провела указательным пальцем по груди клириканца. Кривая линия, будто черта между сегодня и завтра.
– И тогда началась программа «Психокинетики смешанных экипажей»? – он тихо засмеялся, пытаясь заглянуть под полуопущенные ресницы землянки.
Наташа опустила голову, тоже засмеялась:
– Нет, это была целиком идея Паукова. Он подкинул ее мне, чтобы я не мешалась под ногами, когда они устанавливали вуаль на Флиппера.
Они молчали. Минута тянулась за минутой, Ираль думал, она задремала, и медленно стал погружаться в свои собственные мысли.
– Я хочу быть с тобой, – неожиданно призналась девушка. – Когда-нибудь, когда ты поймешь, что я тебе нужна…
Ираль отвел взгляд. Он слышал, чувствовал, как бьется ее сердце, как сорвалось до бешеного ритма на последней фразе.
Как заледенело в ожидании.
Как оборвалось, когда он отвернулся.
По груди землянки, растекаясь, плыли тоскливо-серые языки, как если бы ее грудь пронзило отравленной иглой.
– Спи, моя оайли, – прошептал, притягивая ее ладонь к губам, нежно поцеловал запястье – чувственную венку под полупрозрачной кожей, такую же нежную и хрупкую, как девушка, так нечаянно оказавшаяся в его руках.
* * *
– Паук, как реакция на подключение энергона? – Крыж сворачивал оборудование внизу, а потому говорил отрывисто.
– Запускаю чек-ап, – напряженный голос генетика из динамика.
Крыж, почувствовав неладное, распрямился.
– Что с голосом? Какие-то проблемы? Колись.
Крыж закрыл дверцу с оборудованием, установил на мониторе температурный режим для лианиновых ка́белей. Мельком взглянул на притихшую Ксению – девушка, думая, что он не видит, осторожно гладила пальцем лианиновый кабель. Почувствовав вибрацию, одернула руку и с опаской покосилась на Крыжа. Тот понимающе усмехнулся, подмигнул, а заметив, как Ксения брезгливо растирает на руках смазку – холодную, липкую, остро пахнущую плесневой культурой, – придвинул ей тряпицу, чтобы вытерла руки.
– Нормально всё, – отрезал Пауков. – Активирую диагностику всех систем, сверяем по алгоритму все узлы в пределах своей ответственности, к вечеру сделаю сведе́ние и выкатываю коллекцию багов, чтобы тебе ночью не было скучно.
Усмехнулся.
В разговор вмешалась Ксения, придвинулась к микрофону:
– Что Сабо, освободился после диагностики?
– Освободился, – голос Паукова дрогнул.
Ксения и Крыж переглянулись.
Девушка растерла лоб, поправила волосы:
– Ребят, нужно точно понимать, что он делает на корабле, это раз. У Трибунала к нему серьезные претензии, и не только по делу Кромлеха, по которому он проходит свидетелем. Еще и по атаке на Тамту и организации бунта, там оружия за станцию было завезено столько, что можно войну организовать. И это два. И еще возможно, что он располагает важными сведениями по фальсификации похищений людей. Опять же у нас на планерке упоминали, что пойманный на 3Z-71 креонидянский грузовик с контрабандным трюмом и упакованными в нем землянами – теневая деятельность ряда перевозчиков, в том числе крупнейшего, концерта «Эспада». – Она вздохнула и перевела взгляд на Крыжа. В общем, я считаю, что Ульяна права – Сабо следует придержать на судне. Но я бы предпочла это выяснять в расположении Управления. Он может быть опасен.
– Может или опасен? – Голос Паукова стал еще жестче.
Ксения вздернула подбородок:
– Пока не доказана его вина, в отношении его действует презумпция невиновности. То, что он вам не нравится, что замешан в госперевороте и бунте на Тамту, еще не делает его виновным автоматически.
– Хорошо. Что ты предлагаешь?
