Джозеф задумался, ответив после короткой паузы:
— Хорошо, пожалуй, на этот раз я с тобой согласен — ты в жопе, поздравляю.
Словно сказав тост, Джозеф допил пиво, смял в руке банку и бросил жестяной комок через всю комнату, попадая точно в заранее приготовленную там урну.
— Спасибо, выпендрежник, — ответил Эрик, упираясь лбом в подушку.
Ненависть и злость немного отвлекали от боли, которая ему уже порядком надоела. Эти чертовы раны заживали слишком медленно, выводя его из строя на целый день, но все же, гораздо быстрее, чем могло быть у любого другого ликана. И от этого процесса заживления дергало всю спину, а иногда даже так, что в глазах то темнело, то появлялись яркие вспышки. Если бы Эрик попросил обезболивающее, возможно, кто-нибудь и выполнил бы его просьбу, и этот процесс прошел бы гораздо незаметнее. Но его не для того так наказывали, чтобы потом облегчить страдания. Эрик прекрасно знал, что таковы правила для тех, кто нарушает законы. Поэтому, он предпочитал как можно скорее удовлетворить волю Ветхих, чтобы ему уже ничего не мешало спокойно заняться самым главным.
— Всегда пожалуйста, — во все зубы улыбнулся ему Джус. — Мне остается только пожелать тебе удачи. И кстати, Сара сказала нам остаться и проконтролировать, чтобы в завтрашней схватке все было честно. У меня остается только один вопрос — как ты будешь драться с женщиной, по которой с ума сходишь?
— На счет этого можешь даже не переживать. У нас было достаточно тренировок. И кстати, ее тоже воспитывали Ветхие, и тренировали те же, кто тренировал и нас.
— Да ладно?! — выпалил Джозеф. — Ну тогда, пожалуй, это будет интересное зрелище.
На этом их задушевный разговор был прерван — открылась в комнату дверь, и к ним зашла Лия.
Ну, наконец-то! Эрик даже забыл о боли, чувствую, как теплеет в груди.
— Нейла, мое почтение, — улыбнулся ей Джозеф. — Как дела в Стае?
— Могло быть и лучше, — ответила она, бросив на ликана лишь короткий взгляд.
Ее внимание было приковано к спине Эрика, которому совсем не нравилось, что читалось в ее глазах. В них стояло непривычное сострадание. Нет, ему, конечно, было приятно, что Лие не безразлично его состояние, но вот жалость это было не тем чувством, которое он хотел в ней видеть.
— Там что, все настолько плохо? — спросил он ее про свою спину.
— Уже не настолько, но мне все равно не нравится. Долго еще будет заживать?
Стиснув зубы и приложив некоторые усилия, Эрик приподнялся и сел на крою кровати, совсем не слушая, как Лия рычит на него и просит не двигаться:
— Эрик, что ты делаешь?! Тебе нужно лежать как минимум еще несколько часов…
— Иди сюда, — ответил он ей, протягивая руку, и от этого движения, которое растревожило рваные мышцы спины, перед глазами снова промелькнули яркие вспышки.
Ну и черт с ними! Наконец-то пришла его девочка, которая может помочь ему забыть о боли, сделав из этого ощущения самое сладкое удовольствие. Подойдя ближе, Лия вложила свою ладошку в его руку. Эрик сжал тонкие пальцы и притянул ближе, уводя Лию вниз, раздвигая ножки и заставляя сесть к себе на колени, лицом к лицу, дыханием к дыханию.
— Простите, — подал голос Джозеф, о котором оба, похоже, уже забыли, — вам свечку не подержать?
Встав с кровати, ликан обошел их, направляясь к двери, и Эрик теперь смог увидеть на его лице самую издевающуюся и довольную ухмылку, какую он когда-либо видел.
— Как-нибудь без тебя справимся, — ответил ему Эрик.
— Ну, раз я вам ничем не пригожусь, то пойду, наверное. Только скажу напоследок кое что Нейле. — Услышав свое имя, Лия повернула к нему голову. — С учетом того, что у нас с Эриком достаточно хорошие отношения, и я кое-что могу понять в ваших отношениях, но все же хотел сделать замечание о том, что было в зале…
— Джозеф, — окликнул его Эрик, — вали отсюда.
Джозеф уже открыл дверь, но выходить не спешил:
— Я просто хотел попросить ее больше так не делать, хорошо, Нейла? Все же, выдавать так открыто свою слабость вам не идет, обоим.
Лия открыла рот, чтобы ответить, но Эрик тут же закрыл этот ротик своей ладонью и сказал сам:
— Начнем с того, Джус, что такого больше не повторится. А теперь, вали отсюда, или тебе все же дать в руки свечку? Может, поучишься у меня чему-нибудь?
— Нет, спасибо, — усмехнулся ликан, — я и так неплохо справляюсь.
И как только за ликаном закрылась дверь, Эрик убрал руку с теплых губ, с пылом и страстью сминая их в поцелуе, который давал понять всю силу его желания и адского голода. Лия охотно отвечала, напористо скользя по его губам своими. Запах его крови, стоящий в комнате, стал ощущаться более остро, окутывая их терпкими нотками. Кровь, боль, секс… и Лия… это стало неотъемлемой частью того коктейля, который приносил ему невероятные ощущения. И эти ощущения были как наркотик, хотелось испытывать их снова и снова, всегда, бесконечно, и только с ней. Хотелось быть в центре ее внимания, частью ее жизни. Хотелось быть тем, без кого она не смогла бы нормально жить.
Хотелось быть ее наркотиком…
— Вижу, тебе уже лучше? — лукаво спросила Лия неровным дыханием.
— Нет, мне все еще паршиво, и ты даже не представляешь как, — ответил он, сдергивая с нее куртку и задирая майку, чтобы добраться до теплой, оголенной кожи.
Лия хохотнула, но вот помогать ему в своем обнажении не стала.
— Эрик, мы можем хотя бы пять минут совместного времени провести без секса?
Добравшись до ее груди, Эрик лизнул один сосок, слушая, как Лия выдыхает стон, заканчивающийся острым ругательством.
— Вряд ли. Это напрасная его трата, ты так не считаешь? — спросил он, поднимая глаза и следя за реакцией на ее лице, когда его язычок стал обводить и теребить твердую горошину.
Лия облизнула губы, сжимая в руке его волосы на загривке и отводя назад. Какая же непокорная упрямица…
— Я считаю, — неровным голоском сказала она, томно заглядывая ему в глаза, — что нам есть о чем поговорить.
— Я не могу говорить и думать, когда ты рядом. Хотя… один вопрос мне все же не дает покоя — мне показалось или я в твоих глазах увидел жалость к себе?
В его голосе и взгляде проскользнуло именно то, что он и хотел ей показать — ее жалость ему не понравилась. Это было тем чувством, которое может создать им серьезные проблемы, начиная с завтрашнего дня.
— Тебе показалось, — ответила она, внимательно и настороженно изучая его лицо.
— Это хорошо, потому что я бы не хотел видеть этот взгляд у тебя завтра, во время схватки.
— Именно об этом нам нужно поговорить, Эрик. Я не хочу с тобой драться, — ошарашила она его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
