и Браконьер запер за ними дверь.
Кэсс встала со штормовки. Ее пошатывало: похоже, болезнь снова давала о себе знать. Она приблизилась к Джейку и неуверенно протянула руку.
Джейк замер в изумлении: Кэсс почти никогда не прикасалась ни к кому из отряда, кроме сестры.
Кончиком пальца она коснулась обмотанного вокруг запястья Джейка ошейника и робко взглянула подростку в глаза.
– Она хочет подержать его, – догадался Олли. – Потому что он принадлежал Джету. Я прав, Кэсс?
Девочка не убирала руку.
– Хорошо, – уступил Джейк.
Он расстегнул ошейник и положил его на пол.
– Вот, держи, – сказал он.
Осторожно, словно он сделан из стекла, малышка взяла его в руки и легла с ним на штормовку. Она развернула его, прижала к лицу и закрыла глаза. Через несколько минут она уже спала, а Джейк смотрел на ошейник. Вдруг что-то блеснуло. Не пряжка, а изнанка ошейника. Аккуратно, чтобы ненароком не разбудить, он забрал его из рук Кэсс и поднес к свету.
В ошейнике оказалось небольшое углубление в коже, в котором виднелся металлический диск размером не больше ногтя. Согнув ошейник, Джейк вытащил кругляшок, почувствовав с одной стороны каплю клея. На ошейнике уже была бирка с именем – для чего же тогда был нужен этот диск?
Он изучающе осмотрел ошейник. Папа купил его за несколько месяцев до аварии.
Джейк отчетливо помнил, как они вдвоем заносили номер телефона на бирку. Давно пора было это сделать, сказал тогда папа.
Похоже, потом он или мама зачем-то проделали в ошейнике карман-углубление и приклеили диск.
– Дэви? – позвал Джейк. – Смотри. Я что-то нашел в ошейнике Джета.
Прищурившись, мальчишка повертел диск в руках.
– Он открывается, – заявил он, надавив пальцем.
Под крошечной крышкой оказался миниатюрный прибор, абсолютно гладкий, за исключением двух выступов. Дэви поднес устройство к фонарю, и Джейк увидел, что выступы были окрашены в красный и зеленый цвет.
Джейк недоверчиво покачал головой.
– Что это за…
– Думаю, это для тебя, собачник, – сказал Дэви. – Твои родители оставили для тебя послание.
40
Джейк не хотел знать, что за секреты таили мать с отцом. Он хотел забыться: закрыть уши и снова оказаться на мотоцикле, чтобы ветер и гул мотора заглушили все мысли и чувства. Но все вокруг застыли в ожидании.
Он нажал ногтем зеленую кнопку.
Устройство завибрировало, и раздался мамин голос. Казалось, будто она жива и стоит рядом с ним. Она обратилась к нему по имени:
Джейк. Если ты это слышишь, значит, я и папа мертвы.
Ноги Джейка подкосились. Браконьер едва успел подхватить его под руки и посадить на перевернутый ящик. Дыхание Джейка было тяжелым, сердце колотилось. Олли был прав. Это был не несчастный случай.
Прежде чем мы объясним тебе, что случилось, мы с папой хотим сказать, что очень тебя любим. Когда ты родился, мы хотели, чтобы ты был в безопасности и рядом были те, кому ты искренне дорог. Мы надеемся, что, раз ты нашел это сообщение, Джет с тобой, что он твоя опора. Мы надеемся, что ты у дедушки с бабушкой. Или с друзьями. Мы тебя любим, Джейк.
Мамин голос задрожал. Джейку казалось, будто его сердце сейчас разорвется от тоски. На берегу послышался детский смех, но в сарае повисла гробовая тишина. Мать Джейка тяжело вздохнула.
Нам придется говорить быстро, Джейки. Возможно, твоя жизнь в опасности или у тебя просто нет времени, но мы должны рассказать тебе что-то важное. Важное для всей страны. Важнее, чем наша работа как ученых. Мы попросим тебя выполнить очень ответственное задание. Так что убедись, что ты готов слушать, Джейк, и, когда будешь уверен, продолжай.
Джейк моментально нажал красную кнопку.
– Джейк, у нас мало времени, – сказал Браконьер. – Дослушай.
– Не уверен, что могу, – пробормотал Джейк. Он не хотел слышать никаких поручений от родителей. Он хотел увидеть их хотя бы еще раз. Их и Джета.
Он поднял глаза. Беглецы выжидающе смотрели на него. Наверное, теперь они – его семья. Может быть, этого достаточно.
– Джейк… – сказал Браконьер.
– Ну же, собачник, – шепнул Дэви.
– Давай, Джейк, – поддержала его Ласточка, провела пальцем круг на ладони и поставила в центре точку.
Джейк снова нажал на зеленую кнопку.
Ты знаешь, что мы ученые и работаем в лаборатории Коалиции. Изначально мы разрабатывали лечение от рака: крошечную машину под названием наноробот, которая могла бы побороть лейкемию. Когда в Коалиции поняли, на что способна наша технология, то приказали прекратить разработку. Вместо этого нам поручили другое задание и заставили подписать Акт о гостайне, чтобы мы не могли никому ничего рассказать. Но сейчас мы расскажем тебе…
Прокашлявшись, мама зашелестела бумагами.
…Коалиция приказала нам создать вакцину от вируса. По их словам, после успешных испытаний каждый в стране получит вакцину бесплатно. Вакцина будет содержать наномикрочип, который защитит от болезни. Правительство покажет, как сильно заботится о своих гражданах. По крайней мере, так будут думать люди.
Мама снова закашлялась. Когда она продолжила рассказывать, ее голос звучал выше, как будто ей было сложнее говорить:
Когда мы начали работу, мы поняли, что вируса не существует. Это всё выдумки Коалиции. Нет никаких зараженных животных за городом, и нам не угрожает опасность ни от одного живого существа в этой стране, кроме нас самих. Коалиция хотела создать ненастоящую вакцину от несуществующего вируса. Они называют ее «Вакплюс».
Мама снова запнулась и едва различимо прошептала: «Я не могу, Джонни».
Послышался шорох, шуршание бумаг, и раздался голос папы:
Тебе, наверное, интересно узнать, Джейки, зачем нужна вакцина, если нет вируса? И зачем Коалиции вживлять людям наномикрочип? От кого нас хотят защитить? И почему твои родители продолжили над этим работать?
Поначалу нам сказали, что чип будут использовать в благих целях: чтобы доставлять лекарства, обнаруживать и лечить болезни, улучшать генетическую структуру и всё в таком духе. Те же цели были у нашего средства против лейкемии.
Но сейчас мы знаем, чего Коалиция хочет на самом деле. Они не хотят спасать жизни людей – они хотят их контролировать. Контролировать наши мысли, наше поведение и даже избавляться от неугодных.
Поэтому они хотят привить всех до единого.
«Вакплюс» – улучшенная в тысячи раз версия старого чипа. Но, в отличие от старых сканируемых моделей, от наночипа нельзя избавиться. В любой момент Коалиция будет знать, где ты находишься, что ты делаешь и как себя
