Скоро Ренельд вернулся в в комнату допросов. И за это время Венсану, кажется, ничуть не полегчало.
Он выгнал из каморки всех посторонних и приблизился к артефактору, пытаясь понять, насколько состояние того тяжёлое в действительности. В его практике встречались и симулянты, которые пытались прикинуться “поехавшими”, лишь бы снять с себя ответственность.
— Месье Саумон, — Ренельд потряс его за плечо.
Тот медленно поднял голову, дёрнулся, пытаясь сбросить магнаручники, и тут же уставился на кулон, который оказался прямо перед его глазами. Его зрачки тут же расширились, а дыхание сбилось до загнанного пыхтения. Какие любопытные и вместе с тем страшные явления…
— Откуда у вас… — он осёкся и потянулся вперёд, словно хотел схватить накопитель зубами.
— Я помогу вам. Временно. И это останется между нами, хорошо? Вы расскажете мне всё, что ещё знаете о Собирателе и его замыслах.
Венсан сглотнул и покивал. Ренельд надел на его шею кулон и вернулся на своё место. Понадобилось некоторое время, чтобы баланс ауры артефактора чуть выровнялся. Он снова ненадолго впал в забытье, но затем его взгляд вновь стал более осмысленным.
— На чём мы остановились… — Ренельд посмотрел в свои записи. — Итак… Кто руководил опытами местрисс д’Амран? Вы знаете? Это был Собиратель?
Сейчас в голове крутились самые дикие предположения.
— Точно я не знаю, — заторможенно протянул Венсан, но его речь становилась всё быстрее. — Ходили слухи… что всё это спонсировал какой-то влиятельный человек. Очень влиятельный. И что всё это происходило в стороне от основной деятельности Санктура. Словом, было запрещено. Но тогда меня и других адептов это мало интересовало. Мы думали, нас ждёт светлое будущее. И нормальная работа — после обучения. Может быть, даже какой-никакой титул — через много лет исправной службы на благо Короны.
Его слова не были удивительными или разочаровывающими. С недавних пор Ренельд и сам понимал, кто оплачивал все эксперименты. Скорее всего, потеряв поддержку Эдгара д’Амрана, отец начал искать другие пути. На основе тех исследований, что у него уже были — затеял проведение экспериментов на аурах при содействии более лояльного и охочего до профессиональных высот сотрудника Академии. Дочери ректора, мечтающей однажды встать во главе всего. Думается, он даже пообещал ей повышение. И сдержал бы слово, если бы не…
Все те обстоятельства, которые стали преградой на пути планов отца, вырисовывались теперь весьма чётко. Но самым весомым стал конфликт с Сьерво, что многое поставил с ног на голову.
— Когда вы встретились с Собирателем. И какое у него было имя на тот момент?
— Имен у него много, как я понял… — Венсан пожал плечами. — Я не знаю, кто он. И даже н езнаю, видел ли его настоящее лицо. Слышал, он не только ко мне наведывался. Но и к другим адептам, с которыми я оказался, так сказать, в одной лодке. Это ведь давно тянется… Гораздо дольше слухов о Собирателе.
— Остальные адепты начали погибать уже после встречи с ним?
— Некоторые до. Ну, по моим скромным соображениям, конечно, — артефактор поёжился, словно ему вдруг стало холодно. — Я скрывался лучше других. У меня уже купированная аура — но он дал мне возможность излечиться. Взамен попросил помочь в некоторых изысканиях. Всё потрясал передо мной чужими разработками. Уж не знаю, где их раздобыл…
Известно, где. Часть их принадлежала Оли Паграйс, другая часть, возможно, досталась от Денизы д’Амран, если он вышел на неё первой. Но откуда узнал?
— Вы же понимаете, что это, — Ренельд указал взглядом на накопитель, — самообман? Временное облегчение. Зато у некоторых магов аура теперь сломана навсегда.
— Понимаю. И Собиратель — имя-то какое точное ему дали! — тоже это понимал. Но это сложно объяснить и оправдать. Он подцепил меня на крючок.
— Как и Рауля Донжона…
— Да, наверное… Этому парню вообще не повезло. Его зацепило программой местрисс д’Амран последним. А затем деканшу попытались накрыть. Но она вывернулась.
