Читаем без скачивания Коллективная вина. Как жили немцы после войны? - Карл Густав Юнг

Оно было принято к сведению. Исключением явился протест объемом в целую страницу, опубликованный частным образом в разделе объявлений (если не ошибаюсь, в «Нью-Йорк таймс») и прозвучавший приблизительно так: с каких это пор перед американским судьей стоит иная задача, нежели обязанность говорить правду, всю правду и руководствуясь только правдой? Нельзя скрывать от нас, американцев, что было в действительности. Мы хотим знать, что с нами происходит.

В результате были опубликованы 25 томов протоколов и один доклад. Это дало юристам, желавшим изучить 25 томов, возможность установить неувязки. С помощью протоколов правильность судейского заключения была поставлена под сомнение.

Тот факт, что расследование убийства не было доведено до конца, вначале, казалось, соответствовал царившим в американском народе настроениям. Предстояло сделать выбор: или мы будем в своих собственных глазах и в глазах всего мира государством, в котором есть силы, которые заинтересованы в таком убийстве и в состоянии осуществить его, возможно даже с помощью государства; или мы так и не выясним обстоятельства дела и лучше будем придерживаться официальной версии, что Освальд – единственный убийца, действовавший не иначе, как по неясным личным мотивам, а убийство носило случайный характер. Вначале избрали последнее, так что данный вопрос на некоторое время стал табу.

Вновь возникло беспокойство. Американцы задумались о том, как произошло убийство, – этого до сих пор никто точно не знает. При всех серьезных сомнениях некоторые юристы все же считают доклад правильным, а Освальда – единственным убийцей. Теперь же всякая версия, в том числе и эта, поставлена под сомнение. Сейчас ничего не ясно. И если годами казалось, будто американский народ не желает вникнуть в суть дела, то теперь, видимо, все обстоит наоборот. Об убийстве вновь заговорили.

Существуют различные мнения. В момент, когда я пишу эти строки, опубликованы результаты опроса общественного мнения («Геральд трибюн») от 4 октября 1966 года: соотношением голосов 3:2 отвергнуто утверждение в докладе Уоррена, что убийство Кеннеди было Делом рук одного человека. Опрошенные склонны считать, что убийство было частью широкого заговора, но не могут сказать, кто стоял за убийцей.

После смерти Кеннеди американцы, казалось, вновь возвратились к темным временам чисто прагматической политики. Они начали забывать о Кеннеди. Но сейчас кажется, что на этом дело не остановится. Кеннеди не умер. Он не уйдет в прошлое, и его не забудут: живы его политические дела, сохранились его рукописи, речи и заметки. Он, как живой, стоит перед нами благодаря биографии, написанной разными авторами. Его речи и книги – важнейший политический материал, который изучат его современники. По крайней мере, они должны стать таким материалом.

В связи с войной во Вьетнаме заявляют: мы не можем безоговорочно идти вместе с Америкой; если считать, что отношения с Америкой – самое главное для нас, то мы должны участвовать во вьетнамской войне или, по крайней мере, приветствовать ее.

Да, но нам нет никакой необходимости участвовать в ней только потому, что ее ведет нынешнее американское правительство. Нашей Америкой, нашими друзьями являются великие американцы, требующие быстрого прекращения этой отвратительной войны, которая представляет собой не что иное, как пусть не преднамеренную, но все же фактическую попытку использовать технические достижения нашего века для полного уничтожения целой страны и ее населения. Вьетнамская война играет роковую роль в жизни Америки, в нашей жизни и в жизни всего мира, и во имя свободы разум сильных мира сего и разум народов должен покончить с этой войной. Война во Вьетнаме вызвала ожесточеннейшие дискуссии в самой Америке. Там тоже есть силы, требующие положить ей конец.

Неуместно обсуждать в этой книге вьетнамскую проблему. Скажу коротко. Речь идет об основных вопросах восточноазиатской и мировой политики, прежде всего о том, сохранит ли Америка свои позиции в Восточной Азии и в какой форме или не сохранит. Все меньше людей сомневается в том, что американцам придется уйти. Ясно также и то, что в Восточной Азии многое поставлено на карту. Там находятся Япония, Австралия, Новая Зеландия и другие свободные государства. Что станет с ними, если Америка уйдет и предоставит Восточную Азию самой себе?

Существовало мнение, что если Америка отступит во Вьетнаме, то она «потеряет свое лицо» во всей Восточной Азии и лишится там своей позиции «державы-защитницы». Однако эта возможность значительно менее вероятна, чем зло, порождаемое продолжением нынешней войны.

Наконец, вьетнамская проблема предстает в ином свете, если принять во внимание идею сознательного самоутверждения свободных государств в совместной перед лицом остального мира внешней политике. Такая идея – пока что утопия. Мы еще будем говорить об этом.

Что касается Федеративной Республики, то следует отметить, что отрицательно относиться вместе с большинством к войне во Вьетнаме еще не значит выступать против наших нерушимых союзнических связей с Америкой. Остается в силе принцип: могущество Америки – фактическое условие относительного обеспечения существования Федеративной Республики.

В этом, как и во всех других вопросах, мы можем иметь собственное мнение о действиях американцев, открыто высказывать свое отношение и к внутриамериканским конфликтам. Американцы не расценят это как измену. Мы связаны с ними общей дискуссией.

Следует ли нам порывать с Америкой из-за того, что она, по крайней мере в данный момент, положила в основу своей государственной жизни ложь, табу в деле об убийстве Кеннеди? Конечно, это так же плохо, как и ложь, характерная для основ политики европейских государств, например Федеративной Республики. Такая ложь заключается в утверждении, что мы, собственно, никогда не были национал-социалистами или, по крайней мере, полностью покончили с образом мышления тех времен. Во Франции этой ложью является версия, будто Франция выиграла войну. Но самое главное заключается в том, что все происходящее с Америкой имеет самое прямое отношение и к нам, словно это происходит с нами самими. Нас касается и убийство Кеннеди, и то, что не выяснены обстоятельства этого убийства. Дальнейшее выяснение обстоятельств – тоже наша забота. Дело здесь не в любопытстве, а в самой настоящей заинтересованности.

Необходимо понять и кое-что другое. Мы живем в эпоху, когда повсюду все более ясными становятся признаки того, что мир движется к чудовищной катастрофе, масштабы которой трудно представить себе со всей определенностью. Поэтому, используя всю широту человеческих познаний, нужно выяснить, что можно сделать в целях предотвращения в каждой конкретной ситуации катастрофы для попавших в такую ситуацию. Стремиться к безопасности, которой не существует, значит способствовать этой катастрофе. В настоящее время и на близкое будущее мы связаны с Америкой узами, имеющими для нас жизненно важное значение. При существующей обстановке гибель Америки означала бы и нашу