чего скрылась в комнате, одеваться и наводить «марафет», как она сказала.
Ждать пришлось относительно не долго. Минут тридцать. По словам Оли, это оказалось еще и очень быстрым. Что было несколько для меня удивительным, так как я прекрасно знал, что в походе, она могла собраться за минуту, максимум три. Но вынужден признать, ожидание стоило того. Когда мы с Алькой уже задолбались играть в слова, появилась наша Афина. Словно рыжеволосое божество, она прошла в общую комнату, обутая в аккуратные туфельки на шпильке, и одетая в короткое, черное коктейльное платье, что выгодной подчеркивало ее фигуру в нужных местах и заставляло сходить с ума мужскую фантазию.
Гуляли по ближайшим улочкам мы не так уж и долго. Буквально минут двадцать, прежде чем Оля, подмигнув Але, не потащила девочку в торговый центр, где была детская игровая площадка. Ребенок, в таком месте оказался впервые, так что криков радости, веселья и прочего было выше крыши. Я же стоял и с улыбкой наслаждался радостью Али, и счастливыми глазами Ольги, которая бросала в мою сторону очень многозначительные взгляды от которых становилось тесно в моих штанах.
Когда мы вернулись в номер, то Аля была настолько уставшей, что уснула еще по дороге домой, удобно устроившись у меня на руках. Ольга же с каким-то сложно уловимым блеском в глазах смотрела на меня, периодически прикусывая нижнюю губу.
Уложив кроху в кровать, я укрыл ее и проведя пальцами по белым, как снег волосам, прошептал пожелание «спокойно ночи». Тихонько выйдя в общую комнату, я прикрыл дверь в «девчачью» спальню, и вышел на балкончик, где стояла любуясь огнями ночного города и Ольга.
- Красиво. – Произнес я, подкуривая сигарету и выпуская дым в сторону неба.
- Красиво. – Кивнула женщина, беря мою руку и поднося мою же сигарету к своим накрашенным алой помадой губам. Сделав затяжку, она неспешно выдохнула дым, прикрыв глаза. – Почему-то от первой сигареты за долгое время, всегда кружиться голова.
- Сужаются сосуды. – Пожав плечами ответил я, сам затягиваясь и одновременно с этим подмечая, что как бы и губ ее касаюсь, через фильтр сигареты.
Проследив за моим взглядом, Оля, подошла ближе и заглядывая в мои глаза, поднялась на носочки, одновременно с этим закидывая свои руки мне на шею. Наклонив голову, я потянулся на встречу к ней и вскоре наши губы коснулись.
Первый поцелуй. Он всегда особенный и всегда неповторимый. Словно разряд тока проходит через двух человек, рассказывая им друг о друге. Полученную информацию невозможно выразить словами, ее можно только прочувствовать. Всего мгновение. Как минимум на скорости света в триста тысяч километров в секунду, проскакивает знание о целуемом человеке.
Правда это, или всего лишь мои затуманенные страстью и желанием впечатления? Не могу исключать ни первый, ни второй вариант.
Губы Оли были нежны и упруги, а язычок, словно озорной провокатор, проходился по моим губам, после чего вступал в жаркий спор с моим языком, стараясь победить в страстном танце, то уступая, то вновь напористо атакуя. Больше всего этот процесс напоминал мне танец пламени. Столь же жаркий и столь же безумный.
Я сам не заметил, как мы вернулись в номер и я повалил женщину на кровать, прижимая к простыням. Она же в свою очередь, крепко обхватив меня руками и ногами, прижимала к себе, стремясь быть как можно ближе друг другу, мы целовались, но этого было мало, требовалось оказаться еще ближе, максимально близко насколько это было возможно! И такой способ был, его мне Ольга и показала.
Спустя час тяжело откинувшись на спину, я пытался успокоить взбесившееся дыхание. Сверху, прижавшись к моей груди лежала женщина, точно так же как и я пытаясь отдышаться, после этого марафона, полного нежности, переходящей в агрессивную, животную страсть, и вновь возвращающуюся подобно маятнику к нежности и робости.
- Это… - хрипло дыша, едва не срываясь на гортанный животный рык, выдавил я, - это было потрясающе.
- Ага. – Взглянув в мои глаза, ответила Ольга, после чего нежно поцеловала мои губы. – А сейчас время десерта.
Женщина начал целовать меня, плавно опускаясь все ниже и ниже. Губы, подбородок, шея, мочка уха, вновь шея, и ниже и ниже, пока не достигла паха. А едва его достигнув, начал целовать и осторожно царапать вокруг коготками, как бы дразнясь. А потом, она показала мне, как этим можно заниматься еще, да так показала, что я забыл как дышать.
Угомонились мы лишь под утро, уставшие и изможденные друг другом, уснув в крепких объятиях по-прежнему желая оставаться максимально близкими друг к другу.
Разбудила меня тихо выглянувшая из своей спальни Аля, что красная как рак, от смущения, тихонько проскользнула в ванную комнату. Осознав в каком деликатном положении нахожусь, лежа на смятых простынях, голый в обнимку с голой же Олей, прикрытые лишь тоненькой простынкой. Да, ребенку такое лучше лишний раз не видеть.
Быстро одевшись и вложив в кобуру один из пистолетов, я поспешно выскочил на балкон, после чего щурясь на восходящее солнце подкурил сигарету. Стоящий здесь же кофе-аппарат уже вовсю готовил мне крепкий утренний кофе, донося аромат свеже молотых зерен. Минут через пять сюда же вышла и Алька, которая как-то подозрительно и я бы даже сказал удивленно поглядывала на меня.
- Я слысала как Оля клицяла. Ти делял ей больно? – Спросила малышка, с подозрением косясь на меня.
- Нет. – Отрицательно покачал я головой, задумавшись, как осторожно выпутываться из создавшейся ситуации.
- Я помню как мама клицяла, а когда я сплосила, она с папой лугались. – Доверительно сообщила мне Алька, вставая на носочки и заглядывая вниз через перила. – И ноцю тетя Оля клицяла. И ты лыцял.
Пока девочка произносила все это, я чувствовал как мое лицо покрывается красной краской стыда. Идей как лаконично, объяснить ребенку, что мы занимались любовью у меня не было. Единственное в чем я был уверен, так это в том что нельзя говорить так как есть, мол она еще слишком маленькая. Это было странно, так как Аля за свою короткую жизнь успела повидать всякого, и вопрос чем занимается взрослый мужчина с взрослой женщиной при наличии между ними обоюдного влечения, как-то теряется на всем том фоне ужасов. Да и не уверен, что она не видела, процесса полового акта…
- Понимаешь, малышка, когда мужчина и женщина нравятся друг другу, они стремятся оказаться как можно ближе друг к другу, а это им