А потому вывернулась ещё раз. Вообще удивительно изворотливая дамочка оказалась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— От кого вы сбежали из своей квартиры в Жардине? — выяснить это тоже было немаловажно. Потому что здесь-то как раз многое и не сходилось. — Вы оставили ловушку на тёмную ауру. Ведь у Собирателя тёмная. Значит, на него?
— Да. Я думал, это он хочет меня убить. Оказалось, нет.
Вот оно — снова след третьей силы, которая действует в угоду себе — почему? Что она из себя представляет?
— Тогда кто?
— Да это, в общем-то не моего ума дело, ваша светлость, — покачал головой Венсан. Но видно, над этим он размышлял немало. — Только мне как-то подумалось, что с этими людьми Собиратель очень хорошо знаком. И этому кому-то были не выгодны его встречи с “теми самыми” адептами. Видимо, так. Со мной он это не обсуждал. Сказал только, что это не он их убрал.
Сказать можно что угодно. Но отчего-то сейчас Ренельд в это верил. Он задумался над показаниями Венсана и даже позабыл о нём на какое-то время, пока тот не начал беспокойно ёрзать на месте.
— Ваша светлость… — пленник кашлянул. — Вы дали мне кулон… Эта аура очень сильная. Не припомню, чтобы мне так быстро легчало от тех, что давал Собиратель. Но вы больше не принесёте его мне?
Ренельд встал, громыхнув стулом. Одна мысль о Мари и о том, что пришлось попросить её сделать — и на душе стало совсем неспокойно.
— Вы понимаете, что это невозможно, — резко бросил он. — И должны были понимать, когда связались с Собирателем. Однако предпочли поверить ему. Даже зная, что это только временно облегчит вам жизнь. Кому как не вам должно быть известно, что некоторые процессы необратимы.
— Когда я поверил стерве д’Амран, я был наивнее, — хмыкнул артефактор. — И почти не понимал толком ни своих сил, ни того, что это ответственность — прежде всего перед собой. Всё казалось… проще. Я ошибся.
Оли тоже казалось, что всё просто. Что по щелчку пальцев можно изменить течение тех сил, что неподвластны даже самим магам — им просто приходится принимать то, что есть и пытаться хранить баланс. Наверное, только Первородные знают, благо это или больше — наказание.
— У Собирателя есть общий накопитель, верно? — ещё спросил Ренельд у помрачневшего Венсана. — Его собирали вы. Иначе зачем ему было охранять вас гораздо бережнее других?
— Есть. Но я не знаю, где он находится. Собака знает. Через неё мы настраивали канал перекачки. Это была последняя модификация. Теперь Собирателю не нужна ни она, ни я.
— Вы сможете повторить сборку?
— Зачем вам?
— Следственный эксперимент.
— Смогу. Если нужно. И если вы не дадите мне рехнуться.
Ренельд склонился над пленником, заставив его вжаться в спинку стула.
— Вы понимаете, что моя забота о вас будет всецело зависеть от серьёзности вашей помощи? И она прекратится. Однажды.
— Я согласен и на это. И расскажу всё, что знаю.
Ренельд не стал забирать у него накопитель: той энергии, что влила в него Мари, хватит на какое-то время. И это же время пойдёт на размышления и поиски новых зацепок.
Загадочная третья сторона, что в пику самому Собирателю убирала адептов, участвовавших в исследованиях. Неизвестное место, где хранится накопитель светлых аур… Слишком много пробелов. Кажется, всё начало распутываться, и в то же время нить постоянно за что-то цеплялась, не давая двигаться дальше. но пока Ренельд услышал всё, что хотел.
Тайному сыску короля было поручено выяснить всё о том, кто ещё в Санктуре интересовался той группой адептов, которая затем была отчислена так скоропостижно и скрытно. Возможно, прояснится что-то о тех, кто мог идти по следу Собирателя. Третью сторону сбрасывать со счетов пока нельзя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Как бы ещё поскорее разговорить Ли?
Но уже то, что Венсан, окончательно раскроет почти что воспроизведённую схему накопителя и ловушек — обнадёживало. Теперь можно будет разрабатывать артефакты, поглощающие их энергию.
За выяснением деталей прошло два дня. Как и обещал, его величество во всеуслышание объявил о том, что через десять дней начнётся состязания за право называться будущим преемником короля.
