возможно, и правда давал больше опоры, чем моё плечо, потому что Август легко держал мой темп. И я не могла его винить. Я бы хотела такой же независимости на его месте, хотя не уверена, что у меня получилось бы делать это с такой лёгкостью, как у него.
Прозвучал следующий гудок, сигнализируя о выпуске охотников.
— Может, пойдём к туннелям? — спросила я, сканируя окрестности в поисках признаков приближающихся охотников.
— Нет. — Август покачал головой; его лоб блестел от пота. — Мы не хотим привлекать к ним внимание. Слишком рискованно, когда мы так близки к побегу.
— Ладно, — согласилась я, кивнув. Он был прав, но я также не хотела, чтобы он загонял себя до ухудшения травмы.
Он стиснул зубы. — Думаю, моя лучшая ставка — отойти от Эндлока как можно дальше и следить за обстановкой. Добраться до Кровавого дерева так быстро, как смогу. Тебе не обязательно оставаться со мной — ты быстрее.
— Будто я тебя брошу, — закатила я глаза.
В прошлом месяце я могла бы так поступить. Но даже с учётом того, что я только что узнала… Я чувствовала, что Вейл предал меня. Что Август предал меня, и всё же я по-прежнему верила, что мы на одной стороне.
Мы ускорили шаг, Август шёл впереди. Я плелась сзади, держа уши и глаза востро на случай опасности.
Просто пережить сегодняшний день.
Я повторяла эти слова про себя. Если мы переживём эту охоту, через пару дней мы будем уже на пути в Северное поселение.
Но я не могла перестать думать о том, что узнала. Человек, в которого я влюблялась, был сыном моего врага. Разве это не делало его моим врагом тоже? Разве он не сказал бы мне правду, если бы это было не так?
Впереди ландшафт открывался поляной, окружённой деревьями. Лучи солнца пробивались сквозь листву, отбрасывая золотистое свечение на множество полевых цветов и высокую траву. Посреди поляны выделялся небольшой островок мха.
Странно неуместный среди травы.
— Стой! — закричала я; сердце подскочило к горлу.
— Поздно.
Нога Августа провалилась сквозь мох, и он рухнул в траншею. Тошнотворный хруст костей и его приглушённый крик боли достигли меня там, где я стояла, пригвождённая к месту.
Я ему не сказала.
Предупреждение Вейла о ямах совершенно вылетело из головы; мысли вихрились вокруг другого, и мне потребовалась лишняя секунда, чтобы опознать мшистое покрытие. Стон вырвал меня из хаоса мыслей, и я бросилась к краю ямы, сердце бешено колотилось.
— Август? — прошептала я; меня охватил настоящий ужас, подобного которому я не испытывала с тех пор, как узнала об аресте Джеда.
Ответом мне был ещё один стон. Я поспешно сорвала остатки мха и заглянула в траншею, цепляясь за край и ожидая, пока глаза привыкнут.
Всё было плохо. Очень, очень плохо.
Травмированная нога Августа была вывернута самым гротескным образом; осколок кости прорвал кожу ниже колена.
— Всё нормально, — сказала я, сглатывая тошноту. — Всё будет хорошо. Я тебя вытащу.
— Рейвен, я не могу встать, — сказал он буднично. Лоб покрылся испариной.
— Всё хорошо — всё в порядке, — повторила я, словно повторение слов могло сделать их правдой.
Разум лихорадочно искал решение, прежде чем на нас наткнётся охотник. Комья земли отломились и посыпались в траншею из-под моих рук, вцепившихся в край, и я отползла назад, чтобы не упасть следом.
— Послушай меня, — прохрипел Август; его дыхание вырывалось рваными толчками. — Ты должна меня здесь оставить.
— О чём ты говоришь? — запротестовала я, сбитая с толку его словами. — Я тебя не оставлю. Я тебя вытащу.
— Рейвен, не тупи. Слушай меня. Тебе нужно вытащить отсюда Момо. Пообещай мне.
— Прекрати, — прошептала я. — Всё будет хорошо.
В этот раз я даже сама не верила своим словам.
Они звучали плоско и хрупко, как ложь, которой и являлись.
Но речь шла об Августе.
— Даже если тебе удастся меня вытащить, силовое поле скоро сожмётся, и охотник настигнет меня в таком состоянии в два счёта. А если я переживу эту охоту, я не смогу добраться до поселения в таком виде, — пробормотал Август; в его голосе звучало поражение, но он не оставлял места для споров.
— Ты заслуживаешь выбраться отсюда живым, — прошептала я. Он был человеком, который держал нас всех вместе. Он был причиной, по которой мы зашли так далеко. — Я не могу позволить тебе умереть.
— Дело не в тебе, — прошипел он. — Не тебе решать, что здесь произойдёт. Я никогда не покину Эндлок, но это не значит, что я должен просто сидеть здесь и ждать, пока охотник меня убьёт. Но мне нужно, чтобы ты послушала.
Я захлопнула рот. Конечно, он был прав. Конечно, он не мог совершить переход через Пустоши, и моё отрицание этого факта ничем не помогало.
— Я слушаю, — прошептала я, яростно моргая, чтобы прогнать слёзы.
— Сперва поклянись мне, что вытащишь Момо отсюда, — настоял Август, пристально глядя мне в глаза. — Он должен выбраться. Должен жить. Защищай его так же, как защищала бы Джеда.
— Клянусь, — пообещала я. — Я не позволю, чтобы с ним что-то случилось.
Август закрыл глаза, кивнув; маленькая, невозможная улыбка тронула его губы. — Хорошо. Тогда мне нужна твоя помощь.
— Всё что угодно.
— Советница Эдер здесь, на охотничьих угодьях. Прямо сейчас. Мне уже не выбраться отсюда живым, никогда не увидеть, как Момо вырастет. Но я могу сделать кое-что для него. Я могу убить Эдер.
У меня отвисла челюсть. — Август…
— Гас, — прошептал он.
Я почувствовала, как нахмурился лоб. — Что?
— Думаю, самое время тебе называть меня Гас. Все мои друзья так делают.
В горле встал ком, и мне пришлось отвести взгляд на мгновение. — Хорошо. Гас, — прошептала я, едва не поперхнувшись словом.
— Хорошо. А теперь иди. Тебе нужно спрятаться, — настаивал Гас. — Она хороша в этом, так что она будет поблизости. Выслеживает нас. Я позову её. Если она меня услышит, она придёт.
— Она застрелит тебя сверху, — прошептала я, качая головой.
— Не застрелит, если ты столкнёшь её в яму, Торн.
Я замерла, представляя это. Гас зовёт её, и Эдер бросается к краю ямы, пока я подкрадываюсь сзади.
Он сможет это сделать. Он достаточно силён, чтобы убить её голыми руками, и это станет посланием. Оно прокатится волной по Эндлоку, Дивидиуму и Нижнему сектору, и они узнают, что Совет не так неуязвим, как они хотят нас заставить верить.
— Я сделаю это с тобой или без тебя, — сказал мне Гас. — Хотя предпочёл бы с тобой.
— Ладно, — кивнула я, хотя новые слёзы подступили к глазам. Я сглотнула ком
