дверь. Вам откроет моя знакомая. Ей можно доверять. У нее есть яхта, она перевезет вас через границу. Она очень богатая, ее никто не заподозрит.
Раздался щелчок, и двери разблокировались.
– Быстрее, уходите, – поторопил их мужчина. – Удачи вам!
Последние слова прозвучали Беглецам в спину: они уже мчались что было сил по улице вдоль ряда домов.
Джейк считал номера на бегу. Тридцать пять… Сорок три… шестьдесят пять…
Роскошный дом был отгорожен от дороги и других домов высоким забором. За калиткой на двери висела табличка с номером. Шестьдесят девять. Они нашли его.
– Я поговорю с ней, – заявил Браконьер. Он открыл калитку и поспешил к дому. Члены отряда, затаив дыхание, укрылись за стеной. Кэсс спряталась за спину сестры. Дэви снова застучал пальцами. Олли перекрестился. От старой стены несло сыростью. Из-за забора долетал запах роз. Браконьер пробежал по гравийной дорожке к порогу и, откашлявшись, занес руку, готовясь постучать в дверь.
– Ну же, быстрее, – пробормотала Ласточка.
Но до того как парень коснулся двери, в воздухе взревел громкоговоритель, и слова разнеслись эхом по всей округе.
Беглецы моментально узнали голос женщины со шрамом: «Алия Хан. Алия Хан. Мы пришли помочь. Эта банда крайне опасна. Сдавайся. Мы отведем тебя в безопасное место».
– Нет! Только не она! – Алия в отчаянии схватила Джейка за руку, как будто полицейские уже оттаскивали ее прочь.
Зашуршал гравий. Браконьер быстро побежал обратно и через секунду оказался рядом с ними.
– У нас нет времени, – сказал он, выйдя на улицу.
Джейк знал, что он прав: земля дрожала от едущего навстречу им бронированного фургона.
– Сюда! – Олли перебежал дорогу и окликнул ребят.
Он стоял у входа в переулок, возле указателя.
В бледном свете луны Джейк едва различил золотые буквы:
Церковь Богоматери и Св. Освальда[59]
Беглецы ринулись сквозь массивные железные ворота, ведущие в переулок. Олли указывал дорогу. Уходящие последними Джейк и Дэви увидели, как улицу озарил ослепляющий свет фар полицейского фургона. Шесть полицейских в шлемах с тазерами в руках выпрыгнули из фургона и помчались к дому под номером шестьдесят девять.
Спустя три минуты они вышли обратно. Двое из них волокли к машине женщину. Казалось, что ей было трудно идти. Они держали ее за локти и тащили к фургону. В свете луны Джейк разглядел на ее шее дорогое жемчужное ожерелье. Это она, понял он, знакомая мужчины в костюме, которая должна была переправить их на яхте через границу.
– О господи, – испуганно прошептал Дэви.
Было очевидно, что она не по своей воле покинула свой дом.
Когда полицейские затаскивали ее в фургон, Джейк заметил кровь у нее на щеке и открытый от удивления и страха рот. Он был готов поклясться, что на мгновение их глаза встретились, – а затем полицейские закинули ее внутрь и захлопнули дверь.
Джейк оцепенел от страха. Ее арестовали и избили из-за них. Что они сделают с ней в участке?
Незаметно подошедший Браконьер потянул их с Дэви за руки.
– Уходим, – шепнул он.
42
Дверь в церковь оказалась заперта, но в саду они увидели статую Богородицы. Маленькие прожекторы освещали ее длинное голубое платье и воздетые к небу руки. Ребята уставились на нее, а она смотрела в черное небо.
– Может, она замолвит за нас слово, – задумчиво сказал Олли.
– Ты в это веришь? – спросил Джейк.
Олли пожал плечами.
– Мой отец верит. Он католик.
– Женщина в доме знала, что мы придем, – сказал Браконьер. – Полиция быстро выбьет из нее информацию. Они уже начали, пока вели ее к фургону. Кулаки и дубинки заставят говорить кого угодно, в жемчуге ты или без. И потом они вернутся за нами.
– Можно попробовать сбежать, пока они уехали, – предложил Олли.
– Слишком рискованно, – возразил Браконьер. – Они будут здесь в любую секунду.
– И что тогда делать? – спросил Джейк.
– Олли был прав. Помолимся Иисусу и Марии, – заявил Дэви.
– Дэви, помолчи, – вмешалась Ласточка. – Нам надо подумать.
– Иисус мог усмирить шторм[60], так ведь, Олли? – продолжил Дэви. – Может…
Он осекся.
Кто-то шел им навстречу спокойной уверенной походкой.
Издалека Джейк подумал, что это женщина, но, когда фигура приблизилась, оказалось, что это мужчина в длинном черном наряде и ботинках Doc Martens.
– Готовьтесь бежать, – шепнул Браконьер.
На груди незнакомца блеснул большой крест.
– Это священник, – с почтением сказал Дэви.
– Доброго вам вечера, – обратился к ним мужчина. – Я рад, что вы нашли мое уютное убежище.
– Убежище? – переспросила Алия.
– Да. – Он обвел рукой весь отряд. – И, думаю, вы явились ответом на мои молитвы.
– Никакой мы не ответ, – процедил Браконьер. – И нам пора уходить. – Его голос звучал угрожающе и сердито. Он шагнул навстречу священнику, и Джейк увидел, что он держит руку у ремня, готовясь в любой момент выхватить нож. – Если кто-то станет спрашивать, нас тут не было, это ясно?
Он развернулся и жестом показал остальным следовать за ним.
– Браконьер, постой, – окликнула его Ласточка.
Она обратилась к священнику:
– Что вы имели в виду? Вы даже не знаете, кто мы.
Священник посмотрел в небо, а затем себе под ноги. На секунду задумавшись о чем-то, он кивнул самому себе.
– Я полагаю, вы были посланы мне, чтобы я мог кому-то помочь.
– Посланы кем? – недоверчиво переспросила Ласточка. – И почему мы должны вам доверять?
– Пойдемте за мной. Я все объясню.
– Мы уходим, Ласточка, – вмешался Браконьер. – Нам пора.
Отряд уже собрался идти обратно на улицу, как вдруг тишину снова нарушил рев громкоговорителя. Черное небо озарилось лучом света.
– Быстрее, – сказал священник. – Мой дом неподалеку.
Он показал рукой на калитку в углу сада.
Браконьер, не останавливаясь, шел к выходу из переулка. Ласточка покачала головой.
– Они нас сразу поймают. Я иду с ним. Мне нечего терять.
Не дожидаясь ответа Браконьера, Ласточка пошла за священником. Она так крепко прижала к себе Кэсс, что они казались одним человеком, заметил Джейк. Браконьер помедлил, а затем кивнул. И отряд поспешил вслед за девушкой.
Священник привел их в небольшой дом, пропахший капустой, и закрыл за собой дверь.
– Ничего не говорите, и тогда ни мне, ни вам не придется ничего утаивать. Просто кивайте или качайте головой. Вы скрываетесь от полиции? Вам требуется лодка?
Когда ребята кивнули, он снял с крючка на двери темный плащ и взял с приставного столика красный бархатный мешочек, который спрятал в карман. В мешочке что-то звякнуло.
– В этих мрачных землях я молил о подобном шансе, – пробормотал он. – Я проведу вас через черный ход. Я намереваюсь
