— Он изготовлен меньше месяца назад, — холодно напомнил Райс. — Я иногда замечаю рекламу новых моделей, представьте себе.
— И стоил целое состояние. Современные технологии, научный прорыв в передаче данных… Вам не понять.
— Купите другой. Уверен, Антэс хорошо оплачивает вашу преданность.
— Он уникален! — вспыхнул Метт. — Эксклюзивная работа, создан по моему заказу!
— То есть если его найдут на «Касэлоне», вам начнут задавать неприятные вопросы, — констатировал Сэм. — Что ж, мы можем договориться. — Он швырнул планшет на колени Илиасу, не заботясь о сохранности ценной вещицы. — Считайте это жестом доброй воли с моей стороны.
Метт свободной правой рукой (левую Райс предусмотрительно приковал наручниками к спинке кресла) разблокировал экран и проглядел последние использованные программы.
— Боитесь, что я включил диктофон? — Сэм наблюдал за каждым его движением. — Наш бортовой компьютер и так все записывает.
— Отключите запись и заблокируйте дверь. — Илиас осторожно положил планшет на пол, поскольку никаких других поверхностей рядом с ним не было. — Я объясню, почему «Касэлона» и почему Оникс-12. А потом вы самостоятельно примете решение. Договорились?
Экран потемнел, готовый погаснуть, но невидимое прикосновение вернуло его к жизни.
«Призрак!» — Сэму пришло на ум, что присутствие Илиаса заставило Котю действовать гораздо активнее, чем раньше. Похоже, она не собиралась его прощать. Да и разве можно простить такое?
Яркость экрана уменьшилась до минимума, и Райс скорее догадался, чем увидел, что включился диктофон.
— «Зара», прекрати запись. Не впускай сюда никого и смени освещение на «знойный полдень».
Лампы вспыхнули, ослепляя. В их пронзительном свете экран казался черным. Если Илиас не начнет присматриваться, то ничего не заметит.
— Тоже в сон клонит? — Пленник сделал собственные выводы. — Перелеты и местные часовые пояса плохо сказываются на здоровье. Мне помогает кофе. Но не синтезированная дрянь, а настоящий, с Земли или, в худшем случае, с Ариппы или Рорайны. Никогда не пробовали?
— Я вырос на Ариппе. Неужели вы выбрали «Касэлону», даже не поинтересовавшись ее владельцем?
Метт вытянул ноги, едва не зацепив планшет, и хрустнул пальцами.
— Мы выбрали первое попавшееся иностранное судно с минимальным количеством членов экипажа и маршрутом, который пролегал бы возле Оникса-12. Если бы вы отказались не только от доставки на Оникс-9, но и от Оникса-10, то спокойно бы покинули систему, а в этом озере сидел бы кто-нибудь другой.
— То есть мы в полном дерьме из-за моей жадности?!
— О, не вините себя. Уверен, против тройной оплаты за пустяковое дело никто бы не устоял.
Сэм сжал кулаки, вспоминая тот день. Он так не хотел лететь на Оникс-10! Но сумма, переведенная на счет, перевесила доводы интуиции. Деньги сыграли решающую роль…
Деньги умеют управлять теми, у кого их нет.
— А Торн? Он поднялся на борт, воспользовавшись своими связями. Вас это не насторожило?
На лице Метта появилась кривая усмешка.
— Торн делал вид, что поддерживает нас. Он же муж Вероники Торн, ему открыты все двери… Но мы знали, он хочет саботировать проект, так что ему подготовили хорошую дозу «Ониксидрола». Не смертельную — его жена не простила бы этого. Так, для отпугивания. Торн бы провел в больнице пару месяцев, а потом его мнение уже не имело бы значения. Ума не приложу, как он умудрился не напороться на иглу до вашего отлета. Ему попросту повезло.
— А «Касэлоне» нет, — кивнул Сэм. — Если бы профессор успел вернуть нам управление, мы бы разгрузились на Ониксе-10 и распрощались с системой.
Илиас неприятно расхохотался.
— Вернуть управление? Какая чушь! Он ничего не смыслил в этом!
— Любой способен запустить программу, — возразил Райс.
— «Зарница» отвечает на несанкционированный доступ парализатором. Это же ваша система, вам ли не знать?
