Для некромага это задание уже переросло сугубо официальный статус, перейдя в разряд личных дел. Не могла такая некромагическая активность быть не связанной с Орденом! Ну, просто не могла! К тому же Альфаран до сих пор беспокоился о судьбе своего старого учителя.
И первым словом, которое выдохнул Яторд, кинув взгляд на деревеньку, было:
– Успели…
Поселение на вид казалось вполне спокойным и мирным. Снаружи играли дети, что уже говорило о многом.
– Вроде все в порядке.
– Пока в порядке, – ответил Альфаран и спрыгнул с коня. Промежность натерло настолько, что он предпочел пройти до деревни своим ходом. – Идем.
Еще одним подтверждением того, что эта деревня давно не знала бед, стала мирная реакция жителей на двух замотанных и измученных посланцев. Даже дети смотрели на них с любопытством, но продолжали играть.
Яторд, как не обладавший отталкивающей внешностью, подошел к одному из них – смуглому мальчонке семи так годков с виду.
– Малой, где тут старосты дом?
– С красною крышей, дяденька!
Дом старосты действительно был крыт черепицей. Сам староста же, как оказалось, в подметки не годился Талхату. Увидев королевский приказ, он начал стелиться перед посланцами.
– Какое кладбище, что вы, господа! У нас все нормально! Процветаем, живем… Может, поесть хотите? Или поспать? В любом доме будут рады принять вас, и даже я почту это за честь! – при этом красное, блестящее лицо этого дебелого мужика меняло свои выражения с легкостью мягкой глины.
– Некоторое время мы бы остались. У вас. В отдельной комнате.
На том и порешили. Яторд остался расположить вещи. Альфаран же ушел отслеживать место распространения эманаций. Конечно же, сперва он пошел на кладбище.
Это оказалось верным шагом – впрочем, иного и быть не могло. От кладбища во все стороны шла мощнейшая волна, которая вполне могла поднять сотни три мертвецов. Но, несмотря на свою мощь, энергия очень быстро рассеивалась.
– Хм… – Альфаран уселся поудобнее, опершись спиной на деревянное надгробие, и закрыл глаза. Когда же он их открыл (а произошло это через внушительное время), у него уже были идеи, планы и наработки.
Вернувшись в дом старосты, он сразу же бросился к Яторду:
– Кладбище насыщают отсюда! – Некромаг расстелил на деревянном столе карту местности, на которой черным мелком стояла маленькая точка.
– Уверен?
– Конечно!
– Хорошо. – Яторд обратился к стоящему рядом хозяину дома, который, открыв рот, наблюдал за всем действом: – Уважаемый, там, согласно карте, стоит форпост какой-то. Что вы о нем знаете?
– Дык это… там солдатиков, человек двадцать… – староста говорил, как кота за хвост тянул. Даже не верилось, что всего несколько часов назад он вполне расторопно расстилался перед посланцами короля. – Они сюда приходят, частенько, да… приходили…
– Что значит «приходили»?! – несмотря на свою сдержанность, Яторд начал звереть.
– Уже месяца полтора как не приходят. А обычно каждую неделю ходят. Молочка там попить. Еды свежей купить. Дев…
– Мы поняли. Альфаран, едем прямо сейчас?
Некромаг с щумом вздохнул:
– В принципе, зомби тут подниматься не будут – я все уладил. Можно отдохнуть до утра. Было бы неплохо.
– Кушать вам принесет моя жена, уважаемые. Мы счастливы предоставить временный приют посланникам короля, – низко пятясь, староста толкнул холщовую занавесь и вышел из комнаты.
– М-да. – Яторд сел на мягкую койку. – Обращение хорошее, это плюс. Но от такого мудака его получать… противно.
– Мудак не мудак, все-таки староста. Деревня вполне процветает. Так что уймись и наслаждайся жизнью.
Альфаран медленно прошел до второй койки и, как был в одежде, плюхнулся на нее. Спустя несколько минут он уже сладко дремал.
…Нэтрому был хоттом. И магом. Первое, само собой, подразумевало второе – у всех хоттов был врожденный талант к магии. У кого-то он был небольшим, у кого-то наоборот. Соответственно, кто-то становился магом, а кто-то нет. Многие хотты предпочитали более материалистические дела.
Последним воспоминанием Нэтрому от прошлой, далекой жизни была яркая вспышка – и тишина. Он умер мгновенно, его распылило на столь мелкие составляющие, которые не в состоянии увидеть даже самые мудрые ученые. Затем провал в памяти. Как правило, переродившиеся или оживленные редко помнят посмертие и ту сторону жизни.
Затем был снова яркий свет. И Его Величество А… хотя стоп. Вождь не любит, когда его называют по имени – по крайней мере, сейчас. Так что Лич, просто Лич, просто Он. Поднявший народ хоттов. Не весь, конечно, но часть его. И он поднимет всех хоттов. Вернет им исконные земли и исконное величие.
Для этого необходимо выполнять Его задания.
Нэтрому отвлекся от мыслей – их прервал шум упавшего камня. Он быстро выглянул в окно, окинул взглядом небольшой плац, огороженный земляной стеной. Ни единой души. Ну не считать же живыми пятьдесят умертвий, которые еще даже двигаться сами не могут? Так, болванчики. Их и убить-то было легко – Нэтрому лишь улыбнулся обветренными губами, вспомнив эти чудные моменты… Их можно было бы назвать легкой разминкой. Используя выданный Им артефакт, Нэтрому легко отправил души солдат и офицеров этого форпоста к Храамтакону. Как и предписывал Его план.
Затем Он дал свои указания.
Нэтрому снова отвлекся от размышлений из-за шума. Опять выглянул из окна и опять ничего не увидел.
– Хм. Странно, – пожав плечами, маг вернулся к размышлениям. Он и в прошлой жизни отличался змеиной невозмутимостью и флегматизмом.
Требовалось подготовить отряд высококлассных умертвий – с акробатической и разведывательной специализацией. Это нелегкое, но осуществимое дело. Далее задачей отряда была деморализационная деятельность в одном из городов Мирании. Пока что этим план и ограничивался. Но вполне можно было предположить, что ожидается…
В следующий миг на затылок Нэтрому опустилась толстая ветка дерева, обмотанная несколькими бинтами. Закатив глаза под лоб, маг обмяк на стуле.
– Кто же ты такой… – человек, орудовавший этой самой веткой, был Альфаран.
И будет неправдой сказать, что его взор ласкал вид мертвых стражников и незнакомого некромага.
Спустившись из невысокой широкой башни, служившей административным центром форпоста, Альфаран открыл ворота частокола и впустил внутрь Яторда, который опасливо держал поводья двух коней.
– И что? – Он вытянул шею, заглядывая за створку ворот.
– И все. Форпост мертв. Живой в нем – лишь один человек, который всех остальных и умертвил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