– Я предлагаю его изолировать в каюте, все передвижения осуществлять под моим контролем или контролем Авдеева, он же у вас занимается безопасностью?
– Сабо нужен при пилотировании.
– Значит, подключать при пилотировании, но под моим надзором.
Крыж скептически окинул ее взглядом.
Ксения усмехнулась:
– Ребята, я вполне могу с ним справиться. У меня все-таки спецподготовка. Если твой скептический взгляд об этом, конечно.
Крыж отвел взгляд, произнес:
– Дело Ксю говорит. Я бы тоже чувствовал себя спокойнее, если бы он сидел в каюте и не лез, куда не надо, не шастал по кораблю.
Они подходили к лифту, старпом вызвал кабину, когда створки распахнулись, шагнул внутрь.
Пауков мрачно откашлялся:
– Суть в том, что, во-первых, мы его все равно отправить не можем, так как у нас нет транспорта. А во-вторых, Ульяна права в том, что его лучше держать при себе, учитывая, что мы не можем знать достоверно, что он узнал о «Фокусе», о его фарватерах и управлении и что может слить. А, попади он на территорию Единой галактики, он разболтает все, что знает, лишь бы выторговать себе помилование. И тогда мы окажемся, как на ладони… Лично я не питаю иллюзий – нас как держали за козлов отпущения, так и держат. И обвинения с нас дорогой господин Теон до сих пор не снял. Верно говорю, Ксения?
Ксения прислонилась спиной к стене лифта, усмехнулась и молча склонила голову к плечу. Крыж посмотрел на нее с осуждением.
Пауза. Короткое мгновение из динамиков и отрывистое:
– С изоляцией Сабо согласен. Меньше узнает, лучше будет спать.
* * *
Сабо сидел, скрестив руки на груди, и криво ухмылялся. Ксения только что забрала его с камбуза, привела в каюту, которую прежде занимал Ираль.
– Каков мой статус? – поинтересовался креонидянин, вальяжно устраиваясь за столом.
Ксения посмотрела на него с удивлением:
– В вашем статусе ничего не изменилось с момента ареста и пребывания в изоляторе на Тамту. Вы по-прежнему обвиняетесь в совершении ряда преступлений – пособничество при нарушении границы Единой галактики и попытке прорыва Выжженного поля, участие в беспорядках, побег из-под стражи. Добавим к этому торговлю людьми.
Сабо цокнул языком, скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла.
– Что вы хотите от меня?
Ксения активировала запись на креонике:
– Намерена задать вам несколько вопросов.
– Вы следователь? – он подозрительно прищурился.
– Нет, следователи вас будут допрашивать в Управлении, моя задача – сбор оперативных сведений и дознание. Наш разговор будет записываться, а запись будет передана начальнику криминальной полиции Тиль Теону для принятия процессуального решения. Вам все ясно?
Паль Сабо чуть склонил голову к плечу, пробормотал неохотно:
– Все ясно.
– В таком случае, назовите свое полное имя и звание во Флоте.
Креонидянин посмотрел на шкалу загрузки и мигающий индикатор записи. Проговорил:
– Паль Сабо Дио́ль Мереди́м, старший оператор навигаторской группы линкора «Сциона». Квалификация 1Б.
– Возраст?
– 26 лет.
– Каково ваше задание, полученное от Грацца Иргана?
– Встретиться в секторе Галоджи на заданных координатах с представителем Коклурна, передать Рогову в обмен на устройство.
Ксения изогнула бровь:
– Представитель Коклурна, так и звучало?
– Нет. Я просто так подумал… Что представитель Коклурна.
Ксения невозмутимо уточнила:
– Как звучало ваше задание. Дословно, пожалуйста.
В глазах Сабо возникло и застыло злорадное удовольствие:
– «Отвезешь эту тварь, сдашь и заберешь устройство», – он наблюдал за тем, какое впечатление произведут его слова.
Ксения
