Значит, причина того, что он скрылся, была не в этом? И если отслуживших своё магов и свидетелей убивал не Собиратель, тогда кто?
Эти соображения Ренельд и выложил королю, пока тот не очнулся и не принялся за наиболее интересную для него часть беседы. Всё дело в том, что в расследование он предпочитал не лезть. Но для того, чтобы держать в курсе событий, у его величества было множество людей, которые помогали дознавателю и вовремя докладывали обо всём особо важном.
Но Ренельда послушать он не отказывался. Вот и сейчас шёл рядом, заложив руки за спину и глядя куда-то вглубь сырого после дождя сада. Лабьет остался рядом с Ли. Он считал, что сейчас ей нужен постоянный присмотр. С его стороны, естественно — и никак иначе.
— В этом деле вырисовывается новое обстоятельство, — после всего сказанного сделал вывод Ренельд. — Возможно, мы не в курсе всех действующих лиц. Возможно, у самого Собирателя есть противник, который заставляет его прятаться ещё старательнее. И который мешает нам — со своей стороны.
Он немало думал над этим — и всё больше убеждался в собственном предположении.
— Кто это может быть, кроме тебя? — нахмурился Ивен. — Жандармерия в расследовании не участвует. Слишком серьёзное для них дело. Но и убирать кого-то неугодного… Может только тот, кто хочет что-то скрыть. И, если это не сам Собиратель…
— Тот, кто обладает теми же сведениями, что и мы. Кто обладает возможностями тайно творить то, что вздумается. В общем, весьма влиятельный человек.
Ренельд развёл руками. Кажется, это было очередное ответвление расследования, которое, в свою очередь, оканчивалось тупиком. Пока что. Но и времени на то, чтобы проверять все возможные версии, становилось всё меньше. Это ощущалось во всём, что произошло недавно. Собиратель будто пробовал силы, новые способы отъёма и переноса аур — значит, скоро будет основной удар.
Ивен покосился на Ренельда почти украдкой, поморщился, наверное, потому что именно обращённая к нему сторона его лица была обожжена во время взрыва.
— Это становится крайне опасным, — проговорил король наконец. — Тебя хотят убрать. Открыто. Или надолго вывести из игры.
— Думаю, удар был направлен на обнаруженного нами шинакорна Ли. Но и от меня избавиться Собиратель не отказался бы, это верно.
— Отсюда следует неутешительный вывод…
Он напрашивался с самого начала всей этой заварушки.
— Тут замешаны будущие испытания на место преемника. Я уже давно понял. Но пока никакие улики не ведут ни к кому из претендентов. Даже к Балленасам. Хоть я думал о них в первую очередь.
— Да, я помню. Моя разведка тоже ничего не показала. Они не узнали при дворе Тирсо Третьего ничего полезного. Либо это полезное очень хорошо скрывают.
— Думаю, испытания вскроют очень многие мотивы и замыслы соперников, — предположил Ренельд. — Пока что я просто бегаю по кругу. Что-то нахожу, но эта нить обрывается. И я возвращаюсь туда, где был.
Ивен покивал, задумчиво покусывая уголок губ.
— Лишь бы не было поздно. Я собираюсь объявить о начале испытаний. Через пару дней. Затем дам время всем подходящим отпрыскам рода Таури собраться — и можно будет приступать. Боюсь, дальше тянуть невозможно. Маги волнуются из-за Собирателя и того, что его никак не удаётся отыскать. И что защиты от ловушек нет. Каждый может оказаться в опасности и лишиться ауры.
А больше всего Ренельда волновало, конечно же, то, что в опасности окажется Мариэтта.
— Мы с Гаспаром и Илером Бэтоном заканчиваем разбор схемы ловушек. Сейчас уже возможно обезвреживать их при обнаружении. А дальше это позволит создать охранные амулеты. Но их нужно испытать, собрать достаточное количество… В общем, это утопия.
— Это время, Ренельд. Сам понимаешь, его почти нет. Ты утверждаешь, что Собиратель готовит что-то крупное.
— Наверняка, — Ренельд помолчал и в задумчивости неосознанно коснулся повреждённой щеки кончиками пальцев. Та отозвалась лёгким жжением. — Не думаешь, что спешка с состязаниями сделает только хуже? Отгадка где-то рядом. Думаю, ещё немного, и я всё же нападу на след Собирателя. Самый прямой след.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кто знает, случится это или нет, — раздражённо прервал его Ивен. — Скажи лучше, какие у тебя отношения с женой? Она доверяет тебе? Готова помогать? Вам уже следует начать работу над твоей аурой.
