Читаем без скачивания Три рэкетира - Ярослав Зуев

– Давай же! Ну! – Бандура откинул злополучную спинку. Кристина нырнула в салон, почему-то коленями на сиденье, врезалась лбом в панорамное зеркало заднего вида и снесла его – как и не было. Андрей отпустил сцепление. Передние колеса бешено закрутились. Оставшуюся открытой правую дверь ударило о железобетонный столб, и она захлопнулась со звуком сработавшего фугаса.

– Все живы?! – крикнул Андрей.

– Слезь с меня! – захрипела с заднего сидения Анна, пытаясь выбраться из-под Бонифацкого.

– Анечка, нос! – стонал Вацик, зажимая указанную часть тела ладонями. Сквозь пальцы сочилась кровь, – я нос разбил, Анечка!

– Жалко, что не голову! – взбесилась Анна. – Да ты мне почки едва не отшиб…

– Едва не считается, – ныл Бонифацкий. «БМВ» стрелой неслось по улице. Они проскочили несколько почти пустынных, утопающих в обеденной дреме кварталов.

«Только б ни во что не влететь», – молился про себя Бандура. Нога давила акселератор. Стрелка указателя скорости вибрировала где-то в районе ста сорока. Вполне достаточно для того, чтобы малейшая ошибка в пилотировании привела к самым трагическим последствиям. Да и любая случайность тоже. – «Гроб с музыкой, тут и думать нечего».

– Оторвемся, – подбадривал попутчиков Андрей. – Только б никуда не вмазаться…

«БМВ» стремительно приближалось к перекрестку с главной дорогой. По ней, словно гигантские ленивые жуки, ползли туда-сюда редкие автомобили. На счастье пассажиров «БМВ», необычайная в мае жара сдвинула пятничный час-пик по времени. Кто мог безболезненно слинять с работы – уже сделал это, отправившись ближе к воде. Кто не смог – оставался гнить на рабочих местах до пяти, а то и шести вечера.

Метров за пятьдесят от перекрестка светофор зловредно мигнул желтым и дал красный свет.

Глянув в боковое зеркало, Андрей различил вдалеке автомобили преследователей. «Волги» немного отстали, но не более того. Судя по всему, прекращать погоню Глиняные Головы не собирались. Выходило так, что остановка, – смерти подобна.

– Держитесь! – крикнул Андрей, и «бимер» вылетел на перекресток под красный свет. Андрей выжал сцепление и что есть силы надавил педаль тормоза, одновременно выкручивая руль вправо. Пронзительно завизжала резина. Кристина полетела вперед, ударилась плечом в торпеду и громко хрюкнула. Или всхлипнула. Андрею, честно говоря, было не до нее. Оба правых колеса «БМВ» оторвались от асфальта. Несколько, показавшихся вечностью секунд Андрей не сомневался, что машина вот-вот опрокинется. Слева на большой скорости выскочил синий «Форд-Эскорт». Его водителю только и оставалось, что уповать на тормоза – справа торчал высокий парапет тротуара, слева напирал вишневый «Опель-Рекорд», дорогу впереди преградило неизвестно откуда взявшееся «БМВ» Андрея. Водитель «Форда» затормозил. Возможно, даже сорвал ручник. «Форд» понесло юзом, шины прочертили по асфальту жирные черные трассеры. Видимо, с тормозными колодками у «Форда» дела обстояли нормально. Водитель следующего за «Фордом» грузо-пассажирского «Рафа» среагировал какой-то долей секунды позже. Микроавтобус ударил легковушку в зад – звук вышел такой, будто одновременно лопнула сотня елочных шаров. На дорогу посыпались стекла и обломки пластика. Весь этот, им же посеянный хаос, для самого Андрея, естественно, остался за кадром. Он врубил вторую передачу и снова утопил в пол акселератор. Двигатель «БМВ» взревел, как смертельно раненый слон, и машина прыгнула вперед. Андрею даже показалось, что худшее уже позади, что они проскочили, когда продолжавший переть по второй полосе «Опель-Рекорд» все же зацепил буфером левое заднее крыло «БМВ». «Бимер» крутануло вокруг своей оси, градусов на девяносто, и понесло боком вдоль разделительной полосы. «Опель» толкал машину Андрея в борт, как будто превратился в речной буксир, швартующий к причалу баржу. Встречный «Камаз», пытаясь избежать столкновения, резко принял вправо и разорвал борт рейсовому автобусу.

– Жми, мать твою! – крикнула с заднего сидения Анна. Андрей дал полный газ. Раздался отвратительный скрежет рвущегося металла. «БМВ» вырвало буфер прицепившегося сзади «Опеля», пересекло обе встречные полосы движения под самым носом у сцепившегося с автобусом «Камаза», снесло парапет на противоположной стороне улицы и, чудом проскочив между двумя раскидистыми каштанами, нырнуло в какой-то двор.

