кокетливо поправила платиновые пряди, закрывая ими лицо. Затем отточенным движением — снизу вверх — поправила ладонями пышный бюст.
— Bay! — воскликнул Гога: он в нетерпении переступал с ноги на ногу, словно жеребец, исполняющий «пиаффе» — галоп на месте. — Ах, какая женщина! — гортанно закричал он.
Лайза вдруг поняла, что с первого этажа не доносится ни звука. Видимо, трое бандитов, которые остались внизу, тоже были увлечены этим захватывающим шоу.
Мэрилин присела в книксене, потом взяла две верхние коробки с пиццей и направилась к дому. Элвис выдал несколько эротично-нескромных танцевальных
па — тех самых, за которые его клеймили в пуританские пятидесятые — взял остальные упаковки с пиццей и последовал за Мэрилин. На полпути он догнал ее, и они пошли рядом; ни дать ни взять — парочка голливудских призраков, сбившихся с дороги и завернувших сюда на огонек. Когда они скрылись из виду под обрезом крыши галереи, Гога заторопился.
— Сиди здесь! — бросил он Лайзе, даже не взглянув в ее сторону. — Я сейчас…
Гога пошел к двери. Лайза лихорадочно соображала, что нужно сделать, чтобы он остался здесь. В этом был прямой резон: с тремя противниками Белову будет легче справиться, чем с четырьмя.
— Разве я хуже Мэрилин? — проворковала Лайза и, когда Гога обернулся, выставила вперед стройную ножку.
Полы белого халата разошлись, нескромно обнажив ее до середины бедра. Гога застыл на пороге, уставившись на Лайзу Медленно, очень медленно, чтобы не спугнуть щуку, идущую на крючок, Лайза жестом стриптизерки распахнула халат…
Гога со звуком, похожим на поросячий храп, втянул в себя воздух — грудь у пленницы была ничуть не меньше, чем у легендарной Мерилин! Гога вытаращил глаза и смешно открыл рот: еще немного, и слюна потечет наружу, как на приеме у стоматолога. Словно под глубоким гипнозом, он, с застывшей, какой-то стеклянной улыбкой, не отрываясь смотрел на Лайзу.
— Я ничуть не хуже, — прошептала она с порочной улыбкой, приближаясь к Гоге. — Сейчас сам убедишься…
Оказавшись на расстоянии вытянутой руки от него, она резко выбросила ножку вперед, целясь ему стопой в пах. Раз! Гога согнулся пополам, заскулил по-собачьи, обиженно и тонко. Лайза схватилась за ручку двери и что было сил захлопнула ее. Голова бандита попала аккурат между дверью и косяком; стоило Лайзе немного ослабить давление, и Гога рухнул на пол, как подкошенный.
Лайза нагнулась над ним, вытащила из кобуры пистолет. Затем выбила окно Гогиным стулом и выбралась на крышу галереи. Спуститься на землю было делом одной минуты.
Вот она, свобода! Ура! Лайза подбежала к «Стингрею» и забралась внутрь. «Стингрей» — машина двухместная, поэтому ей пришлось сдвинуть вперед до пассажирское сиденье и скрючиться за ним. Весь салон «Стингрея» был меньше, чем багажник буцаевского лимузина, но в остальном их даже не приходилось сравнивать. Здесь всё было родным и знакомым. Лайза сидела, сжимая в руках пистолет. Она смотрела на дом, где в загоревшихся окнах мелькали чьи-то тени. Один раз кто-то выстрелил, и Лайза вздрогнула от страха…
Белов в костюме Элвиса решительным шагом направлялся к заброшенному дому. Он был уверен в точности своего расчета. Ну, кто, скажите на милость, решится поднять руку на живую легенду? Стрелять в Элвиса — все равно, что палить в Микки-Мауса или Чарли Чаплина. Саша понимал, что у них с Сергеем в запасе всего несколько минут. Потом замешательство пройдет, и его хитрость непременно будет раскрыта, но пока…
В конторе Маципуло Белов наложил на лицо толстый слой грима, приклеил парик, баки и сейчас выглядел не хуже, чем Пресли в начале его карьеры. Да и Мэрилин смотрелась неплохо. Правда, она чуть ли не на полметра была выше оригинала, и ноги ее отродясь не знали бритвы, но, по крайней мере, она шла на высоких каблуках и не падала. А это уже было немало.
Входная дверь распахнулась, и на пороге появился Хасан. Судя по глупой, растерянной улыбке, блуждавшей на его бандитской физиономии, странные посетители его не на шутку озадачили.
— Вам кого? — сказал он, переводя взгляд с Элвиса на Мэрилин и обратно.
— Пиццу заказывали? — Белов жестом фокусника открыл коробку. — Американская мечта.
Над пиццей клубился аппетитный парок. Кусочки салями, ветчины, сладкого перца, грибы и оливки выглядели так привлекательно, что хотелось тотчас съесть все это великолепие. Белов протянул упаковку
Хасану и отпустил руки. Тому волей-неволей пришлось подхватить пиццу, чтобы она не упала на грязный пол. Белов и боксер быстро прошли внутрь, оказавшись лицом к лицу с Ревазом и Буцаевым. Буцаев с выражением недоверия на лице всматривался в мнимого Элвиса. Его голос показался ему знакомым… Но где он мог его слышать?
— Босс! — заорал сообразительный Реваз. — Это они!
Белов почувствовал затылком что-то вроде дуновения ветерка. Одновременно послышался характерный звук рухнувшего на пол тела. Это вырубил Хасана Степанцов. Имея этого парня за спиной, за тылы можно не опасаться! Белов был хорошим психологом и нисколько не сомневался в боксере, но теперь рад был, что в нем не ошибся.
Однако сейчас главное действо развертывалось перед ним, а не позади него. Реваз тщетно пытался вырвать из-под мышки запутавшийся в складках кителя пистолет. Белов, не теряя попусту времени, хватил его кулаком по лбу. Лысый коротышка охнул, кубарем покатился по полу и затих в углу.
Белов мгновенно переключился на оставшегося без прикрытия Буцаева. Но это обстоятельство сейчас не имело значения, потому что в руке у того чернел «Вальтер». Пистолет был направлен в сердце Белову, и он понимал, что ничего не успевает сделать. Где-то под ложечкой засосало от страха, когда он
представил, как из ствола вырывается короткий язычок оранжевого пламени и… Он вдруг почувствовал, что это уже было, повторяется тот страшный расстрел в аэропорту Шереметьево. Так же, как тогда, остановилось, замерло время.
Неожиданно с улицы донесся рев клаксона его «Стингрея», и все пришло в движение. Звук был настолько мощным и неожиданным, что Саша вздрогнул и присел. В следующее мгновение он почувствовал, что его кто-то толкнул в спину — так сильно, что он стал падать, вытянув руки перед собой. Оглушительно грохнул выстрел: струя пороховых газов опалила щеку — пуля прошла мимо.
Краем глаза Белов заметил удивительную картину: Мэрилин Монро в красивом броске летит на Буцаева. Тот успел отскочить в сторону. Мгновенного замешательства оказалось достаточно, чтобы Белов вскочил на ноги и мыском ботинка выбил «Вальтер» из рук Буцаева. Пистолет прочертил в воздухе правильную, дугу, с тяжелым стуком упал на пол где-то далеко, вне пределов досягаемости… Вторым ударом — пяткой в печень
