И ты был достаточно настойчив, чтобы я умерла от старости в этом пустом дворце, окруженной твоими марионетками… открой окно, я хочу подышать свежим воздухом. Последний раз в жизни. Думаю, я этого заслужила.
Я-Акира подходит к окну и возится с замками. Наконец, справляется и свежий воздух врывается в комнату. Я наклоняюсь и беру в свою руку сухонькую и горячую ладонь Нанасэ. Пергаментная кожа, морщинки и пигментные, старческие пятна… какой старой она стала.
— И еще одна просьба, Син — шепчет она, закрывая глаза: — не вздумай сделать из меня свою марионетку… оставь в покое свою старшую сестру… хотя бы после смерти.
Я открываю глаза. Песчаный берег все тот же. Все то же небо без звезд и солнца. Все так же рядом со мной стоит Мария. Я сажусь на песок. У меня кружится голова и болит в груди, там, где у людей расположено сердце. Есть ли оно у меня? Перед глазами встает изможденное, старческое лицо моей сестры и бесстрастные, пустые лица моих товарищей… марионеток на конце кровавых нитей.
— Что это? — спрашиваю я и уже знаю ответ.
— Один из вариантов будущего — отвечает мне Мария: — того, в котором ты и твоя команда убила Масадзи Китано и все результаты его исследований. Человечество окажется бессильным перед эпидемией болезни, у которой сотни названий. Новая Чума, Капитан Скороход, Простуда Кафки и Доктор Все Равно. Эта болезнь разрушает волевую сферу человека — раз и навсегда. Если не скажешь ему поесть — он не поест. Большинство так и умерли — в своих домах, в двух шагах от холодильника, набитого продуктами не в силах заставить себя открыть дверцу и поесть. К сожалению, только исследования садиста Китано давали ответ на вопрос — что такое человек в своей сути, и как защитить волевую сферу у того, что является просто мозгом в банке.
— Я, кажется, вижу, куда ты клонишь — говорю я, сдерживая тошноту: — ты говоришь, что если мы убьем Китано… то человечество вымрет. Утилитаризм в подходе. Но это неправильно.
— Правильно или нет — не мне судить — пожимает плечами Мария: — вот только нет уже готового будущего. Вернее… есть, но оно нас не устраивает.
— Как это — не устраивает? — хмурюсь я.
— Тебе понравился сценарий номер один? Нет? Я так и думала. — говорит Мария: — А ведь это самый вероятный исход.
— Но… есть ведь другие! В конце концов Золотой Город существует и как следствие существует будущее, где он возник! — вот и поймал я Марию-сан в логическую ловушку.
— О… Син. Именно этого будущего мы и хотим избежать — вздыхает Мария.
— Секундочку. Но это же будущее, в котором существуешь ты и все твои товарищи и друзья в Золотом Городе…
— Син. В будущем, где есть Золотой Город — нет ни одного живого человека. — отвечает Мария: — человечество вымерло в этом будущем. И … нет никакого Города. Есть я. И пустая планета.
— А другие варианты? Сколько их?
— Очень много. Бесконечное количество… но везде человечество как вид прекращает существование. Ключевая точка — это десятилетие. В течении десяти лет от этого момента человечество перестаёт существовать. Это или болезнь, или война… как правило само человечество делает это с собой. Проект Морриган «Вальхалла» — позволяет продлить жизнь… нет, не так. Позволяет человечеству совершить эвтаназию. Умереть с достоинством. Каждый человек ложится в капсулу и видит сны. Каждый человек получает свой рай. И… конечно не оставляет потомства, хотя остается счастлив. Естественным путем лет через сто пятьдесят не остается ни одного человека… это тоже вариант. Показать тебе сценарий два?
— Нет, спасибо. Я … представляю себе, что это такое.
— Сценарий два… — говорит Мария и…
Мы с сестрицей Морриган стоим в Центральной Догме, над сотнями тысяч небольших капсул, уходящих в пространство вдали.
— Вот и все — говорит Морриган: — человечество получило свой заслуженный рай. Каждый получил свое — чего он хотел. Ланселот — счастлива в своем домике у моря со мной. Читосе — в домике у озера с тобой. Майко — где-то на своем звездолете грабит наивных купцов и сражается с несправедливостью. Тейлор — наконец захватила мир и стоит на трибуне, а перед ней проходят парадом преданные легионы штурмовиков. Я наконец исполнила мечту человечества. Счастья всем даром, и никто не уйдет обиженным.
— Потрясающая у тебя способность присваивать чужие заслуги — отвечаю я, наклоняясь и облокачиваясь на перила мостика Центральной: — исполнительница мечты человечества.
— Признаю, твоя помощь была неоценимой — прищуривается Морриган: — если бы не ты и твои бойцы, мы бы не справились с Африкой и Вакангой. Вряд ли смогли преодолеть Сибирский Кризис… и конечно же самого Мастер Сержанта. Но идея изначально была моей. Да, ты — начальник, вождь, глава и все такое… но подала тебе идею — я. Это я вдохновила тебя, и ты понял, что твое настоящее призвание — сделать мир счастливым. И меня тоже. Кстати, я все еще ревную тебя к твоим амазонкам, ты знаешь, что рай с тобой в домике у озера довольно популярная тема в этом месяце.
— Хм. А сколько бойцов из твоих Красных Бригад сейчас видят рядом с собой в постели обнаженную Морриган? — парирую я: — ты легенда умирающего мира, смирись с этим. Последняя легенда этого мира.
— Тогда уж — мы легенды. Кровавый Император и Белая Смерть Морриган… смешно. Особенно учитывая, что мы сражались за исполнение мечты всех. Даже наших врагов. Прямо сейчас еще большее количество людей в капсулах видят сны о том, как пытают меня и разрывают на части… и они счастливы.
— А уж как сопротивлялся генерал Амин — усмехаюсь я: — «Нет, я не хочу быть счастливым! Я лучше умру!».
— У него не было выбора. Выбор есть только у нас… и, наверное, его нет даже у нас. — она оглядывает все вокруг и вздыхает: — Даже не верится, что мы дожили до этого дня. День нашей победы. Семь миллиардов счастливых людей. Проект «Вальхалла». Что же… до встречи на той стороне. — Морриган скидывает с себя свое белое одеяние и делает шаг вперед. Встает
