– Тентемо, прошу вас, вернитесь в кресло или покиньте комнату. Леди Ангелине нельзя волноваться.
Я упал в кресло, не сводя взгляда с жены. Как я мог поддаться ревности настолько, чтобы причинить ей такую боль?!
– Ты меня никогда не простишь? Конечно, я ведь обещал, что никто и никогда тебе не причинит боли, а сам... Что теперь с нами будет, Лина?
Не верит. Она мне не верит. И она права.
– Ничего с нами не будет. Нет никаких нас. Я требую развода.
Развод? Нет. Ни за что. Пусть уезжает, если хочет, пусть делает что хочет, но остается моей женой. Все-таки останется надежда, что когда-нибудь Лина вернется.
– Нет. Я не дам тебе развода. Я не могу тебя отпустить. Я без тебя умру. Я дам тебе время. Много времени. Съездишь к родителям или в графство. Я не буду мешать.
– Мне не нужно время. Я тебя никогда не прощу. Я тебя видеть больше не могу. Я даже Дрэна меньше ненавидела, чем тебя. Я тебя к себе никогда не подпущу. Ищи себе другую игрушку.
Ненавидит... Не подпустит... Игрушка? Нет, Лина, ты не игрушка. Ты моя жизнь. Ты подчинила меня себе, заставила измениться, но я демон. Ты не знала об этом. Мы жестокие, кровожадные собственники. Я утратил над собой контроль, приревновав тебя. Возможно, алкоголь затуманил мой разум, и я обезумел, но зато я понял: как бы я ни любил тебя, как бы ни твердил, что не причиню вреда, я опасен. Но я хочу это изменить. И пусть надо мной будут смеяться, презирать, но... это станет гарантией, что я не причиню тебе вреда. Достав кинжал, я отрезал себе косу и протянул ее девчонке, стараясь не смотреть в глаза.
– Возьми ее, Лина.
Она даже не шелохнулась.
– Возьмите, леди, - сказал Аарон.
Когда моя жена все-таки взяла волосы, я опустился перед ней на колени, как того требовал обычай. Аарон убрал клинок и даже немного отошел, доверяя мне.
– Приказывай, моя госпожа. Моя жизнь отныне в твоих руках.
Я не вслушивался в слова Аарона, пытавшегося объяснить Лине произошедшее. Я просто жадно смотрел в ее лицо, пытаясь распознать реакцию. Впрочем, особым экспертом быть не надо: удивление, выраженное одним словом:
– Охренеть...
Аарон, коротко поклонившись, вышел из комнаты, оставив нас наедине. Я так и остался стоять на коленях, с опущенной головой, ожидая дальнейшей реакции.
– Зачем... - Какой у нее тусклый голос. - Зачем ты так поступил со мной? Ответь!
– Я не знаю. Я не могу ответить на этот вопрос. Я могу лишь надеяться, что когда-нибудь ты меня простишь, моя госпожа. Простишь и дашь мне еще один шанс. Это теперь моя единственная надежда
Она обняла колени и заплакала, из-за чего я окончательно себя возненавидел.
– Не плачь, моя госпожа, прошу. Мне хочется тебя обнять, но я не смею...
Я протянул к Лине руку, ожидая, что она отшатнется, но девчонка лишь замерла, не переставая плакать.
– Ты позволишь до тебя дотронуться?
Я ждал ответа, не убирая руки. Ждал, даже не надеясь на согласие... А она смотрела на меня, как на монстра. И я видел борьбу ее страха и любви ко мне. Я не посмел молить богов, но...
– Не зови меня госпожой. Обними меня, очень холодно...
Не поверив сначала своим ушам, я все же осторожно дотронулся до ее стопы. Лина напряглась, но не отстранилась, а я воспользовался этим, осторожно посадил ее себе на колени и бережно обнял.
– Лина, ты меня простишь?
Она не уткнулась мне в грудь, не обняла, но и не прогнала.
– Наверно, когда-нибудь. Только не делай так больше.
– Никогда, клянусь.
Глава 31. Самое приятное в ссоре - примирение
Искусство все простить и жажда жить - недосягаемое совершенство.
Булат Окуджава
Ангелина
Как же много здесь солнца, в этой пустыне. Я ненавижу Песчаное Царство маскаров. Жарко, пыльно, да и воспоминания не очень хорошие. И все бесит!
– Ну, Веста, ты обдумала мое предложение? Ты согласна стать моей царицей?
А еще меня бесит Алекс. Как я раньше не замечала, что его чувства - лишь игра? Улыбается ли он, смеется, сражается, казнит, убивает - неважно. Глаза всегда одинаково холодные. Глаза сфинкса. Какая же я раньше была дура! Хотя и сейчас, кажется, не намного умней.
– Алекс, прежде чем я отвечу на твой вопрос, ответь ты на мой. То, что произошло на балу и после него, подстроено тобой? Впрочем, можешь не отвечать, я и так знаю, что да. Но как? Подмешал что-то в напитки? Или феромоны? Ментальное воздействие?
Он одарил меня обаятельной улыбкой мерзавца, от которой я передернула плечами.
– Веста, я дважды один прием не использую. Я же не идиот. Просто я знаю кнертов, этих отвратительных кровожадных хищников с легким налетом цивилизованности. Собственничество у них в крови. Поэтому я приказал своим людям увиваться вокруг тебя и создавать поводы для ревности. Все гениальное - просто.
Меня передернуло от отвращения. Даже аппетит пропал, хотя целое утро я только и делала, что мечтала о соленых огурцах, хорошем куске прожаренного мяса со специями, жареной картошке и куске шоколадного торта.
– Ты омерзительная тварь.
Он почти неслышно фыркнул.
– Я политик, Веста. Просто политик. Так вышло, что ты мне нужна. И я не остановлюсь ни перед чем, чтобы заполучить тебя в жены. Понадобится - убью твоего демона и прочищу тебе мозги. Станешь обычной дурочкой, не способной понимать происходящее вокруг. Мне все равно. Ты - способ удержать власть и получить доступ к контролю фирмы твоих родителей. И только. Ничего личного. Просто политика.
И когда-то я это существо считала другом? Как же я ошиблась. Неприятно, но не смертельно. Главное - вовремя исправить свои ошибки.
– У меня другое предложение. Раз я была продолжаю считаться царицей с юридической точки зрения, то все можно решить гораздо проще. Без лишней крови и прочего идиотизма.
Он ехидно прищурился, нависая надо мной и заставляя нервничать.
– И что же ты предлагаешь?
– Подкупи медиков, чтобы сварганили заключение о том, что я не способна к воспроизведению потомства, и на этом основании объяви о разводе. Царица, не способная родить наследника, подлежит удалению из политической игры. А потом найдешь себе более покладистую и свободную жену.
Мерзкая ухмылка победителя, так раздражавшая меня, наконец, покинула его лицо. Он даже прикрыл глаза, обдумывая мои слова.
– А с какой стати мне отказываться от тебя?
Дурацкий вопрос. Он прикидывается или правда не понимает очевидных фактов?
– А с такой, что если ты сможешь вынудить меня стать твоей женой, то я сделаю все, чтобы от твоего Царства остались лишь руины. И каждый месяц тебе придется предотвращать заговоры, которые я буду устраивать. Я тебя вполне искренне презираю и ненавижу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