— Торн нашел к ней особый подход. — Сэм понимал, что защищать пребывающего в коме профессора нет смысла, однако самоуверенность собеседника требовала отпора.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Но Торн не разбирался в програмировании! Его дурацкая прога из галанета не взломала бы и кофеварку!
— Значит, нанял кого-то, кто разбирается. Или воспользовался вашими собственными разработками? Сами говорили, ему открыты все двери.
Метт на мгновение замер, потом побледнел.
— Подлая тварь! — выплюнул яростно.
— Антэс? — догадался Райс. — Он хотел быть хорошим и для заговорщиков, и для закона? Оставил себе путь отступления на случай, если план провалится? Так заискивал перед Вероникой Торн, что снабдил ее мужа информацией?
Смазливая физиономия Илиаса превратилась в уродливую маску.
— Как он мог?! Сам же приказал отравить Торна! Предатель! Трясется за свою шкуру, как…
— Как в Исследовательском центре три с половиной года тому назад?
Метт дернулся вместе с креслом.
— Откуда вы знаете про Исследрвательский центр?! — рявкнул воинственно.
— От Даниала Каса, — Сэм соврал, не моргнув глазом. — Вы подставили лучшего друга, повинуясь Антэсу. Его Кас ненавидит, вас — презирает. Даниал считает, что убийца Лилианы Эвгении — один из вас.
— Клянусь, я не убивал ее! — Наручники оглушительно лязгали, но Илиас этого не замечал.
— Кас тоже клянется. А Антэс? Он любил ее — она ему изменяла. Он воровал — она писала разоблачительную статью. Он прикрывался терраформацией — она знала, что это ложь. Убивают и за меньшее.
— Замолчите, Райс!
— Вы уничтожили друга по приказу лжеца.
Метт тяжело дышал, по его лицу градом катился пот. Создавалось впечатление, что у него прихватило сердце, но он не жаловался на боль.
— Да все вокруг ложь, — простонал горько. — И моя жизнь, и проект, и… Все! Даже вы — просто иллюзия. То, что говорят в новостях, считают правдой. Никому не интересно, что происходит! Лишь бы сказка была красивее, чем вчера.
— Расскажете?
— Расскажу. Вам повезло, Райс. Вы будете жить долго, счастливо и без новостей. Я бы тоже не отказался… Но у меня нет шансов.
* * *
Тридцать лет тому назад Элиания еще тесно сотрудничала с Ониксом. Настолько тесно, что ей дали в аренду Оникс-13 и разрешили использовать его для размещения научных центров и испытательных полигонов. Меньше чем за двадцать лет планета заметно изменилась. Ее климат стал мягче, ледники начали таять, огромные прибрежные территории оказались под водой, многие острова исчезли. Это спровоцировало вымирание видов и существенные перемены в экосистемах.
В межпланетном сообществе забили тревогу — и Оникс «спохватился». Обвинил Элианию в нарушении договоров, хотя многие годы закрывал глаза на эти самые нарушения, и потребовал компенсацию.
Элиания пообещала за оставшиеся до конца срока аренды десять лет вернуть все в норму. Дескать, нечего волноваться, у нас есть опыт… Но Оникс предпочел взять деньгами, тем более его поддержали другие системы.
Отношения с Элианией разладились, континенты Оникса-13 медленно уходили под воду, компенсация осела в карманах чиновников. Пару лет спустя проект по терраформации все-таки был запущен, но пользы не принес. Потепление остановили, планету вернули людям… К сожалению, от ее уникального природного мира осталась лишь память.
Оникс-13 застроили. Это принесло доход и шумиху в СМИ, благодаря которой партия активистов прошла в парламент.
К следующим выборам требовалось нечто не менее масштабное, и политики вспомнили о ледяном Ониксе-10. Мало кто из ученых осмеливался громко заявить, что сравнивать планеты некорректно. Большинство приняли игру властей — так же, как принимали лживые обещания и лозунги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Исследовательский центр начал трудиться в поте лица… Вернее, изображать активную деятельность на пустом месте, поскольку финансирование редко доходило до лабораторий.
А потом на одной из брошеных элианами баз обнаружился синтезаторБК, и планы насчет ледяной планеты стали более реальными.
