Что он или все они упустили?
— То есть, по вашим словам, уважаемая жрица, Дракон собирает эти амулеты со всего мира? — медленно спросил он, вкрадчиво глядя на девушку.
— Да.
— Мэтр? — Анаквий посмотрел на мага и приподнял одну бровь в немом вопросе. — Насколько важна вам эта частица... э-э-э... Вигоры?
— Ваше Величество. — Маг встал со своего места и поклонился. Одно дело просто сидеть и наблюдать за беседой короля и совсем другое сидеть, когда сам вовлечён в беседу. Поэтому маг встал, следуя законам этикета. — Мне пока сложно ответить на этот вопрос... Однако, мне кажется, что то, чего так отчаянно добивается наш враг, должно представлять некую ценность, если не для нас, то для него точно.
Король коротко кивнул и посмотрел на жрицу.
— Риана, вы действительно уверены, что, забрав эти амулеты, Дракон прекратит нападения на королевства и отступит?
— Да, уверена, — сказала девушка. — Именно они являются его целью, а не земли и богатства.
Старый маг что-то проворчал под нос, но его никто не расслышал, король же задумчиво потёр подборок.
— В таком случае, нам стоит всё это хорошо обдумать. Вы уже знаете, сколько всего таких амулетов и где они находятся?
— Да. И я намерена в скором времени отправиться за ними.
— Что ж, — Анаквий задумчиво побрёл обратно к своему креслу, — в таком случае, пусть пока уважаемый мэтр оставит свой амулет при себе. Тут он будет в большей сохранности, до тех пор, пока вы не соберёте остальные.
— Это разумно, — согласилась девушка.
— И ещё один вопрос, Риана. — Анаквий вдруг словно очнулся от своей задумчивости и пристально посмотрел на девушку. — Вы обмолвились о своей смертности... — Он вдруг внимательно посмотрел на рыцаря, и Лекамир слегка поёжился от его тяжёлого взгляда. — Значит ли это, что вы избрали себе супруга?
— Нет, Анаквий, это значит, что я встретила своё предназначение. Возможно, будущего супруга, однако в последние дни события летят так быстро, что я не могу точно ответить, кто он. Возможно, если вы зададите мне этот вопрос по прошествии какого-то времени, я смогу вам ответить более точно.
— Что ж, хорошо... — сказал король, хотя вид у него был очень недовольный. — А теперь прошу меня простить, Риана, меня ещё ждут дела.
— Вы просите меня уйти? — вполне простодушно спросила девушка, с лёгким любопытством наблюдая за тем, как король, человек в почтенном возрасте, покраснел под её пристальным взглядом.
— Да... — откашлявшись, сказал он, — не сочтите за грубость или неуважение, жрица. Но не думаю, что вам будет интересно слушать со мной отчёт моих доверенных лиц.
— Почему же? — Жрица пожала плечами. — Мне кажется, это наоборот было бы интересно.
Но, увидев растерянное выражение на лице короля, она, наконец, улыбнулась и даже легонько рассмеялась.
— Не переживай так, Анаквий. Я всё прекрасно понимаю и уже ухожу. Лекамир?
Рыцарю тоже не терпелось поскорее уйти, и он повернулся к королю, чтобы спросить, дозволенно ли ему покинуть зал советов, но тот жестом руки велел ему остаться.
— Я найду тебя позже, Риана.
— Хорошо. — Девушка кивнула и, обернувшись, слегка поклонилась всем присутствующим. — Благослови вас Богиня.
Как только она скрылась за дверью, Лекамир каждой частичкой своего тела почувствовал тяжёлый королевский взгляд. Мысленно он готовился к тому, что сейчас его начнут распекать не только из-за похищения, но и за то, что Риана лишилась божественной силы.
— Сэр Абретис, что вы скажете на всё это? — послышался металлический голос короля.
— Ваше величество? — неуверенно спросил он, не до конца понимая, что именно он имел в виду: похищение или Риану.
— Вся эта история с талисманами — правда?
— У меня нет сомнений в словах Рианы, — склонив голову, ответил рыцарь. — Но сам я ничего не могу утверждать, так как с Драконом не встречался и обо многом сам узнал именно сейчас. Мне только хочется верить, что жрица Небесной Богини знает о том, что говорит, и что ей известно о мире и древних существах больше, чем всем нам.
— Что ж, оставим пока этот вопрос. Что насчёт её смертности? Когда это произошло?
— По словам Рианы, она сама не знает этого. Обнаружили же мы это, когда уже выбрались из дворца. Риана была ранена генералом Аккесом, и только так мы обо всём узнали.
Король опять задумался, и на некоторое время в зале воцарилась тишина, в которой был слышен только треск чадящих факелов.
— Когда жрица отправится на свои поиски остальных амулетов, вы поедете с ней, сэр Абретис, — сказал, наконец, король. — Надеюсь, это вам ясно?
— Да, Ваше Величество.
— Тогда вы свободны.
Лекамир ещё раз поклонился и вышел из зала. Анаквий же откинулся на кресло и опять начал задумчиво тереть подбородок. В его голове крутилось множество мыслей, но ни одна из них ему не нравилась.
— Ваше величество? — попытался привлечь его внимание маг.
— Не здесь, мэтр. — Король вскочил и пошёл к выходу.
Первый волшебник, поняв всё, последовал за ним, старясь не отстать от размашисто шагающего короля. Они вышли из зала советов и направились прямо по коридору, который вёл в личные покои Его Величества. Зермон понимал, что монарх чем-то сильно удручён и что если их разговор переносится в другое, более уединённое место, то им явно предстоит обсуждение серьёзных и даже секретных тем.
Возле самых дверей им повстречался один из помощников короля.
— Ваше Величество! — Тот буквально подскочил на месте, завидев их, и едва не рассыпал свитки, которые держал в руках. — Тут...
— Не сейчас! — отмахнулся Анаквий.
— Но тут важн...
— Я сказал: не сейчас! — рявкнул тот, бросив на слугу злой взгляд. — Пошёл вон!
Парень едва не поседел на месте, однако замер, как каменная статуя, боясь даже дышать, пока король проходил мимо и рывком открывал дверь в свои покои. И, к ужасу незадачливого помощника, вдруг остановился и обернулся.
— Свитки потом. Приведи ко мне сэра Траска.
Слуга сделал лучшее, что он мог в этой ситуации, а именно — со всех ног рванул прочь, радуясь, что если король и решит спустить свой гнев, то уже не на него.
Анаквий, когда зашёл внутрь, плюхнулся в своё любимое кресло. Зермон, зайдя следом, прикрыл дверь и приблизился к нему, встав, как всегда, по правую руку.
— Что вы скажете на это, мэтр?
— Если о Лекамире, то рыцарь не врёт. Он доверяет жрице и даже привязан к ней. Возможно, даже сильнее, чем следовало бы.
— Сейчас не это интересует меня больше всего, — отмахнулся король. — Что за амулет у вас? Почему он так интересен тому, кто, как утверждает жрица, сильнее богов? Что в нём такого особенного? Насколько он ценен на самом деле?
