом.
Катер сворачивал то влево, то вправо, оставляя за собой след из морской пены.
Огни и шум ночного Бервика остались далеко позади. Море и небо стали неразличимо черными. Джейк убрал руку с поручня. Он начал держаться на палубе увереннее. Несмотря на грусть, он почувствовал надежду.
Они были совсем близко. Возможно.
– Джейк? – Олли пытался перекричать мотор и ветер. – Когда я встречу отца, первым делом попрошу его приготовить для нас что-нибудь. Думаю, спагетти. Спагетти с моллюсками, раз уж мы в море. Spaghetti alla vongole.
В голосе парня тоже звучала надежда.
Джейк вспомнил, как Олли рассказывал ему, когда они сидели вдвоем у заброшенной больницы, что его отец – лучший повар в мире.
– Отец однажды приготовил мне спагетти. Настоящие, из Ита лии. Но я никогда не ел моллюсков, – сказал он. – Пора попробовать.
Джейк представил Джета, снова полного сил, и Алию, сидящую рядом с ним и о чем-то спорящую. И искра надежды в его сердце становилась все
