О причинах поражения неаполитанцев и бегстве короля на Сицилию российский посланник в Турции В. С. Томара доносил в Петербург: «Победою лорда Нельсона возме ггали король и министры неаполитанские и предприняли прежде времени… выступить в области церковные. Сей безрассудный поступок может причинить великие несчастия и пагубу всей Италии».
23 декабря 1798 года английская эскадра покинула неаполитанский порт, взяв курс к берегам Сицилии. Туда, в Палермо, Фердинанд решил временно перенести свою столицу. Пока Фердинанд находился под охраной британского флота, за свою безопасность на Сицилии он мог быть спокойным.
Переход был тяжелым. В море эскадру застиг жесточайший шторм. Сорвало паруса и пришлось крепить штормовые. Нельсон не покидал шканцев. Фердинанд с Марией Каролиной все время стояли на коленях, молясь о спасении своих жизней. Сэр Гамильтон лежал на койке с заряженным пистолетом, считая, что в случае кораблекрушения лучше сразу застрелиться, чем мучительно захлебываться водой.
Едва закончился шторм, как королевскую семью постигло новое горе: умер шестилетний принц Альберт, сын короля Фердинанда.
В палермскую гавань «Вэнгард» входил с приспущенным флагом. С берега палили пушки. Лил проливной дождь. Собравшиеся сицилийцы мрачно глядели на прибытие своего незадачливого монарха, не предвидя для себя ничего хорошего.
В этот же день французские войска заняли Неаполь. Неаполитанские солдаты почти без боя сложили оружие. Генерал Макк безропотно отдал свою шпагу генералу Шампинье и был отпущен на родину. Одновременно в городе вспыхнуло восстание бедноты, в ходе которого были убиты несколько королевских вельмож.
Едва беглецы из Неаполя сошли на сицилийский берег, как начались проблемы. Палермский королевский дворец оказался в запущенном состоянии, так как там давно никто не жил. Придворных расселяли по частным квартирам и монастырям. Цены на жилье мгновенно возросли в несколько раз. Гамильтонам отвели расположенное недалеко от дворца палаццо Палагония, служившее летней королевской резиденцией. Разумеется, там сразу же объявился и Нельсон. Сэр Уильям, у которого обострились боли в желчном пузыре, ворчал:
– Здесь все в гобеленах и отделано мрамором, но нет ни одной печи или камина! Я не смогу прожить здесь и нескольких дней!
– Это дело поправимое! – ответил Нельсон и вызвал с кораблей матросов.
Те ловко взломали мраморные стены, пробили потолки и сложили из кирпича несколько печей. Печи нещадно дымили, но сразу стало теплее.
Сэру Гамильтону в соответствии с его должностью пришлось заниматься размещением прибывших на кораблях многочисленных английских подданных. Кое-как он это дело уладил. Англичан сицилийцы приняли если не с радостью, то вполне спокойно – союзники все-таки! Хуже пришлось толпе французских аристократов, бежавших в свое время из Франции и нашедших пристанище у Марии Каролины. Видя в них источник всех своих бед, палермцы наотрез отказались принимать французов у себя. Их судьбой пришлось заниматься Нельсону, и эмигранты были переправлены в австрийский Триест.
Основной обязанностью Эммы Гамильтон были ежедневные посещения королевы во дворце, во время которых обе горько плакали над постигшей их бедой.
Тем временем французы разгромили остатки неаполитанской армии и на руинах Королевства обеих Сицилий образовали марионеточную Партенопейскую республику. Наместнику Пиньятелли осталось лишь подписать капитуляцию и уплатить установленную контрибуцию.
Узнав об исчезновении с политической карты мира своего королевства, Фердинанд нисколько не опечалился. На Сицилии была прекрасная охота, и король как ни в чем не бывало занялся любимым делом – стрелял кабанов и свежевал их туши. Зато большую активность проявила Мария Каролина.
– Если союзники оставили нас в беде, то нам следует обратиться за помощью к русским! – заявила она Нельсону при очередной встрече.
Все возражения на сей счет королева отвергла и настоятельно попросила отправить фрегат на Корфу к адмиралу Ушакову с просьбой о помощи. Исчерпав все доводы, Нельсон согласился. Вскоре фрегат был послан, для переговоров на нем отправился министр королевского двора Антоний Мишеру. С собой министр вез письмо Нельсона Ушакову: «Его Сицилийское Величество послал письма и доверенную особу, чтобы говорить лично с Вашим Превосходительством о нынешнем состоянии дел в этой стране, с просьбой направить часть Вашего флота к Мессине для оказания помощи этому королевству, чтобы предотвратить переход его в руки французов… Я буду просить Вас только об одной очень большой услуге, которую Вы можете оказать общему делу, в частности Его Сицилийскому Величеству, а именно послать столько кораблей и войск, сколько будет возможно».
Как изменился тон этого письма по сравнению с первым!
* * *
Когда Ушаков срывал печати с переданного ему конверта, пушки его кораблей еще не успели остыть от бомбардировки Корфу, к тому же на отправку эскадры в Италию у него не было полномочий. Однако бросить в беде союзников Ушаков тоже не мог, а потому на свой страх и риск отправил к берегам Бриндизи отряд капитана 1-го ранга Александра Сорокина с приказанием атаковать французов. С Сорокиным отправился в поход и министр Мишеру.
Сэр Уильям Сидней Смит (1764–1840) – английский адмирал. Герой обороны Акры и недоброжелатель Нельсона.
Действуя быстро и решительно, Сорокин за короткое время освободил несколько городов. В Барлетто был высажен десант капитан-лейтенанта Григория Белли, который двинулся маршем к городу Фоджа. После его взятия отряд поспешил к Неаполю на соединение с войсками кардинала Руффо, который еще оказывал сопротивление французам. Вскоре союзники уже подходили к Неаполю.
Как мы видим, пока Нельсон отдыхал с Гамильтонами на Сицилии, война не прекратилась. Отсутствие на морских коммуникациях адмирала с целой боевой эскадрой вызвало законное возмущение других британских флотоводцев, тем более что сил для поддержания блокады всего захваченного французами побережья стало явно не хватать.
В этих условиях энергичный капитан Сидней Смит, отвечавший за район Средиземного моря в районе Сицилии, видя, что от Нельсона нет никакого проку, решил для пользы дела подчинить себе несколько нельсоновских кораблей, которые уже немало времени бесполезно отстаивались в гаванях. Нельсон оскорбился и написал гневную жалобу графу Сент-Винсенту: «Я действительно чувствую, ибо я живой человек, что для меня невозможно служить в этих морях, когда здесь будет эскадра под командованием младшего офицера. Могли я ожидать этого, и еще от кого, от графа Спенсера! Нужно ли это терпеть? Очень прошу Вас, позвольте мне уйти в отставку. Надеюсь, Вы разрешите команде "Вэнгарда" доставить в Англию меня и моих друзей, сэра Уильяма Гамильтона и его супругу».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
