— соглашается Мастер как–то даже заинтересованно.
— Простите, я же не зря сюда шёл, — заявляю с нескрываемой иронией, приподнимая тяжёлую голову.
Сквозь красную пелену и пульсирующую тьму, я вижу лицо Агнессы. Она стоит справа от Мастера. Её прекрасные аквамариновые глаза расширены, по щеке уже протянулась до самого подбородка слеза. По её виду понятно, что она, по крайней мере, расстроена. Но до боли ясно, что она, скорее всего, даже не поняла, кого перед собой увидела. А точнее не поверила.
Иначе почему же ты молчишь, любовь моя.
Как же это странно. Всё это…
Неимоверными усилиями, поднимаюсь на ноги и выпрямляю спину. Твою дивизию, сколько подо мной крови. Да и хрен с ней.
Сказать успею.
Позади уже подпирает побитая гвардия. Шипят мне в спину. Некоторые удивляются, другие ахают, как я на ногах стою.
Стою, товарищи столичные офицеры. Сдохну, стоя.
И говорю из последних сил, но в голосе нет боли. Слова полились, как песня.
— Я обращаюсь к вам, Григорий Ефимович с признанием вины. Дело в том, что это я испортил кольцо Агнессы, выпив весь эрений. Сам не знаю, как вышло, но это факт. Воспользовался тем, что она потеряла сознание, надел её кольцо себе и решил поиграть в мехавода в бою вместо неё. Когда понял, что кольцо погасло, стало уже поздно. Я полностью признаю свою вину и прошу вернуть её в строй меха–гвардии. Потому что без неё вам всем рано или поздно будет крышка. Доклад закончил, товарищ советник.
Выдохнул. Мастер молчит, изучающе смотрит своими жуткими зенками. Все прочие тоже языки прикусили, ждут чего–то.
Шатает меня… Стой, Сабуров.
Высокий всё–таки этот советник, на полголовы выше меня, больше двух метров ростом.
— Так это всё, князь? — Выдал вдруг Мастер с нажимом.
— Нет, Григорий Ефимович. Хочу ещё кое–что сделать, дабы исчерпать её вину полностью, — отвечаю с надеждой, не отрывая взгляда от Агнессы, которую теперь охватил настоящий ужас.
— Как интересно, — усмехнулся хищно Распутин и жестом властным махнул: — Прошу вас.
Когда я потянулся в карман, вновь залязгали сабли. А из–за спины властителя показались уже люди с винтовками. Но Мастер выставил огромную ладонь вперёд, останавливая своих бойцов.
Вынув коробочку с кольцом, я осознал, что всё должно было быть не так. Не так, как хотел. И если мне суждено умереть в скором времени, я должен это знать.
Знать, что Агнесса приняла моё предложение руки и сердца.
Поэтому делаю два тяжёлых шага к ней под пристальным взором бойцов и опускаюсь на одно колено.
Протягиваю вперёд коробку уцелевшей рукой. И большим пальцем подцепляя крышку, раскрываю наше самодельное кольцо с пятью частицами эрения.
От озарившего людей пурпурного света, ахают все. У меня и у самого сердце замирает. Я будто силу магическую высвободил на обозрение тех, кто никогда не сможет вкусить этой силы.
Мастер чуть пошатнулся. Небесная схватилась за голову, а Агнесса зажала ладонью рот, прерывая собственный крик.
Но у меня нет времени больше, поэтому спешу произнести:
— Агнесса, я люблю тебя и предлагаю свою руку и сердце. Что бы ни случилось, я хочу знать твой ответ. Согласна ли ты стать моей супругой?
Наступает гробовая тишина. Со всех сторон ни звука, ветер гуляет, словно по пустынному берегу. Вытекает моя кровь, холодеет тело. Но сердце греет надежда, обрести напоследок нечто выше всего этого.
Ибо я ни дня, ни часа, ни минуты не забывал о том, как мы вместе летали над облаками. Как ты заключила меня в объятия, спасая, когда с жизнью распрощался. Ты видишь меня… По–своему, и любишь, быть может по–своему.
Мастер склоняется к моей возлюбленной и шепчет наставническим тоном:
— Посмотри на него, что ты видишь?
Лик Агнессы дрогнул, посыпались слёзы.
— Я вижу… зверя, — отвечает она на выдохе и отворачивается от меня.
— Я полагаю, её ответ «нет», господин Сабуров, — комментирует Мастер с иронией.
Не могу поверить в происходящее. В груди обрывается сердце. И летит разбиваться в дребезги. Оно сразу поверило. Это ум ещё не верит.
— Агни⁈ — Вырывается из меня сиплое. — Агни? Это же я…
Мой бесцветный голос тускнеет вместе с огнём в моей груди. Она не могла так сказать. Почему…
— Поздно, Сабуров, — бросает Мастер с цинизмом. — Агнесса Николаевна, наследница княжества Голицыных, уже приняла предложение принца Британии стать его супругой.
Что⁈
Будто в доказательство, выходит из–за моей спины этот взмыленный, чистенький хлыст Уильям, берёт её под послушную руку и уводит из поля зрения, успев бросить на меня торжествующий взгляд.
Силы вытекают из меня, падаю на второе колено. А Мастер ловким движением забирает у меня коробку рукой, облачённой в белую тканевую перчатку.
— Надо же, выжил Надзиратель, — комментирует он искривлённым тоном,рассматривая кольцо, которое держит длинными пальцами на весу перед горящими жуткими глазами.
Переводит торжествующий взгляд на меня. И добавляет:
— Поздно князь, планы изменились. Но надо отдать тебе должное, удивил меня, когда уже не ждал. А ты, полковник, что скажешь?
— Мы нашли Красного медведя в именье села Слюдянка, которое недавно приобрёл господин Сабуров, — докладывает Татищев с заметным волнением. — Полагаю, преступник прибыл на мехаре и на ходу сел в поезд перед прибытием в Иркутск.
— Ооо, — протянул Мастер злорадно. — И гибрид, наконец, нашёлся. Поистине триумф для нашего общего дела.
— Но с мехаром есть проблема, — протянул с дрожью в голосе Татищев.
— Что⁈ — Прогремел Мастер, когда я уже завалился вновь на бок, и меня забила дрожь.
Медведя нашли? Да подавитесь. Мне уже всё равно.
— Пилот с четырьмя частицами эрения не смог его активировать, — слышу голос Татищева. — Похоже, Сабуров вёл его с пятью.
— Агнессу сюда, — прошипел Мастер.
— Она
