Помещение с тяжелой резной мебелью напоминало тронный зал, чего, как подозревала Мередит, и добивался дед, когда заказывал обстановку полвека назад. Иногда она не могла решить, впечатляюща ли эта комната или попросту уродлива, но каждый раз, переступая порог, она будто переносилась на машине времени на много веков назад. Однако сегодня утром ее мысли были весьма далеки от исторических сравнений.
— Доброе утро, джентльмены, — поздоровалась она с жизнерадостной дежурной улыбкой при виде двенадцати строго одетых мужчин, имеющих власть принять или отвергнуть ее предложение.
За исключением Паркера, который искренне улыбнулся ей в ответ, и старого Сайруса Фортелла, окинувшего ее похотливым взглядом, хор ответных вежливых приветствий прозвучал крайне сдержанно, отчасти от сознания собственной власти, отчасти благодаря тому простому факту, что Мередит постоянно убеждала и уговаривала их вложить прибыли «Бенкрофт»в расширение сети, вместо того чтобы выплачивать держателям акций, включая их самих, большие дивиденды. Однако больше всего они были холодны потому, что Мередит представляла собой загадку, и они не понимали, как с ней обращаться. Хотя она была исполнительным вице-президентом, но не входила в совет директоров, и, следовательно, они стояли выше по рангу. С другой стороны, она была прямым потомком основателя компании и имела право на подобающие ей почтение и уважение. Однако собственный отец, президент компании, относился к ней с холодной терпимостью, но только и всего. Ни для кого не было секретом, что он вообще не желал видеть дочь ни в какой должности, но все видели также, какой успех имеют все ее начинания и насколько велик ее вклад в процветание фирмы. В результате этого члены совета директоров, как всякие сделавшие успешную карьеру, уверенные в себе мужчины в подобной ситуации, становились раздражительными и нервничали, поддавшись нерешительности. Сознавая, что именно Мередит была причиной всех неприятных ощущений, они очень часто относились к ней с ничем не оправданной враждебностью.
Мередит понимала все это, но не позволяла их недовольным физиономиям сбить себя с толку. Заняв место в конце стола, где был установлен проектор, она ожидала разрешения отца начинать.
— Поскольку Мередит здесь, — объявил он тоном, ясно позволяющим предположить, что из-за ее опоздания совещание задерживается, — думаю, можно переходить к делу.
Мередит краем уха слушала, как зачитывают протокол предыдущего совещания, но внимание ее было устремлено на архитектурный макет магазина в Хаустоне, привезенный Филлис. Глядя на великолепное здание в испанском стиле, она почувствовала, как улучшается настроение и растет уверенность в себе. Участок был идеальным местом для новой сети магазинов «Бенкрофт», и близость к «Гелерии» обеспечит успех, как только новый универмаг откроет двери.
Когда протокол был зачитан и принят, Нолан Уилдер, председатель совета, официально объявил, что Мередит собирается представить окончательную смету и проект хаустонского магазина на одобрение директоров.
Двенадцать идеально причесанных мужских голов повернулись к девушке.
— Джентльмены, — начала она, подходя к проектору, — надеюсь, все успели как следует рассмотреть макет?
Десять человек кивнули, отец бросил взгляд в сторону макета, но Паркер спокойно рассматривал невесту с полугорделивой, полунедоуменной улыбкой, которая всегда появлялась на его губах, когда он видел Мередит за работой, словно не мог представить, каким образом и почему она настаивает на том, чтобы заниматься этим. Правда, Паркер был явно доволен ее успехами. Его положение банкира Бенкрофтов давало ему право на место в совете директоров, но Мередит знала, что не может всегда рассчитывать на его поддержку. Он был крайне независим и беспристрастен, и Мередит уважала его за это.
— Мы уже обсуждали большую часть сметных цифр, — сказала Мередит, потянувшись к выключателю. — Так что я попытаюсь закончить показ этих слайдов как можно быстрее.
Она нажала кнопку на дистанционном управлении проектора, и первый слайд с цифрами приблизительной стоимости нового магазина скользнул на место.
— Как мы решили, универмаг в Хаустоне должен иметь площадь около трехсот тысяч квадратных футов. Приблизительная сметная стоимость — тридцать два миллиона долларов, что включает в себя здание, арматуру, сантехнику, автостоянку, освещение — словом, все. Земля, которую мы намереваемся приобрести у «Торп девелопмент», обойдется еще от двадцати до двадцати трех миллионов, в зависимости от исхода наших переговоров с ними. Кроме того, необходимо еще двадцать миллионов на Мебель и обстановку.
— То есть максимум семьдесят пять миллионов, — перебил один из директоров, — но вы просите нас утвердить расходы в семьдесят семь.
— Остальные два — на покрытие организационных расходов, — пояснила Мередит, — то есть грандиозную церемонию открытия, рекламу и так далее.
Она нажала кнопку, и на экране появился следующий слайд с гораздо более высокими цифрами.
— Здесь показаны расходы на готовый комплекс. Как вы знаете, я выступаю за строительство не только магазина, но и всего комплекса зданий. Дополнительная стоимость — пятьдесят два миллиона, но мы все вернем, сдавая остальные торговые точки другим владельцам.
— Вернем, но не сразу, как ты считаешь, Мередит, — раздраженно заметил отец.
— Разве я так предполагала? — вежливо удивилась Мередит, отлично зная, что ничего подобного не высказывала. Улыбнувшись Филипу, она позволила себе всего несколькими минутами напряженного молчания упрекнуть его за несправедливость и нетерпение. Это был самый эффективный способ дать ему понять, как он резок и неразумен. Но тем не менее его голос звучал сухо, сдержанно, как это часто бывало с того дня, когда случился сердечный приступ, и Мередит подавила острый укол тревоги.
— Мы ждем, — предупредил Филип. Спокойным, рассудительным тоном Мередит продолжала;
— По мнению некоторых из вас, следует повременить со строительством комплекса, но я считаю, что есть серьезные причины, почему все должно создаваться одновременно.
— И каковы же эти причины? — осведомился другой член совета, наполняя стакан водой со льдом.
— Прежде всего придется платить за всю землю, независимо от того, будем ли мы ее застраивать или нет. Если строить все сразу, мы сэкономим несколько миллионов долларов на проектировании, потому что достраивать потом обойдется гораздо дороже, как известно. Кроме того, цены на материалы и постройку будут подниматься по мере того, как экономический подъем в Хаустоне будет расти. Кроме того, арендаторы помогут увеличить поток посетителей. Есть еще вопросы?
