«Л... ладно. Я согласна. Что нужно сделать?»
«Просто подпиши...» — голос демона стал неожиданно вкрадчивым, а перед глазами Агнессы вспыхнули огненные строчки договора.
Она попыталась тщательно его прочитать, но никаких подводных камней — по своему разумению, конечно же, — не обнаружила. В самом низу оставалось место как раз для её подписи, и девушка, поколебавшись, заставила себя мысленно же оставить там свою фамилию. Было крайне непривычно и странно видеть, как буквы словно выжигаются прямо в воздухе.
Она заключила контракт с Амальгамой.
Лично Агнесса — не какая-то её древняя бабка! Эта мысль показалась ей одновременно пугающей и будоражащей — ведь это тоже проявление магии и силы воли! Конечно, этот договор был не с каким-то посторонним демоном, а знакомым с детства Мельхиором, но всё равно!
«Ну так что, великий демонолог, мы идём спасать твоих подружек, или ты передумала?» — ехидный голос «знакомого с детства» демона прервал её размышления и девушка, спохватившись, вскочила из-за стола:
— Боже, я опаздываю!
***
Однако, вопреки страхам — но, скорее, благодаря проворным ногам и удобным башмачкам, Агнесса оказалась у той самой двери, через которую вошла в холл не далее как три дня назад, даже несколько загодя. Здесь же обнаружились Саманта и тихоня-Нелия. Триш и Марии не наблюдалось.
Саманта стояла, вальяжно привалившись плечом к дверному косяку и посасывала мундштук погасшей трубки. Взгляд её, расфокусированный и устремлённый в бесконечность, видел нечто, недоступное простым смертным, и соответственно тревоги и переживания по поводу возможного увольнения маячили в недосягаемой дали.
Белокурая Нелия, облачённая в потрясающе нарядное и богато расшитое золотом платье с незнакомыми Агнессе узорами и гербами, также не выражала никакого беспокойства. Прибежавшей «подельнице» она мягко кивнула — без улыбки, очень сдержанно, но Агнесса почувствовала в этом движении такое достоинство, какое не снилось никому. Вот так выглядело настоящее благородство.
Ей стало неловко говорить о том, что, мол, Мельхиор им поможет — отплатит, так сказать, добром за добро. Во всяком случае, медиуму абсолютно точно в данную минуту было всё равно, что произойдёт дальше, а Нелия не казалась девицей в беде.
Озадаченная Агнесса скромно встала чуть в сторонке, чинно складывая руки на подоле в ожидании оставшихся «виновниц».
Ждать долго не пришлось — буквально через минуту, из дверей, ведущих во двор, вывалилась сначала Триша, за ней Мария, а потом показалась и Рейвен. Создавалось впечатление, что девчонок она притащила буквально за шкирки, чем те были страшно недовольны.
— Развелось уклонистов! — возмущённо фыркнула Джоанна, отряхивая руки и с раздражением наблюдая, как девушки обуваются. — Вперёд! Даже не думайте, что вам это сойдёт с рук!
Агнесса успела заметить короткую и не очень добрую ухмылку, скользнувшую по губам тихони-Нелии после слов Рейвен. Впрочем, судя по всему, лишь она сохраняла ледяное спокойствие в сложившейся ситуации.
— Так, ну хоть вы в сборе, — одарила их троицу разъярённым взглядом брюнетка, после чего, картинно распахнув двери, отошла в сторону:
— Внутрь, по одной.
Команды, отдаваемые ею, требовалось выполнять беспрекословно — что-то в голосе чернявой наводило на мысль, что непослушание будет караться строго. Во всяком случае, Агнессе проверять совершенно не хотелось. А, судя по тому, что Саманта отлипла от косяка и прошла внутрь первой — её подозрения были справедливы.
