И к приключениям
Утро выдалось немного пасмурным и туманным. С берега дул ровный, упругий ветер, иногда прерывающийся кратковременным затишьем. Но было очень тепло, да и вода была в меру нехолодная. И ровно в десять Карлота стояла на самом высоком прибрежном валуне и всматривалась в сторону порта, из яхт-клуба которого и должен был явиться так давно ожидаемый инструктор с виндсерфингом.
А когда она увидела вынырнувший из-за мыса парус, то запрыгала на месте, призывно замахала руками, привлекая к себе внимание. Увидев поднятую руку облаченного в гидрокостюм инструктора, сбежала на пляж и принялась надевать такой же костюм на свое прекрасное тело. Заранее было оговорено, что у нее должен быть индивидуальный. А виндсерфинг тем временем красиво и изящно подходил все ближе к берегу. Вот он сделал последний галс, корректируя направление, запрыгал по набегающим на берег волнам и вместе с ними плавно, но стремительно выкатился на пляжный песок.
Карлота перестала одеваться, и даже улыбка постепенно сползла с ее лица. С напряжением и удивлением она пристально пыталась рассмотреть физиономию инструктора, почти полностью скрытую под огромным козырьком противосолнечной шапочки. К тому же он, оттолкнув от себя парус на песок, шел к ней, низко наклонив голову, видимо, глядя исключительно себе под ноги. Когда между ними оставалось всего два метра, она не выдержала и первой громко поздоровалась:
– Доброе утро!
Вместо ответа подходящий сделал два последних шага-прыжка и, повалив ее на песок, стал целовать в не закрытую еще комбинезоном шею. И только потом Карлота расслышала приветствие:
– Доброе утро, моя сладкая!
За мгновение до того она меня узнала, и вместо готовых сорваться с ее уст криков и визгов я услышал радостный и чарующий смех. Я попытался скрыть самодовольный вид и придать себе побольше строгости.
– Вообще-то, девушка, мне платят не за то, чтобы я смешил учеников на занятиях по парусному спорту.
– Вижу, ты великий специалист по сюрпризам! – немного успокоившись, сказала Карлота, подставляя губки для поцелуя. Я отреагировал на это надлежащим образом, и несколько минут мы были лишены возможности подискутировать. Потом она отстранилась и села на песок, поправляя выбившиеся из-под резиновой шапочки волосы.
– Интересно! О какой такой непомерной плате за уроки говорил мой отец вчера? Как он будет с тобой рассчитываться?
– Да ерунда! Мы же с ним все-таки друзья! – я встал и помог подняться Карлоте, заодно обнимая и прижимая к себе. – Плата почти никакая, можно сказать, мизерная.
– Ну все-таки? – настаивала она, отворачиваясь от моих поцелуев.
– Да… Всего лишь одно, только одно мое желание, которое он обязуется выполнить по первому моему требованию.
– Какое?
– А я… его еще не придумал! – схитрил я. – Как только что-нибудь измыслю, сразу поставлю его в известность.
– Ну, знаешь ли! – забеспокоилась она. – Мало ли какие у тебя могут быть желания!
– А тебе-то что? – удивился я. – Тебе главное – научиться кататься. И пусть тебя не волнуют условия оплаты. Поэтому застегивай костюм и за мной!
И только сейчас мы заметили Терезу, которая стояла от нас всего в нескольких шагах.
– А я-то теряюсь в догадках, кто это здесь целуется с моей подругой, – она хитро улыбалась. – Во, думаю, инструктор попался! За пять минут девчонку окрутил!
– Да, они такие! – немного смутилась Карлота. – Когда в спецодежде или в форме – от них теряешь голову и контроль над своим телом.
– Еще как! – сочувственно закивала головой ее подруга. – Можешь не рассказывать – сама знаю.
– Попрошу не мешать занятиям! – скомандовал я. – Внеурочно работать я не собираюсь, а время урока истекает. Четверть часа мы уже потеряли на… знакомство. Поэтому начнем!
И я стал учить Карлоту. Вначале на берегу объяснил основные правила управления доской и парусом. Показал, как надо стоять, куда прилагать усилия ног, как уваливать парус на ветер и тянуть на себя при падении назад. Тереза все время внимательно прислушивалась, и было заметно, что ей тоже бы хотелось поупражняться с парусом. Но ведь музыку-то заказала Карлота!
Потом я со своей ученицей заплыл подальше в море и стал учить ее вставать на доску и стартовать, начиная движение по волнам. Хоть Карлота прекрасно координировала свое тело и чудесно держала равновесие, все равно, как и у всех начинающих, у нее были непрекращающиеся падения в воду. В конце концов, она даже расстроилась:
– У меня вряд ли получится. Со стороны смотреть – ничего нет сложного, а самой научиться – совсем невозможно.
– Ну, это ты напрасно! – успокоил я ее. – Поверь мне, у других вначале получается еще хуже. Когда прочувствуешь полный контакт с виндсерфингом – поймешь, как это просто и приятно.
К нам подплыла Тереза, до этого долго наблюдавшая с берега за попытками Карлоты укротить доску с парусом, и обратилась к подруге:
– Можно я хоть разок попробую?
– Пожалуйста! – милостиво разрешила та, разлегшись и отдыхая на колышущихся волнах.
Я стал помогать Терезе выйти из воды, подсказывая, что и как надо делать. Но у нее вообще ничего не получалось. Возможно, из-за того, что ветер резко усилился, иногда даже переходя в короткие шквальные порывы.
Вдобавок она умудрялась так нелепо падать в воду, что Карлота не выдержала и стала смеяться. В одно из таких падений Тереза грохнулась мне прямо на спину, но не растерялась, а обхватив ногами мои бока, оседлала и закричала:
– Ой, как здорово! Я лучше буду учиться кататься на инструкторе! – Я заработал быстро руками и ногами и чуть поднырнул, изображая из себя ручного дельфина, провезя при этом наездницу пару метров. Она вцепилась руками в мои плечи и визжала от удовольствия и восторга:
– Какие у него мышцы на плечах! Просто чудо!
Но меня кое-что обеспокоило: я не слышал смех Карлоты. Взглянув в ее сторону, увидел, что она быстрыми гребками плывет к берегу. Соскочившая с моей спины Тереза бросилась за ней. Я встал на доску и догнал подруг в тот самый момент, когда они выходили из воды. Они ругались! И последнее, что я расслышал, были слова Карлоты:
– А еще моя лучшая подруга! – и быстрым шагом отправилась в сторону дома.
– Карлота, ты куда? – выкрикнул я, выскакивая на берег. Она остановилась и с ненавистью выкрикнула в мою сторону:
– А с тобой я вообще не хочу даже говорить! И больше никогда ко мне не приходи! Я тебе запрещаю появляться даже возле нашего дома! – и продолжила свое движение, но уже бегом.
– Чего это она? – я с удивлением воззрился на расстроенную Терезу.
– А!.. – она собрала свои вещи и пояснила: – Я никогда даже не подозревала, что она такая ревнивая. В сто раз больше, чем я! – увидев мое недоумение и поникший вид, успокоила: – Не переживай! Пойду ее успокаивать, извиняться, ну и все остальное. Думаю, она поймет, что не права.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
