В. В. Битнер рассказывает, как в период посещения Парижа он оказался свидетелем любопытнейших опытов, которые проводили Ж. Б. Люис, Ж. Анкосс[123] и Альберт де Роша[124]. Опыты проводились у фотомастера Надара[125], который за свои замечательные по глубине психологических характеристик фотопортреты деятелей французской культуры («Ш Бодллер», «Э. Делакруа») попал в энциклопедию. Перечисленные исследователи выявляли реакцию загипнотизированньих при воздействии на их негативы и позитивы. Как происходило это действие? Фотоаппарат находился в так называемом магнетическом круге, по терминологии де Роша. Находясь на расстоянии двух метров от испытуемой, г-жи Люжс, которая не видела, чем он занят, де Роша сделал ногтем две глубокие царапины на негативе ее фотографии, при этом, он повредил слой желатина. Г-жа Люкс закричала от боли и впала в каталептическое состояние. Через несколько минут на правой руке г-жи Люкс появились две красные царапины, расположение которых соответствовало месту на поврежденном негативе. Присутствовавший во время опытов Ж. Анкосс констатировал целостность эпидермы (верхнего слоя кожи) и красноту подкожных слоев. Когда де; Роша спустился вниз в лабораторию для проявки фотографической пластинки, в момент погружения пластинки в проявитель г-жа Люкс почувствовала необычную свежесть. К ощущениям общей боли, возникающей при нанесении уколов булавкой негатива, присоединялась и сердечная боль. Она всякий раз возникала и тогда, когда раскачивали ванночку с проявителем. Де Роша говорит, что сердечная боль, сопровождающая движение проявителя в ванночке, явление нередкое. Он утверждает, что некоторые пациентки испытывают сердечную боль, когда возле них плещут воду, в которой они только что помыли руки или лицо.
В другом опыте, когда фотографическая пластинка во время проявки была случайно разбита, испытуемая г-жа О. почувствовала болезненные спазмы в желудке. Стоит ли пояснять, что все ощущения возникают, когда испытуемая не видит манипуляций экспериментатора. Необходимо добавить слова Роша, что если снимок производился вне «магнетического круга», то перечисленных эффектов не наблюдалось (Битнер, 1903, с. 100). Приведем еще несколько опытов де Роша, которые скорее похожи на сон, чем на серьезные эксперименты. Тот факт, что Вильгельм Вильгельмович Битнер присутствовал на этих опытах, придает им вес и подтверждает, что это не остроумная выдумка. Де Роша поставил стакан воды в круг действия своей «магнетической силы», в котором находились две испытуемые. Произведя нужные ему опыты с водой, Роша вылил ее за окно. Ночь была морозная, выплеснутая вода замерзла. По этой причине у обеих женщин всю ночь наблюдались «сильнейшие колики и жесточайший озноб».
Апостол животного магнетизма полковник де Роша демонстрирует явление, напоминающее раппорт. Он помещает восковую куклу в окружающее сомнамбулу пространство, вследствие чего, по его мнению, между субъектом и статуэткой устанавливается чувственная связь. Далее он колет булавкой куклу, и это вызывает у сомнамбулы боль; берет у сомнамбулы несколько волосков и прикрепляет их к голове куклы, затем переносит ее в соседнюю комнату, где прикасается к волосам этой статуэтки. В момент прикосновения загипнотизированная открывает от боли глаза, восклицая, что у нее с корнями вырывают волосы (Битнер, 1899).
Указанные феномены объясняются не магнетизмом де Роша, на чем он категорически настаивает, а раппортом, возникающим между гипнотизером и гипнотизируемым. Всякому, имевшему дело с сомнамбулами, известна их поразительная проницательность: все их внимание напряжено, каждое слово, любой жест и поза экспериментатора становится для них исходной точкой для самовнушения. Случаются и более поразительные вещи. Учитель Пьера Жане д-р Жибер говорит, что находящаяся в соседней комнате известная сомнамбула из Гавра Леония В. вскрикивала от боли даже тогда, когда он колол или щипал себя за руку (Жане, 1913, с. 112).
Ш. Рише также приводит интересное наблюдение. Однажды он спросил у сомнамбулы, в котором часу произошло какое-то событие. Сначала женщина попросила немного подождать, затем сказала, что видит, и назвала точное время. «Она видела перед собой циферблат, — говорит Рише, — стрелки которого указывали время. Мышление, обладающее такой живостью, почти не может колебаться и изменяться, подобно нашему мышлению. „Я видел это своими собственными глазами“, — говорим мы, когда уверены в чем-нибудь. Но и сомнамбулы все видят отчетливо и ясно, поэтому и неудивительно, что они во всем твердо убеждены. Каждая мысль сомнамбулы равносильна ощущению. Они воображают, что видят все то, о чем думают» (Рише, 1885, с. 61).
