— Может, — кивнул Акоста. — Представьте себе, что произойдет, когда вы станете убивать Эриоха. Он будет защищаться, составит мощное заклинание, призовет на помощь Перстень…
— Перстень? — удивился Валентин. — Перстень-то у него откуда?
— В настоящее время, — сказал Акоста, — армия Эриоха разбивает лагерь в десяти лигах от Храма Вечности.
— Вы хотите сказать, — воскликнул Валентин, — что Перстень?..
Он замолк на полуслове. Ответ выплыл из памяти раньше, чем Валентин успел сформулировать вопрос. «Последний талисман из четырех, сокрытый Вечностью, вновь обретет свободу, и сможет выбирать себе раба». Катрен Марвуда, верховного жреца этого самого Храма Вечности.
— Перстень, — сказал Акоста, — будет у Эриоха уже к середине ночи.
Середина ночи, подумал Валентин. Это еще очень не скоро.
— Понятно, — сказал он. — А если я успею напасть на Эриоха раньше?
— Тогда, — пожал плечами Акоста, — вместо зеленой катастрофы может случиться синяя. А может и не случиться. Я не знаю, какие пророчества получил Эриох.
— Однако вы неплохо осведомлены о местонахождении Перстня, — заметил Валентин.
Акоста пожал плечами:
— Я видел его в Храме Вечности. Марвуд просил меня забрать Перстень с собой, но я отказался. Ему уготована иная судьба.
— Но как Перстень оказался в Храме Вечности?! - задал Валентин давно висевший на языке вопрос. Вместе с большинством экспертов Управления он полагал, что после смерти Алефа Перстень достался Детмару. Но Детмар никогда не имел ничего общего с Храмом!
— Марвуд сказал, что Перстень сам перенесся в храм, — ответил Акоста. — Долгое время Марвуд хранил это в тайне. Потом он прочитал свои катрены и лишился покоя.
— Еще бы, — усмехнулся Валентин. — Талисман, выбирающий себе раба — не самое приятное приобретение. Кстати, а что еще сказано в катренах Марвуда? — полюбопытствовал Валентин.
— Об этом вам расскажет сам Марвуд, — ответил Акоста. — Второй его просьбой было разыскать Фалера и пригласить его в Храм. Точнее, проводить в Храм.
Валентин пожал плечами. Это мы уже проходили. Вообще, это их Время Темных Сил куда больше напоминает дикую охоту на Фалера.
— Означает ли это, — спросил Валентин, — что мы отправимся в Храм вместе?
Акоста покачал головой:
— У каждого из нас свой враг, Фалер. У нас нет времени на ссоры. Я передал вам просьбу Марвуда; думаю, этого достаточно.
— Похоже на то, — усмехнулся Валентин. — Объясните только, зачем я Марвуду понадобился. Уж не собирается ли он принести меня в жертву Вечности?
— Он собирается понять, кто вы такой, — ответил Акоста. — У вас нет выбора, Фалер. Ваше появление в Храме предсказано Пророчеством. Единственное, что беспокоит Марвуда — упоминание о вашей черной душе.
Валентин фыркнул.
— Я же пришелец! Откуда у меня душа?
— Спросите об этом Марвуда, — пожал плечами Акоста.
Понятно, какой Марвуду достался катрен, подумал Валентин. Вот будет потеха, когда он попробует отловить Емая у меня в черепушке. Битва ментальных ящеров…
— Ну хорошо, — сказал Валентин. — Значит, силком вы меня в Храм не потащите?
Акоста отрицательно покачал головой.
Надо же, какими разумными могут быть великие маги, подумал Валентин. Особенно во времена Темных Сил.
— Тогда придется мне самому, — сказал Валентин, разводя руками. — Только еще один вопрос, напоследок. Я все-таки никак не соображу — как же мне предотвратить эту чертову катастрофу?
— Это вопрос? — уточнил Акоста.
— Еще какой вопрос! — воскликнул Валентин.
— Так же, как и предыдущую, — ответил Акоста, неожиданно для Валентина подаваясь вперед. — Пробуйте все подряд, что-нибудь да получится. Это же уникальное событие, какие тут могут быть стандартные решения!
Валентин широко раскрыл глаза. Конечно, в глубине души он знал, что все великие маги в чем-то похожи. Но сейчас он смотрел на Акосту — а видел Хеора. Хеора, произносящего свое любимое «Думай!»
— Ну, тогда я начну с талисмана, — заявил Валентин.
— Правильно, — одобрил Акоста. — Если Перстень вам не подчинится, это будет очень хорошим знаком.
— А потом, — набравшись храбрости, продолжил Валентин, — я убью Эриоха!
— Тоже правильно, — кивнул Акоста. — По крайней мере, один раз стоит попробовать.
— У меня не получится? — нахмурившись, спросил Валентин.
Акоста с интересом посмотрел ему в глаза.
— Очень любопытный вопрос, — сказал он. — Вы что же, считаете, что великого мага можно убить с первого раза?
Глава 16.
Бесхозная Вечность
Маячит рядом этакая флешь-рояль,
И приглашает на данс-макабр.
Оп-па, подумал Валентин. Кажется, я что-то не то сказал!
С того самого мгновения, когда рука Валентина помимо его воли бросила в Хеора роковую монету, Валентин словно забыл все, чему его учили шесть долгих лет. Умом он помнил, сколь невероятно сложной системой заклинаний защищен каждый из великих магов, в скольких разных местах могут находиться частички их Силы, сохраняющие своему хозяину жизнь даже после полного разрушения тела. Но простой кусочек тумнарка, талисманного металла, изредка встречающегося в горах Крайнего Севера, за несколько секунд превратил великого мага Хеора в неподвижный, лишенный магии труп. И с тех самых пор Валентин больше не верил в неуязвимость великих магов.
Не верил бы себе и не верил, подумал Валентин, зачем же об этом на всех перекрестках кричать? На Побережье убивать великого мага приходилось в два, а то и в три приема — сначала уничтожать его тело, потом дожидаться исчерпания его Силы в попытках воссоздать себе материальное пристанище, а в некоторых случаях — отправляться еще и в Страну Мертвых, чтобы истребить жаждущую отмщения душу. В случае с Хеором Валентин совместил два этапа в одном, но душа Хеора осталась целехонькой. Так можно ли вообще считать, подумал Валентин, что я его убил?
Акоста с любопытством смотрел на вытянувшуюся физиономию Валентина, и терпеливо дожидался ответа. Валентин набрал в грудь побольше воздуха и выпалил:
— Так талисманом же!
Акоста вытянул губы в трубочку и издал разочарованное «у-у-у».
— Что-то не так? — спохватился Валентин. А что тут может быть не так? Талисман — он и в Африке талисман!
Акоста повернулся к Валентину вполоборота и задумчиво посмотрел на костер.
— Как давно, — спросил он, — Хеор Бессмертный является вашим учителем?
— Третью неделю, — машинально ответил Валентин, выдавая себя с головой. Хеор, пронеслось у него в голове. «Думай»; так что же означает «у-у-у» Акосты? То, что талисманы бессильны против великих магов? Валентин тоже посмотрел на костер, и тут его осенило.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
