Ксиманд выглядел ужасно. Глаза запали, лицо осунулось и приобрело болезненно-сероватый оттенок. Это был не старший брат, с которым я вместе выросла, не гордый молодой человек, которого короновали на царствование. Казалось, на меня смотрел незнакомец. Секунду я сидела как истукан, прежде чем смогла взять себя в руки.
— Пожалуйста, присаживайся, брат. Ты выглядишь изнеможённым, — произнесла я на ксианском, надеясь вернуть мир в сердце брата. Я верила, что это путь без кровопролития и боли. Маркус занял место позади меня. В его присутствии я чувствовала себя спокойнее.
Ксиманд едва взглянул на Маркуса.
— Ты хорошо выглядишь, Лара. Рабство пошло тебе на пользу. — Его голос звучал хрипло и резко, словно он много выпил.
Я покраснела, но не опустила глаз.
— Я не рабыня. Я избранница и консорт Кира-военачальника. Твоего повелителя. — Я выпрямила спину и отвела плечи, понимая, что у этого человека больше никогда не будет власти надо мной. — Моё положение — честь, поскольку я военный трофей.
Брат презрительно усмехнулся:
— Иное слово для шлюхи.
Маркус напрягся рядом со мной.
Я смотрела на измученного человека перед собой. Всё же в его глазах я читала глубокую ненависть ко мне и Киру. Мой военачальник даже теперь пытался спасти моих любимых Анну и Озара и сохранить мир, растоптанный Ксимандом. Меня возмутило, что брат манипулировал нами. Может быть, мои привязанности и стояли под вопросом раньше, но теперь я не колебалась. Я нахмурилась, глядя на брата, не сочувствуя тяжёлому состоянию, до которого он себя довёл.
— Я готова выслушать, брат. Но я не потерплю оскорблений.
Он зарычал:
— Твой военачальник в замке. Он вторгся туда со своими людьми, они охотятся за мной. Уоррен восстал против меня. Они выдвинули дикие предположения, что я пытался убить тебя.
Я вздохнула:
— Хит…
Ксиманд злобно уставился на меня:
— Хит — лжец.
Я просто взглянула на брата.
— Ты знал Хита и его родителей с самого детства. Он не лжец.
Глаза Ксиманда озверели. Его ладони судорожно сжимались и разжимались в кулаки. Казалось, он ушёл в себя, смотрел в мир, который мне не достичь.
— Ты всегда была его любимицей. — Он задрал голову к небу, словно проклиная богов. — Я думал, что ты была моей верной младшей сестрой, которая исполнит свой долг и ответит за последствия. — Он сделал шаг ко мне. — Я пошёл убрать твою комнату, как поступил бы любой почтительный и любящий брат. И что я нахожу в твоём ботинке? — Он взметнул руку. Маркус напрягся позади меня. Но Ксиманд только бросил маленькую вещицу на помост, где она приземлилась на первой ступени, у моих ног.
Маркус подошёл, опустился на колени и протянул вещицу мне.
Это была брошь Симуса. Чёрная, готовящаяся к атаке кошка, переливающаяся на свету. Тёплая на ощупь. Мои пальцы сжали украшение.
Ксиманд продолжил:
— Ты предательница. Ты возжелала трон для себя и предала моим врагам. — Он почти выплюнул эти слова.
Сердце заколотилось в груди, но я постаралась сохранить спокойствие.
— Ксиманд, я не предавала тебя. Я забрала её у раненого воина из страха, что ты предпочтёшь убить его, чем обменять.
Лицо Кисманда стало ало-красным, на шеи выступили вены.
— Отец обожал тебя. Даже когда ты отказалась быть послушной дочерью Кси. Я знал, что мог превзойти тебя, затмить как наследник и воин, но ты стала целителем, и отец был так горд.
— Он гордился и тобой, — спокойно произнесла я.
Ксиманд плюнул от ярости:
— Будь они все прокляты. Они все смотрели на меня, ожидали моего падения. Шептались за спиной, что я смалодушничал, испугался. Вечно сын своей матери, никогда наследник своего отца. — Его голос сорвался на крик: — Я послал Арнита и его людей, чтобы убить тебя и всех кто будет рядом. Арнит поклялся, что отдаст жизнь за меня, заручился помощью глупого мальчишки Дегнана и нанял подонков. — Ксиманд остановился, чтобы перевести дыхание.
— И они умерли. — В душе мне стало так горько и больно от разочарования. Я бы оплакала погибшие ни за что жизни, но гнев был сильнее. — А на рынке? За тем покушением тоже стоял ты?
— На рынке?.. — Ксиманд выдержал паузу. — Я желал, чтобы ты сдохла в лагере, в лошадином навозе. Арнит подвёл меня. Я завершу его дело. — Одним быстрым движением он достал меч и двинулся на меня.
Я замерла.
Но, всё ещё стоявший на первой ступеньки помоста, Маркус не растерялся. Он прыгнул вперёд и выхватил два кинжала как будто из воздуха. Маркус принял атаку Ксиманда на себя, зажал лезвие межу кинжалами и полностью остановил наступление.
Ксиманд выругался. Маркус улыбнулся ему. На секунду они просто стояли на месте, Ксиманд возвышался над худым жилистым стариком. Живописная сцена прервалась, когда они отскочили друг от друга. Спотыкаясь о пни и стол, Ксиманд попытался отступить, и Маркус перешёл в наступление. Вытянув меч перед собой, Ксиманд достал кинжал свободной рукой и пронзил Маркуса диким взглядом.
Эпор и Айсдра прыгнули вперёд с оружием наготове. Они обошли дуэлянтов, чтобы добраться до меня, сопровождаемые охранниками с улицы, что замерли на входе, привлечённые шумом.
— Ксиманд, опусти оружие. — Я вышла вперёд, разозлившись, что он напал на Маркуса.
Маркус выругался и занял позицию между Ксимандом и мной.
— Лара, дура, вернись на место.
Я замерла на месте, но у Эпора были другие планы. Он оттолкнул меня и вместе с Айсдрой встал между мной и угрозой.
Маркус опустил руки по бокам, словно приглашая Ксиманда подойти.
— Калека? — Ксиманд рассмеялся. Он сделал выпад, размахивая мечом по яростной дуге. Маркус увернулся, блокировал удар и парировал кинжалом. Ксиманд отступил. Маркус отпрыгнул. Ксиманд снова напал, направляя меч в плоть Маркуса. Но Маркус уже двинулся и, заметив, что Ксиманд открылся, сделал выпад и порезал щеку противника.
Ксиманд отпрянул в потрясении. Маркус двинулся, чтобы закрепить своё преимущество, отводя брата подальше от меня.
— Маркус, будь осторожен, — крикнула я, боясь за него. Я, было, двинулась за ним, но Эпор и Айсдра остановили меня. — Ксиманд, во имя Богини, пожалуйста…
— Я убью тебя, сука, — завыл Ксиманд, как сумасшедшая собака.
Маркус рассмеялся и ухмыльнулся вспотевшему Ксиманду с порезанной щекой. Он перестал наступать и отошёл. Маркус ударил кулаком в грудь, ясно бросая вызов Ксиманду, дразня его напасть. О чем он думал? Кисманд крупнее и сильнее. Почему Эпор не спешил на помощь?
Тяжело дыша и истекая кровью, Ксиманд впился взглядом в Маркуса.
— Я убью твоего слугу и тебя на месте, убогая шлюха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
