Супруги снова вернулись в гостиную, громко распевая, и Стивен попросил Лауру спеть для него.
– Представь, что ты выступаешь с концертом, – сказал он. – И этот концерт посвящен мне одному. Пожалуйста.
Он и прежде просил ее об этом, но она отказывалась. А в этот вечер глаза у Лауры сияли, и она весело спросила:
– Хочешь, я изображу своего отца?
Стивен сел на пол перед камином.
– А почему бы и нет?
– Оставайся там, где сидишь, – приказала она. – Не двигайся. Я сейчас вернусь.
Стивен улыбнулся и поднял свой бокал с шабли. Они еще ничего не ели, и он, как и Лаура, ощутил на себе расслабляющее действие вина. Стивен вздохнул и мечтательно уставился в бокал.
Громкая музыка раздалась из стереопроигрывателя, и он вскинул голову. Перед ним стояла Лаура, одетая в один из его смокингов, черные брюки плотно обтягивали ее бедра, грудь почти не выделялась под белой рубашкой со стоячим воротником. Она сразу же запела одно из самых любимых произведений отца, незабываемый хит, гвоздь альбома «Впечатления» – «Ты всегда поступаешь так».
Девушка стояла совершенно неподвижно, копируя высокомерную чувственную позу Си Си, ее ноги были немного расставлены. Она вкладывала столько же страсти в завораживающие слова песни, как ее отец, и полностью приковала к себе изумленный взгляд мужа. Лаура знала, что в смокинге и с короткой стрижкой она выглядит почти как Си Си. А ее голос было практически невозможно отличить от голоса отца. Она наслаждалась шуткой-подражанием в полной безопасности и уединенности, в своем собственном доме и со своим мужем. К тому же во время исполнения она была приятно возбуждена.
Реакция мужа на этот номер, с одной стороны, привела Лауру в восторг, с другой – озадачила ее. Стивен не стал смеяться и аплодировать, как она того ожидала. Не стал кричать «браво», свистеть и поддерживать ее ответной шуткой. Стивен повел себя совсем по-другому. Он поднялся с пола, подошел к ней и, пристально посмотрев ей в глаза, тихо прошептал:
– Дорогая, я хочу тебя, я хочу тебя.
Глава 39
Валентина закрыла портфель.
Совещание начальников отделов было кратким, все стремились побыстрее попасть домой к своим семьям на длинные выходные по случаю праздника. И Валентина распустила их.
Она достала из нижнего ящика кожаную сумочку и обшарила ее в поисках аспирина. На стол вывалился открытый бумажник. Забыв про аспирин, Валентина села в кресло, подняла бумажник и принялась задумчиво рассматривать потертую фотографию.
На ней был запечатлен молодой человек с рыжими волосами и обаятельной улыбкой; на загорелой шее мужчины висели авиационные очки.
Она громко сказала:
– Папа, я никогда не знала тебя и хочу, чтобы ты провел День благодарения вместе со мной. Мне так одиноко. – Валентина покачала головой, закрыла бумажник и бросила его назад в сумочку.
Она посмотрела на темнеющее небо из окна кабинета. У нее не было никакого желания идти домой. Она вызвала Виолу.
– Нейл все еще в офисе?
– Он как раз закрывает свой кабинет, Валентина.
– Скажите ему, чтобы зашел ко мне на минутку.
Виола вышла в коридор.
– Мистер Аллен, миссис Трент интересуется, может ли она с вами поговорить.
Нейл кивнул и направился в кабинет Валентины.
– Что-нибудь нужно, Валентина?
– Входи, Нейл. – Миссис Трент улыбнулась ему и обошла стол. – У тебя есть планы на День благодарения?
– Что за глупость, Валентина?
– У меня тоже нет планов.
Аллен промолчал.
– Нейл, давай поработаем в праздники и приведем все в порядок. Останемся прямо здесь, в офисе, проверим книги, наметим задачи на следующий год, обсудим, как сделать несколько видеороликов. Есть масса дел, которыми нужно заняться. Что ты на это скажешь?
– А почему бы и нет?
– Прекрасно. Тогда Виола закажет нам обед, и мы приступим к делу. С чего бы нам начать? Давай начнем с рекламных программ на первый квартал. У меня есть кое-какие идеи – например, как получить максимальную выгоду от рекламы и…
Валентина и Нейл покинули офис после полуночи. На следующее утро, в десять часов, в День благодарения, они снова приступили к работе. Аллен не возражал, наоборот, он радовался хоть какому-то занятию. В его квартире было тихо и одиноко, и Нейл ненавидел проводить там время. Но он удивлялся, почему Валентина не нашла себе занятия получше.
Правда, она богатела благодаря своему бизнесу, но все-таки ей нравилось сочетать работу с игрой, а игра в понимании Валентины означала развлечение с очередным исполнителем хита у нее в кабинете или в лимузине. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как она выгнала последнего любовника, Босмена Уайта, колоритного певца, предпочитающего стиль кантри и вестерна. После его увольнения у нее никого не было.
Нейл взглянул на Валентину. Очки, которыми она пользовалась во время чтения, балансировали на кончике носа, сигарета покачивалась в губах. Женщина сидела за столом для заседаний, заваленным стопками бумаг, и пристально вглядывалась в длинные столбцы цифр на компьютерной распечатке.
В пятницу вечером они все еще находились в кабинете Валентины, усердно работая. Нейл заметил, как она потирает шею, и предложил сделать перерыв. Почему бы не спуститься в студию звукозаписи на некоторое время? Там в данный момент должен записывать демонстрационную пластинку певец, которого он отыскал в небольшом клубе Аустина. Валентина зевнула и согласилась.
Певец, красивый темноволосый парень в наушниках, сидел на табуретке в самом центре небольшого оркестра и вкладывал в песню всю душу. Он относился именно к тому типу мужчин, который предпочитала Валентина. Нейл предполагал, что его сейчас отпустят, а Валентина тем временем пригласит певца в свой кабинет выпить чего-нибудь.
– Он способный, не так ли? – спросил Нейл.
– Очень талантлив. Спасибо тебе за то, что нашел его.
К удивлению Нейла, Валентина больше ничего не сказала. Через несколько минут она прошептала, что готова подняться обратно наверх. Нейл почувствовал идиотское облегчение. Он обрадовался как мальчишка, когда в полночь Валентина, пожелав ему спокойной ночи, спросила:
– Мы сегодня хорошо провели время, правда?
– Мне понравилось.
– Мне тоже. – Валентина улыбнулась, поднялась на цыпочки и поцеловала Нейла в щеку.
– Ох… Ты… собираешься прийти сюда завтра? – спросил Аллен.
– Только если ты присоединишься ко мне.
– Я приду в офис к девяти часам.
Он помог Валентине сесть в лимузин, наклонился и произнес:
– Приятного сна, дорогая.
И снова Аллен почувствовал, как участилось его сердцебиение, когда она поцеловала его, на этот раз в губы.