Пьер Жане пишет о естественной сомнамбуле, которая, будучи почти глухой, ничего не чувствующей и не видящей в обычный период времени, в состоянии искусственно вызванного сомнамбулизма слышит и проявляет тонкое чувство осязания и способность видеть даже в темноте (Жане, 1913, с. 125).
Сомнамбула одарена утонченным чувствованием. Пьер Жане внушает сомнамбуле, что она видит портрет на абсолютно белом листе бумаги, взятом только что из вновь открытой пачки. Затем смешивают этот лист со многими другими, предварительно незаметно пометив его на обратной стороне. Сомнамбула почти всегда находит в пачке показанный ей лист и держит его в положении, в котором он ей предъявлялся. Это показывает, что она узнает его по таким мелким характерным признакам, которые недоступны обычному человеку (Жане, 1913, с. 142).
Кроме Жане и Шарко этот же опыт многократно проделывал и Ж. Б. Люис из парижского госпиталя Шаритэ. Последний брал пачку стандартной бумаги и на обратной стороне одного из листов делал едва различимую пометку, чтобы самому отличить его от остальных. Затем он уверял Эстер, что на этом листе изображен портрет одного ее знакомого. Она видит портрет этого человека, радуется, что теперь у нее есть его фотография. После чего Люис смешивает листы. Но как бы тщательно он это ни делал, она всегда находит портрет.
В другом опыте Люис дает Эстер очки с темными стеклами, за которые закладывает толстый слой ваты, и уверяет ее, что надеты увеличительные стекла. Она в восторге восклицает:
— Как теперь все хорошо видно!
— Читайте! — приказывает Люис, подавая ей утренний номер «Soleil».
Эстер бегло читает отчет о бюджете, представленный в сенат (Яковлев, 1888).
Из всего перечисленного мы можем заключить, что искусственные сомнамбулы обладают чрезвычайной остротой чувств, как будто вся их нервная деятельность сконцентрирована в одном органе, который в данный момент участвует в эксперименте. Это позволяет в некотором смысле истолковать довольно много явлений, которые казались загадочными и непонятными и эксплуатировались на все лады. Так, необычайная тонкость осязания и мышечного чувства, совершенно неприметная в бодрствующем состоянии, но резко проявляющаяся у сомнамбул, проливает свет, почему они могут обходиться без помощи зрения.
Парестезия
В гипносомнамбулизме легко добиться притупления, обострения или отключения слуха, зрения, обоняния, осязания. Английский ученый Руссель Рейнольд в 1869 году впервые указал на «возникновение двигательных и чувственных извращений реакций под влиянием идеи. Сомнамбул может держать в руке пылающий уголь, но чувствовать, что в руке у него лед, в том случае, если будет думать о кавказском леднике; и, наоборот, он может, не цепенея от холода, купаться в декабрьском снегу, представляя себе жару воображаемого лета» (цит. по: Карпентер, 1886).
Внушением в гипносомнамбулизме можно разъединить интеллект и эмоции (разум и сердце). В результате получим парадоксальную ситуацию: чувство радости будет возникать при горестных событиях и, наоборот, грусть, тоска, отчаяние — при ощущении радости. Сомнамбула плачет, когда смешно, и смеется, ощущая горе.
Влияние внушения на органы чувств изучалось учеными всесторонне. Было установлено, что в опущенной в ледяную воду руке после внушения «Тепло» сосуды расширяются, а бурная дыхательная реакция сменяется меньшей амплитудой с более редкой частотой. И наоборот: расширяющиеся сосуды находящейся в теплой воде руки на внушение «Холодно» сужаются. Соответственно меняется характер дыхания.
У испытуемой К. И. Платонова, Шаповаловой, в бодрствующем состоянии и в гипносомнамбулизме неизменно возникала резкая эмоциональная реакция отрицательного (оборонительного) характера, сопровождавшаяся появлением на глазах слез в ответ на вдыхание запаха нашатырного спирта. После императивного внушения: «Это не спирт, это фиалки!» — ее реакция резко изменилась, и она вдыхала нашатырный спирт полной грудью. При этом брюшные рефлексы исчезли (Платонов, 1957).
Эксперименты по извращению вкусовой чувствительности считаются хрестоматийными. Учеными было проведено множество опытов, в которых появлялись вкусовые ощущения при отсутствии соответствующего раздражителя. Например, внушалось: «Вы едите соленое, кислое, горькое и т. д.». В это время предлагались противоположные по вкусу продукты.
