может зайти.
— Босс, — сказала Кэти. У тебя глаза кровоточат.
Я поднёс руку к лицу и пальцы оказались в крови. Я видел кровь, но не чувствовал её. Кэти протянула мне носовой платок, я вытирал лицо, пока кровотечение не остановилось.
Кровавые слёзы — плохой знак. Я не мог продолжать, и так использовать свой дар. Это убивало меня дюйм за дюймом. Я протянул Кэти её носовой платок, но она посмотрела на кровавое ассорти и быстро покачала головой.
Я спрятал платок во внутренний карман. Это не та вещь, которую следует оставить валяться где попало, на Тёмной Стороне.
С помощью чужой крови можно достичь многого, и не в хорошем смысле. Когда я снова взглянул на Кэти, она смотрела на меня так, словно уже покупала венок.
— Босс, — сказала Кэти. Что с вами происходит? Вы паршиво выглядите. Выглядите, как подтаявшая и затвердевшая смерть.
— Это всё дар, — сказал я так уверенно, как только мог. Когда вы слишком часто ходите к колодцу, то вместо воды получаете кровь. Я продержусь. Мне по прежнему нужно кое-что сделать.
— Нам нужно вернуть тебя в “Странные Парни”, - заявила Кэти. У Алекса есть то, что поможет тебе прийти в себя.
— Нет. Я думаю, я вышел за рамки того, с чем Алекс может мне помочь. Это не имеет значения. Нам нужно попасть в Церковь Святого Иуды. Это вероятная отправная точка. Тебе не обязательно идти со мной, Кэти.
— Да, я знаю, — твёрдо сказала она, но будь я проклята, если позволю кому-либо вмешаться в подготовку к завтрашней свадьбе. Ты обещал, что я буду подружкой невесты, и я это ценю. Она остановилась и задумчиво посмотрела на меня. Как ты думаешь… Повелитель Терний будет там?
— Я на это рассчитываю, — сказал я. Он — единственное оружие, которое у меня осталось.
ДЕСЯТЬ
Истины и последствия
Церковь Святого Иуды по-прежнему остаётся единственной истинной церковью на Тёмной Стороне, запрятанная в районе, куда никто не ходит, далеко — далеко от Улицы Богов. Потому что Церковь Святого Иуды — Истинная Церковь.
Это всего лишь старое, холодное каменное строение, построенное так давно, что никто не помнит когда, с безликими серыми стенами, не отмеченными ни временем, ни погодой, ни замыслами человека.
Ни башни, ни колокола, ни распятия над входом, несколько щелевидных окон тут и там и один узкий дверной проём. Церковь Святого Иуды трудно найти и не менее трудно в её попасть.
Это Церковь, где вы можете напрямую обратиться к богу и рассчитывать, что он вас услышит. И, что ещё более тревожно, вы можете получить ответ. Мечты могут сбываться, и чудеса могут происходить. Поэтому будьте очень осторожны в своих желаниях.
Я попросил Кэти припарковать MINI Cooper на некотором расстоянии от Церкви и после того, как она заперла его и активировала защиту, мы оставили машину, и медленно, осторожно, и надеюсь, очень тихо пошли по длинной узкой улице, ведущей к Церкви. Церковь Святого Иуды стояла мрачная и одинокая в лунном свете.
Вокруг больше никого не было, и даже вездесущий рёв уличного движения казался едва различимым.
Мы как будто попали в совершенно иное место, где все смотрят вниз, стараясь не привлекать внимания. Одно дело молиться Богу, когда ты в беде, и совсем другое — когда Он проявляет к тебе личный интерес.
Церковь Святого Иуды стоит особняком, потому что это в её духе. Она существует в своём собственном маленьком и уединенном мире и так было всегда.
— Ты действительно думаешь, что Король-Солнце не услышит нас? — сказала Кэти. Здесь так тихо, что можно услышать, как мышь думает о том, чтобы пукнуть.
— Зачем облегчать ему задачу? — сказал я. Я дошёл до той стадии, когда воспользуюсь любым доступным преимуществом.
Кэти искоса взглянула на меня.
— Ты веришь во всё это дерьмо о живом боге, босс?
— Не знаю. В своё время я встречал Силы и Повелителей, а также многочисленных богов и демонов, но Король-Солнце… это нечто иное.
Когда он говорит, что хочет изменить мир, он не метафоричен. Посмотри, как легко он настроил против меня всю Тёмную Сторону. Даже моя мать не смогла этого сделать во время Войны Лилит, а ведь она — Библейский Миф.
Пока мы приближались к Церкви Святого Иуды, отслеживая любой звук, и всё иное, старожась Короля-Солнце, я по прежнему внимательно следил за Кэти.
Если бы она собиралась предать меня, это было бы идеальное время и место. Я не хотел в это верить, даже не хотел об этом думать, но после того, как Сьюзи…
Я уже и не знал, чему верить. Но на протяжении всего пути, следуя по узкой дороге, вплоть до самой Церкви, Кэти ничего не говорила, ничего не делала, только держалась рядом со мной, готовая ко всему.
Мне стало стыдно, что я усомнился в ней. Она всегда была лучше меня.
Мы остановились в нескольких ярдах и осмотрелись. Церковь Святого Иуды выглядела солидно и неумолимо, как и всегда, древняя и непоколебимая, нечто, чему можно доверять и во что можно верить.
Не ради милосердия или сострадания и даже не ради справедливости, нет, Церковь здесь ради Истины. Потому Церковь Святого Иуды остаётся единственной константой в постоянно меняющемся мире.
— Какого… ты вдруг улыбаешься? — сказала Кэти. Если здесь и есть что-то смешное, то я это пропустила. Всё это место пугает меня.
— Церковь Святого Иуды, — сказал я. Святой покровитель безнадёжных дел. Как это уместно.
— Вы странный, босс.
Сквозь щелевидные окна Древней Церкви пробивался странный свет, суровый, неумолимый, прорезающий окружающий мрак, словно нож.
Из открытой двери исходил ещё более яростный свет, оттесняя ночь, подобно бликам из открытой печи. Достаточно было взглянуть на свет, чтобы понять, что он не от мира сего. Это был свет Снаружи, свет видимый с другой стороны.
— Повелитель Терний должен быть здесь. Разве не так? — обеспокоенно спросила Кэти. Он ни за что не позволил бы никому злоупотреблять Церковью.
— Я и сам сделал ставку на то, что он здесь, — признался я. Он один из самых больших Авторитетов в этом деле, о которых мне известно. Но взгляни на это место.
Я не могу представить, чтобы Повелитель Терний мирился с этим… Но с другой стороны, я также не вижу, чтобы Король-Солнце оказался достаточно силён, чтобы изгнать Повелителя Терний.
— Итак, насколько могуществен Король-Солнце, босс?
— Он настолько могущественен, насколько это необходимо Сущностям Запределья, — сказал я. И они… они начинают меня беспокоить.
— Повелитель Терний всегда беспокоил