– Есть! – истошно завопила позади Анна. Один есть, зараза!

Кто такой «зараза», и почему он «есть», Андрей так и не понял. Не до вопросов тут. Они миновали несколько дворов, срывая бельевые веревки и ломая по пути кусты. Скорость Андрей не сбрасывал. Перепуганные собаки провожали машину истерическим лаем. Прохожие разбегались кто куда. Повалив фанерный щит с объявлениями, и снеся молодое деревце на тротуаре, «БМВ» выскочило на относительно безлюдную улицу. Что-то громко треснуло под колесами. Машину подбросило вверх.

– Передний бампер потеряли, – предположил Бандура. – Но стопроцентной уверенности у него не было. – И переехали, блин.

Улица шла с сильным уклоном. Андрей продолжал давить на газ. «БМВ» входило в следующие один за другим повороты, завывая шинами и выдавая такие крены, что волосы на голове встали дыбом. Кристина то и дело валилась на Андрея, безжизненная, будто скоп соломы. Затем центробежные силы отбрасывали ее обратно к двери.

– Сбрось! – задыхаясь, прохрипел Бонифацкий, когда впереди показалась многолюдная улица Фрунзе. – Сбрось, слышишь?! Убьемся все, мать твою!

– Бандура никак не реагировал.

– Андрюша! – Аня ухватила его за плечо. – Андрюша!? Тише. Слышишь меня? Оторвались, слава Богу.

Андрей выжал сцепление, какое-то время они летели вперед по инерции, потом он поставил ногу на педаль тормоза.

– Оторвались, – повторила Аня. Уже спокойнее. – Я тебе кричала. Одна из «Волг» этих мудаков в грузовик залепилась. Почти вся под кузов ушла.

– Парень, – отдуваясь, заговорил Бонифацкий. – Ты молодцом. Если что, – давай ко мне. В Крым. Водителем. Беру сразу с закрытыми глазами. «Пятихатка» в месяц, плюс, как бонус, – квартира на шару. До моря пять минут ползком…

Андрей остановился перед очередным светофором. Дали зеленый, и они выехали на Фрунзе.

– Едем Подол, Андрюша. Только потихоньку, милый. – Анна подалась вперед и импульсивно поцеловала Андрея в щеку. – И, спасибо тебе!

Они двинулись тенистыми подольскими улицами, напоминающими старую Одессу, как одна рука другую. Казалось, между кронами деревьев вот-вот проглянет море.

Кристина сидела молча, безразличная ко всему на свете. Погоня вогнала ее в транс, выход из которого пока не наблюдался.

– Давай на Набережно-Крещатикскую.

– Куда? – не понял Андрей, чувствовавший себя в хитросплетениях киевских улиц ничуть не лучше, чем, скажем, в Мехико, Токио или Нью-Йорке.

– Города не знаешь? – добродушно осведомился Бонифацкий. Уже взял себя в руки. По крайней мере, вернул на место вальяжный голос и совершенно непринужденный вид. С улыбочкой.

– Да я тут всего неделю, – сознался Андрей, полагая, что сделал для всей троицы достаточно, чтобы теперь не унижаться, корча из себя коренного киевлянина.

– Ты только неделю работаешь у Олега Петровича? – изумилась Анна. «Хорошенькой защитой меня дяденька снабжает. Вот спасибо…»

– Да, – кивнул Андрей простодушно. – Мой отец в Афгане с Правиловым служил. Вот и отправил меня… к однополчанину. – Андрей запнулся на полуслове. Очень хотел пару матерных выражений добавить, но в конце концов не решился. Поди знай, какой длины уши растут из головы Олега Петровича?

– Ну так тем более, – оживился Бонифацкий. – Чего тебе за этот Киев держаться? Крым есть Крым.

– Притормози-ка здесь, Андрюшенька, – Анна указала на тротуар, где между «Ауди» и «Мерседесом» образовалось очень привлекательное парковочное местечко. В тени развесистого старого клена-великана. Бандура подчинился. Вклинился в три метра свободного пространства с первого раза – как нож в масло загнал.

– Прямо живой «Парк-троник» – похвалил Андрея Бонифацкий.

– Какой «Парк-троник»?

– Узнаешь, если в Крым со мной отправишься. Мы по ЮБК на дерьме не колесим. Ну так как? Едешь?

– Ты же нас всех забираешь? – Переспросила Анна. Было не понять, шутит она, или говорит серьезно. – Андрюшу, меня, Криську, Василия Васильевича, наконец?

– Ну, – озадаченно протянул Боник и почесал висок. Глаза его стали хитрее обычного. – Может, Василия Васильевича тут оставим?..

– Кристя? – Анна попробовала растормошить подругу. – Кристя?!

Кристина сидела, словно большая «Барби». Ничего не выражающие стеклянные глаза, абсолютно неподвижное лицо. Анна помахала ладошкой под самым носом кумы. Безрезультатно.