На любителя, — однако на его лице не дернулась ни одна мышца.
— Это священный напиток в нашей деревне. Есть легенда, что Кундзенсе подарил нашим предкам листья этого чая, чтобы спасти от голода, а после из него стал делать и напиток, в дань уважения этому богу, — женщина рассказывала это умиротворенно, будто сама прошла через это.
— Вот как, — Гиато задумался.
"Эта деревня основана Рамейнцами, последовавшими за Сулраилом" — подумал парень.
— Мы храним традиции, чтобы беречь память о прошлом. Это для нас невероятно важно и я рада, что чай пришелся тебе по вкусу. — Жинзе подняла на Гиато взгляд и улыбнулась. — Тебе налить еще?
— Нет, спасибо, — улыбнулся парень.
"Второй раз я точно не скрою отвращения…" — мелькнуло у него в мыслях.
Забрав почти пустую кружку, женщина тщательно протерла чистым сухим полотенцем и поставила рядом с теплым чайником.
— Как ты думаешь, Ардии понравится? — она начала наливать напиток и для Ардии.
— Ардия не пьет чай, от слова совсем, — Гиато перевел взгляд с окна, на Жинзе. — Она больше предпочитает кофе или какао.
Рука женщины застыла, перестав наливать чай. Она поникла, тяжело вздохнув. — Вот как…
— Однако, если вы угостите ее какой-нибудь сладкой выпечкой она будет очень рада, — усмехнулся Гиато.
Жинзе с грустной улыбкой оглянулась на него. — Да, обязательно. Вы же навестите эту деревню как-нибудь? — с долей надежды спросила она, искоса поглядывая на люк в погреб, где находилась Ардия.
— Не знаю, — Гиато задумчиво почесал висок. — Но если вы не против, мы останемся до ночи.
— Вы же хотели заночевать?
— Вполне, но думаю уйдем очень рано утром, до восхода солнца.
— Хорошо. Я рада, что оказалась полезной вам, — Жинзе выпила чай, который предназначался Ардии, после чего так же протерла, но убрала на место.
— Чем хотите заняться до наступления темноты?
— Я уйду тренироваться. Думаю прямо сейчас, — он встал, и взяв посох, пошагал к выходу.
— Хорошо. Если что, рядом с полем чая есть площадка. Там есть манекены и мишени, — Жинзе дружелюбно помахала ладонью.
— Благодарю, но я пожалуй потренируюсь в лесу, — Гиато кивнул и ушел.
Тем временем, Ардия вышла из погреба. Женщина оглянулась на нее и улыбнулась ей.
— Там не слишком холодно?
— Прекрасно, — выдохнула Ардия, потирая глаза.
— Устала? — Жинзе стала подходить, внимательно смотря на девушку.
— Ну, не особо.. — Ардия надела очки и осмотрелась. — А где Гиато?
— Вышел потренироваться в лес, — женщина отвела взгляд, вспомнив слова Гиато об отношении Ардии к чаю.
— Понятно, кидальщик, — фыркнула девушка. — Всегда так делает.
— Хм? А что не так? Он же мужчина и это нормально для них — много тренироваться, — взгляд Жинзе стал недоуменным.
— Неважно, — выдохнула Ардия.
— Я пока приготовлю постели для вас. Уже начинает смеркаться, — женщина несколько грустно посмотрела на Ардию и вскоре стала уходить в соседнюю комнату. — Если хочешь, можешь тоже пока погулять.
— Нет, не хочу, — Ардия села за стол и достав блокнот с карандашом, стала составлять записи.
Тихо вздохнув, Жинзе скрылась в соседней комнате, где стала раскладывать в и так небольшой комнате еще два спальных места. Женщина постаралась уложить сено помягче, а так же расстелила пару одеял — одно на сено, а вторым укрываться. Так получилось, что место Ардии и Гиато напоминало двуспальную кровать — к сожалению, сделать по-другому было невозможно. Кровать Жинзе уже вплотную стояла к спальным местам гостей. Она закончила уже к вечеру, когда на улице стало темно.
Женщина вдруг села рядом с Ардией, поставив на стол свечу.
— Что делаешь?
— Работаю над языком Зирмейк, — ответила Ардия не отвлекаясь.
— Зачем тебе делать новый язык? — Жинзе стала осторожно всматриваться в записи, слегка касаясь нерабочей руки Ардии.
— Это язык Драконов, но я его дополняю, ибо он был очень примитивным и древним.
— Ого. А он сложный?
— Для людей — да. Больше семидесяти букв вообще-то, — Ардия положила карандаш и сняв с себя очки, стала потирать глаза.
— Ну и ну… А научишь парой слов?
— Výfera mültúra laks! — выразительно промолвила Ардия.
— И что это значит? — Жинзе будто оживилось в этот момент.
— Жить — значит бороться.
Женщина улыбнулась, усмехнувшись в ладонь. — Очень умная фраза.
— Угу, — Ардия задумчиво глядела сквозь блокнот. — Мой клан уничтожен, поэтому я должна сохранить язык. Как единственная из выживших Зирмейк.
— Это похвально, — Жинзе ободряюще положила ладонь на плечо девушки. — А кто его уничтожил?
— Церковь Тийр'ра, — Ардия нахмурилась. — Одним разом, за несколько часов.
— Что это такое? Церковь?
— Это религиозный культ фанатиков, испытывающих оргазм при упоминании смерти, — раздраженно выпалила девушка.
Жинзе вздрогнула, ошеломленно смотря на девушку. Она не ожидала такой бурной реакции от Ардии.
— Значит… Они убили твой клан… Просто так?… — женщина стала грустной и ободряюще положила руку на плечо девушки.
— Получается так, — Ардия стала потирать глаза. — Тийр'ра жестоки ко всем Саймитским расам. Они обожают сжигать "демонов" на шестах.
— Это грустно… И Саймитов, и демонов очень жалко… — женщина отвела взгляд, убрав руку с плеча Ардии.