Кабинет значительно преобразился с того момента, как — кажется, вечность назад! — Агнесса впервые здесь оказалась. Место одинокого стола занимала трибуна, чуть позади располагалась на невидимом от входа возвышении кафедра и в стороне, амфитеатром, в три линии, оказались размещены обычные лекционные парты. За трибуной стоял, соответственно, ректор — единственный не изменившийся «атрибут» этого помещения, выглядящий как всё тот же клерк средней руки. Места за кафедрой были отданы, судя по всему, преподавательскому составу — и среди десяти людей взгляд Агнессы сразу «поймал» одного мужчину. Шатен средних лет, с убранными в тощую косицу волосами, усталым лицом и подчёркнуто-брезгливым выражением поджатых губ... но не внешность его привлекла внимание девушки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ненависть, злоба, застарелая гнетущая ярость и боль — всё это читалось в необычайно светлых, едва не до белизны выцветших глазах, которые неотрывно следили... за ней? Прежде Агнессе никогда не доводилось сталкиваться с настолько необъяснимой агрессией в свою сторону, и против воли она позволила демону ощутить собственный страх.
«Ну и урод! Чего вылупился? В рыло захотел?! Пусти, я выдавлю ему эти наглые лупалки!» — мгновенно вскинулся Мельхиор.
«Нельзя! Я понятия не имею, кто это...» — растерянно отозвалась девушка, съёживаясь и переставляя ноги следом за Самантой.
— Баллирано — встаньте здесь, — раздался суровый голос Рейвен, и девушка, вздрогнув, с трудом заставила себя поднять на неё взгляд — Джоанна указывала на место чуть в стороне от происходящего, ближе к партам.
Только сейчас Агнесса обратила внимание, что за ними сидели студенты — обладатели синих, пурпурных и чёрных повязки. У всех вид был крайне торжественный и хмурый, даже у Генриха. Тот, перехватив взгляд Агнессы, подмигнул ей и едва заметно ободряюще улыбнулся. Что ж, и такой поддержке она порадовалась, пускай и не понимала — как это может им всем помочь. Рядом с Вороном сидел Фридрих и он тоже сдержанно кивнул недавней знакомой. А на самом верхнем ряду обнаружился в числе прочих «черноповязочников» даже Кевин Сандерс — но вид у ур-мага был настолько скучающим и раздражённым, что Агнесса поспешила потупиться.
Саманту, Нелию, Триш и Марию разместили перед трибуной, подчёркнуто на позиции обвиняемых.
Ректор с некоторой ленцой обвел собравшихся взглядом, едва различимым за отблеском круглых очков. Он взял в руки бумаги, лежавшие перед его носом, и уставился в них — будто впервые видел.
— Собрание ректорского совета объявляю открытым, — наконец, произнес он, не опуская бумаг и не отрывая от них взгляда. — Инициатор собрания — дисциплинарный отдел Бирмингемского Университета, в лице доктора Джоанны Рэйвен...
— И преподавательский коллектив, — неожиданно громко, но сквозь зубы процедил шатен, всё это время не отрывающий взгляда от Агнессы.
— ... и преподавательский коллектив в единственном лице прервавшего меня профессора кафедры демонологии Андера, да, — закончил ректор все тем же ровным скучающим тоном.
Агнесса обескураженно молчала, сделав для себя пометку, что именно так выглядит общепризнанный женоненавистник — преподаватель демонологии. Что хуже — предположительно, её декан.
— Заседание совета рассматривает меру дисциплинарного взыскания в отношении студенток: Патриции Харрис, Нелии Бейкер, Марии Морган и сотрудницы Университета Саманты Вигель. Суть их проступка выражается в нарушении пунктов шесть точка три, шесть точка четыре пункт бета Устава Бирмингемского Университета Магических Искусств, и третьего параграфа клятвы учащегося Бирмингемского Университета Магических Искусств. Обвиняемые использовали без ведома, разрешения и наблюдения профильного преподавателя магические построения межпространственного характера и осуществили метафизический сдвиг реальности в отношении потенциально опасного тонкого существа, сиречь — призвали демона, что привело к значительным материальным и метафизическим повреждениям структуры здания университета и уничтожению ценного имущества. Стоимость уточняется, — впервые за все время ректор оторвал взгляд от бумаг и взглянул на обвиняемых. — Совет готов выслушать ваши аргументы в свою защиту, если они имеются.
Переплетение всех этих терминов, пунктов уставов и параграфов нарушений настолько запутало девушку, что она с перепугу готова была согласиться со всем — сказывалась тотальная юридическая безграмотность! Вот только обвинения предъявлялись не ей.