Вот за этим, в первую очередь, Ивен его и позвал. Нетрудно было догадаться.
— Мы начнём. Дай мне пару дней восстановиться.
— Смотри, Ренельд, — тон короля стал совсем менторским. — Я готов оказать любое содействие. Но вот подтолкнуть Мариэтту к тебе или тебя к ней не могу. Это зависит только от вас.
— Ты уже подтолкнул, — буркнул тот. — Ты ведь знал о замысле матери. И одобрил его. Ты вообще знал о Мари с самого начала, потому вообще и завёл тот разговор о срочной женитьбе.
— Давай не будем начинать с начала…
Ну да, разговор повернул в неудобное русло.
— Просто я не могу понять. До сих пор. И знаешь, мне пришлось приложить немало внутренних усилий, чтобы не отказаться от участия во всём этом балагане дальше. Пусть бы кто-то другой становился преемником. Не я.
Ивен страдальчески закатил глаза.
— Ты знаешь, что это не лучший выход.
— Знаю.
— Вот на твоё благоразумие я надеюсь всегда больше всего.
Обсуждать это можно было ещё долго. Однако позади раздался мягкий, но вполне уверенный шаг. И, судя по тому, как поздно он стал различим — их нагнал один из агентов Тайной службы. Ренельд с надеждой обернулся. И верно: это оказался один из тех сыскарей, кто остался в Сент-Флюксе для поимки сбежавшего артефактора.
— Мы нашли, — проговорил он с ощутимым облегчением в голосе. — Нашли!
— Венсана Саумона? — на всякий случай переспросил Ренельд.
Агент кивнул.
— Только… Я не знаю, как вы будете с ним разговаривать… Он, как бы сказать. Странный.
— Тёмная аура… Всё ясно.
Агент проводил его вниз, в комнату допросов, где, понуро свесив голову, сидел пойманный артефактор. Похоже, отдыхать ему не давали очень долго, от него исходил слабый фон тёмной энергии, но не настолько сильный, как Ренельд успел себе представить. Да, часть ауры скрадывали магнаручники — необходимая предосторожность. Да и раньше аура Венсана была купирована по решению суда. Но у тех, кто уже мало контролирует тьму, она торчит во все стороны словно иголки.
А значит, сейчас разговор может получиться.
К вошедшим Венсан Саумон не проявил особого интереса: только приподнял голову и опустил подбородок на грудь снова. Ренельд подтащил стул ближе и сел, приглядываясь к пленнику.
— Это было при нём, — тихо пояснил агент, подвинув к нему ближе бумажный пакет с чем-то внутри.
Оказалось — таким же, как у Рауля Донжона, накопителем. И точно так же — пустым.
— Как вас зовут? — проговорил Ренельд спокойно и достаточно громко.
Начать стоит с простых вопросов, чтобы оценить уровень адекватности подозреваемого. Артефактор снова посмотрел на него исподлобья, а затем вдруг выпрямил спину и повёл плечами: похоже, скованные за спиной руки уже начали затекать.
— Венсан Саумон, — ответил он уверенно и чётко.
Начало неплохое.
— Кто я, вы наверняка знаете.
— Знаю, отчего ж нет, — пленник хмыкнул. — О вас каждая собака в Жардине слыхала.
Это безусловно хорошо, хоть и создаёт порой некоторые трудности.
— Кстати, о собаках, — Ренельд внимательно оглядел лицо мужчины. Особо заметных признаков влияния тёмной ауры оно по-прежнему не выдавало. — Вернее, не о собаках, конечно. А о шинаокрнах. Чьей инициативой было уничтожить шинакорна, который напал на ваш след?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Венсан нахмурился, словно не понял вопроса. Затем отвернулся и долго о чём-то размышлял.
— Ну, не моей точно. Мне эта бездная псина ничем не мешала. Это Он появился недавно снова и велел следить за той квартирой в Сент-Флюксе. И он сказал уничтожить шинакорна, когда тот пойдёт по Его следу. Даже оставил в той квартире отпечаток своей ауры, к которой собака как раз привыкла.
