вот что касается бездомного пса — ах, как это верно!»[783].
Лунь хэн. Ван Чун
«Лунь хэн» («Критические рассуждения») — единственное сохранившееся и дошедшее до нас произведение великого древнекитайского мыслителя, материалиста и просветителя Ван Чуна (27 — ок. 97 г. н. э.). Из «Хоу Хань шу» (Истории младшей династии Хань»), составленной в первой половине V в. историком Фань Е, мы знаем, что Ван Чун был автором ряда трактатов: «Чжэн у» («О правлении»), «Ян син шу» («О воспитании человеческого характера»), «Цзи су шу» («Об обычаях»), «Лю жу лунь» («Рассуждения о шести конфуцианских школах»). Однако все они утрачены. Самым крупным и важным из творений Ван Чуна, несомненно, являлся философский полемический трактат «Лунь хэн», состоящий из тридцати книг, разбитых на 85 глав.
Ван Чун был самым выдающимся ханьским мыслителем, признававшим единство, вечность и материальность мира, выступавшим против конфуцианского культа предков и даосских идей физического бессмертия. Идеи Ван Чуна оказали большое влияние на дальнейшее развитие материализма в Китае. В «Лунь хэне» философские взгляды Ван Чуна нашли свое полное выражение.
Материалистическое мировоззрение Ван Чуна, особенно его учение о «естественности» (цзыжань) — естественно-обусловленном процессе развития вещей и явлений объективного мира, — сыграло большую роль в истории китайской философии. Однако долгое время «Лунь хэн» оставался в тени и должным образом не изучался. В эпоху средневековья творение Ван Чуна подверглось преследованию за критику Конфуция и его учения. Лишь спустя тысячелетие после смерти автора рукопись его труда была обнародована, но вплоть до XX в. издание антиконфуцианского трактата великого вольнодумца древности предпринималось только частными лицами.
Имеется лишь один полный перевод «Лунь хэна» на европейские языки, выполненный немецким синологом Альфредом Форке в начале нашего века. В 1954 г. вышла в свет изданная посмертно монография советского исследователя А. А. Петрова «Ван Чун — древнекитайский материалист и просветитель», в которой был дан перевод ряда глав и отрывков из глав «Лунь хэна», важных для понимания мировоззрения Ван Чуна.
Ниже приводится полный перевод восьми глав из этого трактата, которые в совокупности дают достаточно ясное представление об основных постулатах философской концепции Ван Чуна, стиле его труда и особенностях того «полемического приема», который определил форму всего произведения. Перевод осуществлен по китайскому оригиналу, вошедшему в т. 7 «Чжу цзы цзи-чэн» («Собрание сочинений древнекитайских философов») (Пекин, 1956) и по хрестоматии «Избранные материалы по истории китайской философии (период двух Хань)» (т. 2, Пекин, 1960).
Т. В. Степугина
Книга первая. Глава первая. Удача и успех
Можно всегда проявлять себя достойным образом в поведении и морали, но при этом отнюдь не всегда достигать успехов в служебной карьере. Поведение достойное или недостойное зависит от природных качеств [человека], а выдастся успех или нет — зависит от обстоятельств времени. Ни выдающиеся способности, ни безупречное поведение не в состоянии безусловно обеспечить знатное и высокопоставленное положение. А ничтожные способности и порочное поведение не обязательно обрекают [человека] на презренное и подлое состояние. Бывает, что при выдающихся способностях и безупречном поведении [человеку] так не повезет, что он опустится до самых низов общества, а бывает, что при ничтожных способностях и порочном поведении настолько повезет, что [человек] возвысится над толпой.
Каждая эпоха предъявляет свои требования к служилым людям, а каждый служилый муж идет к цели также своим путем. Но продвижение по службе зависит от счастливого случая, отставка же — от несчастной случайности. Высокопоставленный не обязательно достойный, но [безусловно] везучий, а находящийся в низком положении не обязательно тупой, но [просто] невезучий. Поэтому удачливый, как бы недостойно он себя ни вел, но при дворе [порочного] Цзе и он будет в почете. Неудачник же при самом честном и безупречном поведении даже при дворе [добродетельного] Яо окажется в небрежении.
Так неисповедимы пути удачи и неудачи. Бывает, что достойный служит дурному или высокоталантливый подчиняется бесталанному; случается, что оба высокоталантливы, но один идет честным путем, а другой — порочным; бывает, что [человек] без чести и совести хитрым умением достигает удачи; случается, что человеку, лишенному всяких дарований и способностей, выпадает счастливый случай благодаря лишь его красивой внешности.
У Юань и Бо Си оба служили Фу-ча[784], но Бо Си [по достоинству] достиг высоких почестей, а У Юань [за недостойные поступки] был казнен. Так при одном и том же правителе могут оказаться люди с разными моральными устоями. А бывает, что людям одинаковых моральных устоев при разных правителях может и повезти и не повезти. Пример тому — И Инь и Цзи-цзы[785]. И Инь и Цзи-цзы были высокодаровитыми оба. Но И Инь стал первым советником, а Цзи-цзы — рабом. И Иню случилось встретиться с Чан Таном[786], а Цзи-цзы имел дело с шанским Чжоу[787].
В том случае, когда достойно служат высоконравственному правителю, полному стремления управлять, [руководствуясь принципом добродетели], а его советник помогает ему со всей добросовестностью и талантом, то их пути совпадут, и удача тогда обеспечена. Когда же верою и правдой служат дурному правителю, не желающему [руководствоваться принципом добродетели] в делах управления, то в этом случае, как бы преданно советник ни служил правителю, их намерения и поступки разойдутся, и тогда удачи не видать.
Бывает, что способному и умному подданному удается встретить правителя, проявляющего [истинную] заботу о делах управления; но и в этом случае бывает, что в конце концов не повезет. Так случилось с Кун-цзы и Мэн Кэ. Кун-цзы остался без еды в Чэнь и Цай[788]. Мэн Кэ оказался в тяжелом положении в Ци и Лян[789].
Это не значит, что в то время правители вообще не хотели использовать добродетельных людей, но, когда [у правителей] малы способности и ничтожны познания, тогда они вообще не в состоянии использовать высокоталантливых людей. Чтобы суметь управлять скакунами Цзи и Лу[790], нужно быть таким, как Ван Лян[791]. Чтобы иметь возможность использовать на службе Юя, Цзи и Гао Яо[792], нужно быть такими же, как Яо и Шунь. Если тот, чьи руки едва могут удержать в узде лошадь, проходящую в день сто ли, возьмется управлять быстроногим скакуном, пробегающим тысячу ли в день, то не миновать беды: непременно будет сломано ярмо или дышло. Если тому, кто сможет оценить способность [лишь] заурядных слуг, придется руководить людьми выдающихся талантов, то он, безусловно, их не поймет и не признает ни сердцем, ни умом. Причина того,
