Король Горы твердо стоял на ногах, а его пальто развевалось на ветру. На тощей шее вздулись вены, а взгляд с яростной решимостью был направлен на Нью.
«О боже, — подумал Нью. — Я бы так и ехал вниз, прямо до Лоджии. Это был не сон… это был совсем не сон…»
Он открыл дверь и начал вылезать из пикапа.
И тут, выскочив на освещенное пространство, на Короля Горы со стороны его слепого глаза напала черная тень.
— Берегись! — закричал Нью.
Но было поздно. Старик почувствовал движение и попытался обернуться, однако черная пантера была уже на нем.
Она вцепилась когтями в плечо и повалила Короля Горы на землю. Его трость пролетела мимо Нью и упала в грязь. Жадная Утроба впилась в шею Короля Горы сзади. Глаза монстра сверкали в свете фар, как две луны.
Нью выпрыгнул из грузовика. Старик кричал, а Жадная Утроба рвала ему спину. В воздух летели брызги крови. Нью оглянулся в поисках оружия — палки, камня, да хоть чего-нибудь — и в нескольких футах от себя увидел сучковатый посох. Когда Нью поднял палку, его словно током ударило. Он побежал к пантере, которая отпустила Короля Горы и поднялась на задние лапы. Змеиный хвост угрожающе шелестел по земле.
Нью сделал ложный выпад, Жадная Утроба прыгнула на него и промахнулась. Нью отскочил в сторону и изо всех сил стукнул Жадную Утробу по треугольному черепу.
Из палки вырвалось синее пламя, раздался такой звук, что у него заложило уши. Он почувствовал запах паленой шерсти.
Жадная Утроба закружилась на месте, хватая когтями пустой воздух. На голове зверя, там, где ударил посох, появилась кровоточащая рана.
По посоху бегали голубые искорки, он жег руку Нью. Не успел мальчик прийти в себя и нанести новый удар, как Жадная Утроба прыгнула в густую листву. Нью слышал, как она ломится через чащу, а затем все стихло.
Когда Майра подошла к сыну, Нью склонился над Королем Горы. Вся спина старика была изранена, а кое-где пантера содрала мясо до костей. Сзади на шее остались глубокие отметины от клыков, которые сильно кровоточили.
— Боже милостивый! — вскрикнула Майра, увидев раны.
Король Горы застонал. Майра не могла поверить, что тот, кого так сильно порвал зверь, еще жив.
— Мама, — властно сказал Нью, — мы должны ему помочь!
Иначе он умрет!
— Мы ничего не можем сделать. С ним все кончено. Послушай, он едва дышит!
Она огляделась, боясь, что пантера вернется, и попятилась от старика.
— В Фокстоне есть клиника, — сказал Нью.
Она покачала головой.
— Он умирает. Невозможно выжить с такими ранами.
Нью выпрямился в полный рост.
— Помоги положить его в кузов пикапа.
— Нет! Я не притронусь к нему!
— Мама! — твердо сказал мальчик. Он хотел, чтобы мать перестала пятиться, готовая вот-вот сорваться и побежать. — Не уходи. — Он сказал это так резко, что женщина вздрогнула.
Майра подчинилась. Она стояла неподвижно, полуоткрыв рот, с блуждающим взглядом. Мать походила на статую, и лишь темные волосы развевались на ветру.
— Помоги мне положить его в кузов грузовика. — Нью опустил борт машины. — Бери его за руки, а я возьму ноги.
Она все еще колебалась.
— Давай, — сказал он и опять услышал и почувствовал в своем голосе ледяную силу.
Майра подняла Короля Горы за туловище, а Нью держал его ноги. Старик был немногим тяжелее большого полена. Вместе они погрузили его в кузов. Майра, которая, казалось, впала в какой-то транс, уставилась на кровь на своих руках.
— Нужны одеяла. Не принесешь из дома пару?
Она моргнула, вытерла руки о бока и покачала головой.
— Нет… не хочу… чтобы мои хорошие одеяла были в крови.
— Иди и принеси! — сказал Нью. — Скорее!
В его зеленых глазах полыхала ярость. Майра хотела еще что-то возразить, но слова застряли в горле. «Одеяла», — подумала она. Внезапно показалось, что принести из хибары одеяла и накрыть ими старика — это ее единственное предназначение. Она не могла думать ни о чем больше. Во всем мире для нее были важны теперь только одеяла.
— Быстрее, — поторопил Нью.
Она побежала.
Нью потер пульсирующую на левом виске, прямо над ухом, жилку. Все его тело напряглось. Он сформировал в своем сознании образ матери, выполняющей его требование. Точно так же мальчик строил сверкающую голубую стену из камней, которая защищала его от Жадной Утробы. После короткой заминки мать подчинилась его мысленным командам.
Он понял, что это другой элемент магии, которая открылась ему в той яме с ножом. Он мысленно командовал матерью, и это было так же просто, как пугать воробьев, зная, что они улетят.
Какая бы магия в нем ни была — белая или черная, — она становилась все сильнее.
«Пантера оторвала бы старику голову, если бы я не напал на нее с палкой», — подумал он.
Нью поднял посох и внимательно осмотрел. От него пахло серой. Что это за палка, выглядевшая как старый сук на краю дороги, но способная извергать огонь?
Настоящее волшебство. В нем была магия, и в Короле Горы тоже. В Жадной Утробе, в Страшиле, да и в Лоджии тоже была магия, но другой природы. Его сон был таким реальным! Если бы его не прервали, мог ли он, как кучер в черном, проехать по длинному мосту на пикапе до самой Лоджии?
Король Горы зашевелился.
— Нью, — хрипло прошептал он. Старик говорил с трудом, его израненная голова лежала в луже крови. — Не… дай им победить… — Его слабый голос сорвался, а единственный глаз стал невидящим.
Прибежала Майра, держа в руках три тонких одеяла.
В сознание мальчика снова проникал шелковый голос. Он шел из ниоткуда и отовсюду и звучал громче, чем когда-либо раньше, более уверенно и с большей настойчивостью.
— Иди домой…
Нью знал, что кто-то из Лоджии пытается им управлять. Точно так же, как он только что с легкостью заставил мать сходить за одеялами.
— Иди домой…
Он взял у Майры одеяла и накрыл ими старика. Ее задание было выполнено, и она освободилась. В полном ошеломлении она попятилась назад. Нью положил палку рядом со стариком и закрыл борт грузовичка.
— Садись в машину, мама. Мы едем вниз.
— С ним… все кончено, Нью. Нет… никакого смысла…
— Садись в машину.
Не говоря ни слова, она повиновалась. Когда Нью сел за руль, Майра уставилась вперед, обхватив себя руками, чтобы согреться. Нью завел мотор и тронулся с места.
— Нью…
В голове Нью то возникал, то угасал этот голос. Мальчик не знал, долго ли он еще сможет сопротивляться искушению. Но в одном был уверен: он открыл в себе новый пласт силы, который даже мощнее, чем предыдущий. Теперь поднимать в воздух ножи казалось ему детской забавой. Он обнаружил, что способен делать то, о чем не мог раньше даже мечтать, и ему это чрезвычайно понравилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
