– Это что же, выходит они как люди, то же оберегают свои земли? И границы своей территории знают? Возможно ли такое?
– Я и сам в непонятках, мне пока что ничего не известно точно. Одни предположения, и слова Милха, отец которого всю свою жизнь посвятил изучению ерликов, их повадок и вообще всего, что касается жизни птиц. Но пока он прав, отец Милха я имею в виду. Ни одна птица не залетела сюда, они каким-то образом чувствуют присутствие птиц здесь, даже не смотря на то, что это птенцы всего лишь. И я молю бога, чтобы так и было, ведь мы противопоставить ерликам ничего не можем. Нет у нас такого оружия, чтобы мы могли справиться с ними. А нам очень нужна эта территория. Мы, только придя сюда, уже нашли такой ценный продукт как соль. А я надеюсь найти здесь немало интересного. В смысле полезности для нас, одни деревья чего стоят, плоды на них вскоре поспеют, представляешь. Да и кроме них тут много чего, на мой взгляд, можно найти еще, например полезные ископаемые, я немного в этом разбираюсь и почему-то уверен, что они тут, по всей видимости, должны быть. Эта горная гряда очень старая и от этого много горных пород просто-напросто превратились в щебень, в небольшие камни. Вот среди этих полуразрушенных временем пород и можно поискать что-то нам полезное, а для этого нам нужна безопасность. И я надеюсь с помощью вот этих птичек ее нам обеспечить.
– У тебя друг мой планы наполеоновские, но боюсь, что тебе одному не вытянуть. И тут ты хочешь сделать что-то и там ты хочешь успеть. Не надорвешься?
– Я думаю, что мне сейчас будет легче. Ты же не откажешься мне помогать?
– А что я могу? Чем я помогу? Разговорами только разве тебя развлекать. Мои знания английского языка и умение рассказывать туристам о достопримечательностях посещаемых мест здесь не нужны никому и даже тебе они не нужны.
– Это ты зря. Знаний у тебя много, взять хотя бы хозяйственные вопросы. Ты умеешь готовить, знаешь, как сохранить продукты, умеешь шить. Ведь умеешь?
– Ну, в общем-то, да, готовить я любила, и консервировала кое-какие овощи. Это так. Но что-то я не видела, даже когда была на материке, особых разносолов, на столе. Как-то все бедненько здесь, хлеб в виде лепешек, маслины, виноград, чаще сушеный. Бобы постоянно в разных вариациях, иногда мясные блюда, но редко. Пьют здесь или молоко или виноградное вино разбавленное водой. Овощей очень мало и масло тоже почти не появлялось на столе. Оливковое масло еще применялось при приготовлении, а сливочное масло…, почти не было. Не знаю, может, это в нашей семье так было. Я как поняла, все, что делалось в этой семье, все шло на продажу, на стол попадали или уже почти испорченные продукты или те, что на рынке невозможно продать. Ведь вся семья занималась торговлей, покупали что-то в одном месте, продавали в другом месте. Спекулянты короче.
– Ты не права, по-здешнему это купец или по-нашему, предприниматель. Торговля – двигатель прогресса, и плохо, что мы не сможем торговать с материком, правда, нам пока и не до этого. Нам бы накормить людей, запасы сделать, вот что является нашей первоочередной задачей. Но чтобы это претворить в жизнь надо будет очень много сделать. Хорошо, что мы почти всех мужчин сохранили в последнем заплыве с материка. Хоть какая-то рабочая сила появилась. Я и сам здесь считай новичок, но я, как и ты, оба мы новички со знаниями, и нам с тобой будет просто стыдно, если не сможем применить эти знания в дело. Мешать, я думаю, нам никто не будет, мы в изоляции и врагов здесь у нас не предвидится, ну разве только ерлики станут заклятыми врагами. Но люди как-то умудрялись сосуществовать с ними на протяжении веков и ничего, живут, плодятся, и процветают. Даже здесь умудряются выживать.
– Семес – отвлек от нашей с Лизой беседы голос моего брата – а у них уже на крыльях появляются перья. – Он так и оставался в гнезде рядом с птенцами, осматривая и поглаживая тела. – Если перья вырастут то они, наверное, захотят вылезти из гнезда. А вдруг упадут в воду? Надо с ними постоянно кому-то быть иначе они сами себя погубят.
– Ты прав, может такое быть. Так что ты предлагаешь?
– Можно я с ними всегда тут буду. Я уже знаю, как и чем их кормить. Семес, а когда можно на них будет полетать, ты же мне говорил что такое возможно?
– Не знаю если честно. Помню, что шесть лет до того момента как они смогут иметь свою семью должно пройти. Милх, говорил, что уже перед дождливым Ра они вместе с родителями летят на материк, чтобы принять участие в охоте. Это значит что примерно через триа ра-тасси (три месяца) птенцы уже должны полететь. Не знаю, как у них получится в этот раз, учить летать некому, да и нам их отпускать одних не с руки. Тут пока много чего не понятного. Будем учиться сами и как-то их учить, и летать, и дружить с людьми, а потом приучим к наезднику, может быть….
* * *
Только к концу следующего дня появились во главе с Ротаной Фетрос и девочки. Мы к этому времени сумели расчистить место стоянки плота, срубив при этом, пять деревьев. Жалко было их рубить, так как и на местной яблоне, и на еловидном дереве были плоды. Собрали и те и другие, яблоки были еще неспелые, но нам они показались очень вкусными еще в первое свое посещение этого сада. Попробовали покормить кусочками фруктов и птенцов. Все-таки, этим прожорам надо, по всей видимости, что-то мясное или рыбное, фрукты они не стали есть.
Несколько кустов кустарника я вырубил с помощью топора из земли вместе с корнями, решив посадить их в поселении. В надежде, что они там приживутся. Небольшие завязи недозрелых красноватых плодов на них подвигли меня к подобному эксперименту, пусть я и не знал еще, что за плоды будут на этих кустах. Невольно в голову пришла мысль, что мы сможем какое-то количество деловой древесины поиметь из этого заповедника.
А что? Проредить заросли и сделать из этих джунглей ухоженный сад – это будет только во благо плодовым деревьям. Можно будет и саженцы пересадить к будущему водоему. Эх, блин и развернусь же я тут! Будет не голый остров, а цветущий и благодатный рай….
Получившаяся в результате полянка сразу же привлекла внимание и химер. Они и так, не отрываясь, смотрели своими плошками на все, что мы тут делаем с большим любопытством, а тут еще решили опробовать новое лежбище и в результате повредили наш плот.
– Вот ведь свиньи, обязательно надо было лезть сюда, мы же вам оставили ваше место, чего лезете, спрашивается к нам. – Мое возмущение было бесполезным, никто и не подумал что это сделано не для них.
– Может, как и обычных свиней заманить едой на старое их место? Фрукты все мы же не съедим, да и шишки какие-то незрелые. Их тоже можно там складировать, – предложила Лиза – а вдруг получится, причем не все сразу скормить, а понемногу добавлять и они привыкнут, что там им дают лакомство, зато сюда не станут лезть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
