Они не смогли найти ни одного слова, которое бы принадлежало ему лично. И все это продолжается дальше.
Человек, который в первый раз привез меня в Пуну около тридцати лет назад, был последователем Махавиры, и также последователем Махатмы Ганди. Он жил с Махатмой в его ашраме несколько лет. Его звали Ришабхас Ранка. Многие люди в Пуне, должно быть, знают его. Махатма Ганди постоянно учил тому, что все религии едины, их суть одна и та же, они все равны. Он тоже начитанный и повторяет это как попугай.
Потом он написал книгу о Махавире и Гаутаме Будде и показал мне манускрипт. Как только я увидел заглавие, я сразу сказал ему: «Только посмотри на заглавие. Мне не нужно даже читать твою книгу. Название говорит обо всем». В названии он пишет: «Багван Махавира». И пишет: «Махатма Гаутама Будда». «Багван» для Махавиры и «Махатма» для Гаутамы Будды. Есть так много махатм, поэтому Махатма - не нечто уникальное.
Я сказал ему: «Ты пишешь эту книгу для того, чтобы показать, что джайнизм и буддизм равны, и их послание, в сущности, одинаковое. Гаутама Будда и Махавира равно просветленны».
Он ответил: «Да».
Я продолжал: «Почему же тогда такие разные названия? Ты должен поставить перед обоими именами либо “Махатма”, либо “Багван”».
Теперь у него начались настоящие трудности. Он не мог написать «Махатма Махавира». Джайны бы просто убили его, они бы исключили его из своей общины. Он был джайном. Никто еще среди джайнов за двадцать пять столетий не оскорблял так Махавиру и не писал «Махатма Махавира». Махатм так много в этой стране, за одну рупию их можно купить дюжину. Они такие дешевые, в каждой деревне есть свой махатма.
И он не хотел писать «Багван» перед Гаутамой Буддой и приравнивать его тем самым к Махавиру. Он был просветленным, но он, с его точки зрения, не был на том же положении, как Махавира. Просветление Махавиры совершенное, а просветление Будды еще незавершенное, не такое тотальное.
Буддисты находятся в таком же положении. Они не готовы назвать Багваном Махавиру. Спросите у буддийского монаха. Один буддийский монах родился в Англии, но был обращен в монахи еще в молодости и стал буддийским монахом. Я не знаю, жив ли он еще, но он был известен во всем мире под именем Сангаршита. Он живет в Гималаях, в Калинпонге.
Он часто приходил в Университет, в котором я преподавал, и он заинтересовался мной; его всегда приглашали на философские семинары. Я часто поднимал вопросы, на которые ему было трудно ответить. Но он был очень хорошим человеком, он никогда не сердился на меня. Наоборот, если он не мог ответить, он спрашивал у меня, как бы я ответил на этот вопрос. Я говорил: «Я никогда не задаю вопросов, если не знаю на них ответа!»
Мы подружились. Он даже оставался вместе со мной, когда бывал в этом городе. Я спросил его: «Что вы думаете о Махавире? Ведь они с Буддой были современниками!»
Он ответил мне тогда: «Махавира? Он был просветленным, но не настолько полно, как Гаутама Будда».
Это распространено во всем мире. Но причина, по которой ученики озабочены этим, или так называемые духовные мастера озабочены этим, как раз заключается в том, что эго нуждается в определенном удовлетворении.
Шридхар, как Кришнамурти, так и Гурджиев - просветленные. И тот, и другой исчезли в океане, в котором исчезают все просветленные. После просветления нет отличия. И нет вопросов, потому что разума нет больше. Когда капля падает в океан, неужели вы думаете, что будут отличия, неужели вы думаете, что другая капля, которая упадет в океан, сделает это только частично? Разве может капля упасть в океан частично? Разве одна капля океана может отличаться от другой капли океана? Они все превратятся в океан.
Я говорю об этом откровенно, я очень прямодушный человек. Мне бы не хотелось, чтобы вокруг меня росла вся эта чушь, и мне бы хотелось, чтобы это относилось также и к вам. Когда я говорю, что каждый просветленный исчезает в одной и той же вселенной и не остается вопроса о том, кто выше и кто ниже, вы должны слушать меня. Впервые кто-то из мастеров говорит своим ученикам, чтобы они отбросили свое эго, которое прячется за идеей о том, что у вас самый великий учитель.
