– Да мне как-то еще больше купаться расхотелось, – она поежилась и посмотрела в сторону копошащихся полицейских. – Тем более, когда там, совсем рядом… – я проследил за ее взглядом и удивился:
– Ого! Да сюда что, полиция со всего побережья решила съехаться? А отдыхающих-то сколько набежало! Неужели им так интересно?
– Папа был прав, когда говорил, что сюда все приедут. Событие для этого места явно неординарное, – она пристальней вгляделась в новые фигурки, спускающиеся к скалам. – Вон, даже крупное начальство не поленилось примчаться. И все в парадной форме! Потому и посторонние потянулись на шум дождя. Даже дети со всей округи сбежались.
– Ладно! Там все ясно. А я предлагаю все-таки искупаться. – Увидев сомнение у нее на лице, я решительно взял ее за руку. – Если не хочешь здесь, давай отойдем немного дальше, в другую сторону. Пошли за те большие камни.
И подхватив сумки и гитару, потянул Карлоту за собой.
Часа полтора нас никто не беспокоил. Но когда мы в очередной раз выскочили из довольно-таки холодной воды на солнышко, возле нас появился Мартин. На его лице читалась нескрываемая зависть.
– Как вам хорошо! А я совсем запарился!
– Так раздевайся и прыгай в воду! – посоветовала Карлота.
Он посмотрел на нее с укором, снял фуражку и вытер вспотевший лоб.
– Я бы с удовольствием, но! Вряд ли сегодня удастся отдохнуть. В связи с этим событием дел очень много, – он присел на камень поближе к нам и достал блокнот. Я при этом успел незаметно подморгнуть Карлоте, намекая на намечающийся опрос свидетелей.
Лицо Мартина тем временем приняло озабоченно-сосредоточенный вид, и он даже прокашлялся, как перед долгой речью.
– У меня к вам несколько вопросов. Хочу просто уточнить один-два нюанса.
– Не стесняйся, – подбодрил я его. – Спрашивай, что угодно!
– Мне нравится подобное желание сотрудничать! – обрадовался он. – Вот поэтому давай с тебя и начнем. Свою кузину я знаю прекрасно, а тебя только по имени. Мне нужны твои полные данные: имя, фамилия, где живешь? – Я ему все рассказал, и он старательно записал. Хоть он и пытался, но не мог скрыть своего удивления:
– Так ты не испанец?
– Надеюсь, ты не из ультра? – отпарировал я. – Те слишком не любят иностранцев даже с одинаковым цветом кожи.
– Ну что ты, – смутился Мартин. – Просто я даже вначале и не сомневался, что ты урожденный мадридец. Говоришь-то совсем без акцента.
– Конечно! Я ведь в Испании с тринадцати лет. В школе лучше всех учился. А язык так вообще усваивал феноменально. Да и родной не забыл: почти каждый год мы на Украину ездим. И дома на нем говорим. Хоть в первые годы было наоборот: для лучшего изучения говорили только на испанском.
– Тогда понятно, почему я тебя за столичного жителя принял. – Мартин многозначительно переглянулся с Карлотой. Потом спросил: – Где работаешь?
– На перевозках. Фирма называется «Пилигрим».
– И как работенка, справляешься?
– Не пристало самому себя хвалить, – ответил я скромно, взглянув на усмехнувшуюся Карлоту. – Позвони моему шефу и спроси у него. – Я назвал ему номер телефона, который был тут же записан в блокнот.
Фирма по перевозкам была нашим превосходным прикрытием. Руководил там один славный дедуган, и я совсем недавно узнал, что он является родным дядей нашего шефа. Мы все числились в списках у старика и даже иногда работали у него для отвода глаз. Но в основном мы использовали большущие грузовики для своих целей. И очень неплохо использовали.
По промелькнувшей у Мартина задумчивости я понял: он обязательно позвонит и будет интересоваться моей работой. И не только по долгу службы, так как он при этом взглянул на Карлоту.
– А теперь расскажи, что и где вы видели прошлой ночью.
После моего рассказа он задал самый наверняка коварный, по его мнению, вопрос:
– Во сколько ты ушел от Карлоты?
В ответ я только развел руками, но тут она сама за меня ответила и назвала точное время, добавив при этом:
– Андре решил оставить гитару у меня, и когда я клала ее в шкаф, посмотрела на салонные часы.
Мартин что-то подсчитал в своем блокноте, а потом долго смотрел на дом, берег и кемпинг. Я не выдержал и усмехнулся:
– Что, прикидываешь, смог ли бы я за те несколько минут добежать до палатки, по пути оглушив да еще и попытавшись раздеть огромного детину? Добавь к этому время на то, что надо было успеть поссориться до такой степени.
– У тебя есть кто-то, кто видел, как и во сколько ты возвращался в палатку?
– Да меня видели десятки людей! И обратили внимание, тем более что я бежал. Ты ведь уже не одного опросил, раз знаешь время моего пробега.
Мартин явно был удивлен, так как брови его приподнялись вверх, но он меня еще больше расположил к себе тем, что одобрил мою догадливость и наблюдательность. Более того, он даже разоткровенничался и сообщил то, что ему было известно.
– По всем предварительным данным, складывается этакая картина. Вначале в скалы, пройдя по дороге сверху, направилось двое, крупного телосложения, мужчин. Через минут сорок туда же прошли и вы, с гитарой. Через двадцать пять минут ты, Андре, на всех парах забежал на кемпинг. А еще через три минуты из скал вышел только один из вышеописанной парочки и, явно придерживаясь самых темных мест, быстрым шагом ушел по дороге вверх. Там ведь есть паркинг, и, по всей видимости, он оттуда и уехал на каком-нибудь авто. Ибо никто его раньше не видел среди отдыхающих.
– Откуда такая подробная информация? – поинтересовался я.
– На самом краю кемпинга, – улыбнулся Мартин, – сидела внушительная компания. В тени, под тентом, в удобных шезлонгах. Они отдыхали, любовались морем, переговаривались о том, что видят, и обсуждали каждого человека, попавшего в их поле зрения. А когда увидели тебя бегущего, даже запомнили точное время. И кстати, ты, когда бежал, ничего не заметил?
– Да нет. Все мое внимание было сосредоточено на том, чтобы не зацепиться в темноте за какой-нибудь камень или не оступиться.
– Мне кажется, ты и спугнул убийцу, пытавшегося раздеть труп и инсценировать, возможно, несчастный случай при купании. Увидев несущегося в его сторону человека, он в спешке просто сбросил свою жертву в расщелину.
– А кто этот несчастный? – спросила Карлота.
– Пока не знаем: никаких документов при нем не было, и никто не заявлял о чьей-нибудь пропаже.
– Мартин! – я неожиданно вспомнил о своих сомнениях. – А ты бы не мог мне ответить на один вопрос?
– Смотря на какой. Если это касается службы или дела…
– Да нет! – успокоил я его. – Это совсем по другому вопросу, – он кивнул головой, и я спросил сразу самое главное: – В последние дни не было сообщения о розыске ребенка? Мальчика, лет восьми-девяти?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