Я не имею никакого отношения к мастеру, это имеет отношение только к вашему большому эго. Отбросьте его; я не величайший мастер. В мире мастеров нет никого ни более великого, ни менее великого. Все эти категории относятся только к уму, они больше не действуют, когда ума больше нет.
Вы становитесь просто полной тишиной, чистым присутствием, и в вас больше не остается личности. Это один и тот же опыт, один и тот же вкус, одна и та же сладость, одно и то же блаженство, одна и та же истина, одно и то же сознание, один и тот же экстаз.
Вопрос: Возлюбленный Ошо. Когда мы живем здесь и сейчас, мы действуем спонтанно. Будут ли при этом мои действия и дальше руководствоваться опытом и ответственностью?
Дхьян Прабудха. Я сталкиваюсь с тем, что мне всегда трудно отвечать на вопросы, которые только интеллектуальны, которые вырастают из вашего страха, из вашего разума, но не из вашего опыта, не из вашей медитации. Ты говоришь: «Когда мы живем здесь и сейчас, мы действуем спонтанно». Но это состояние не присуще тебе. Ты, должно быть, цитируешь меня, это не твой опыт. Просто я говорю, что жить здесь и сейчас - это все, что можно сказать о медитации, а все остальное приложится, и твой ум начинает задавать вопросы.
Ты спрашиваешь: «Будут ли при этом мои действия и дальше руководствоваться опытом и ответственностью?» Ты ничего не знаешь о спонтанности, ты не знаешь ничего о том, чтобы жить здесь и сейчас. И не только это. Ты ничего не знаешь об ответственности и не знаешь ничего об опыте.
Весь твой вопрос совершенно лишен корня, но я попытаюсь ответить на него, потому что я не хочу ранить тебя. Ты еще не заслужил этого. После того как ты заслужишь, я даже не буду колебаться. Потом я ударю тебя и так, и этак, и буду наслаждаться этим. Но пока ты еще не готов к этому, я попытаюсь быть вежливым, насколько это возможно.
Ты говоришь: «руководствоваться опытом». Это означает: прошлым. Если ты здесь и сейчас, как ты можешь задавать вопросы? Это обусловленность. Опыт, определенно, принадлежит прошлому. Другими словами, ты говоришь: «Быть здесь и сейчас - значит ли это находиться под управлением прошлого?» Но тогда ты не здесь и сейчас. Для тебя тогда становится более важным прошлое - важнее того, чтобы находиться здесь и сейчас. И тогда ты боишься: возможно, если ты будешь действовать спонтанно, ты можешь потерять ответственность. Но ты даже не понимаешь смысл слова «ответственность». Общество было таким хитрым. Оно уничтожило наши самые красивые слова, дало им искаженный смысл. Обычно в вашем словаре «ответственность» означает «долг»: делать что-то так, как от вас ожидают родители, учителя, священники, политики и другие.
Ваша ответственность заключается в том, чтобы осуществлять требования старших и общества. Если вы будете действовать соответственно, вы будете ответственным человеком, если вы будете действовать как личность, вы будете безответственными. И вы боитесь действовать спонтанно, здесь и сейчас, потому что для этого нужна индивидуальность. И что тогда будет с вашей ответственностью?
Факт в том, что такая ответственность, само это слово, должно быть разделено на два слова. Это означает возможность отвечать. Но ответ возможен только тогда, когда вы спонтанны, когда вы здесь и сейчас. Ответ означает то, что ваше внимание, ваша осознанность, ваше сознание находятся полностью здесь и сейчас, в настоящем. Поэтому, что бы ни произошло, вы отвечаете всем своим бытием. Вопрос не в том, чтобы быть в гармонии с кем-то еще, с каким-то святым писанием, с каким-то святым идиотом. Это просто означает быть в гармонии с настоящим мгновением. Возможность отвечать - вот что такое ответственность.
Но без опыта ты не сможешь видеть противоречия в своем вопросе. Да, говорю тебе, ты сможешь действовать с полной ответственностью. Но это не будет та ответственность, которой вас учили и для которой вас обусловили. Это будет совершенно другое явление.
