Читаем без скачивания Земля лишних. За други своя - Андрей Круз

Я быстро достал из сумки UMP с навинченным глушителем, но отсоединенным магазином, затем извлек магазин, воткнул его в приемник, перевел селектор огня на режим «три выстрела» и передернул рукоятку затвора на цевье слева – фирменный знак компании «Хеклер и Кох». Затем откинул приклад. Джей-Джей достала другой пистолет-пулемет из второй, Бонитиной сумки и повторила такую же процедуру, следом вооружилась Бонита. Затем все извлекли подсумки-бандольеро с запасными магазинами к пистолетам-пулеметам, надели их через плечо. К бою готовы.

Вот и опять польза от выданных Орденом UMР. Как раз оказия – бой в помещении, стреляем «глейзерами», избегая рикошетов и пробития перегородок. И глушители опять очень пригодились: пока никакой тревоги, судя по всему, не подняли.

Я показал Боните на дверь, в которую мы вошли. Она кивнула. В дальнем конце коридора должен стоять охранник, который меня обыскивал, и еще один, на улице. Но о том, который на улице, должны позаботиться без моего участия. Вторая дверь, через которую вошел «камуфляжный» и возле которой он теперь валяется, ведет внутрь здания, где должно быть еще до десятка противников.

Я достал из кармана мобильный телефон, «повтором» набрал номер, по которому звонил раньше. Мне ответили, и я сказал по-английски в трубку:

– Ну вот и сигнал. Мы в деле.

– Понял, спасибо, – ответил голос.

Я убрал мобильный в карман и мысленно пожелал «земли пухом» охраннику на улице. Его можно сбрасывать со счета.

– Начали, – скомандовал я.

Бонита взяла на прицел дверь, у которой лежал труп в камуфляжной куртке, Джей-Джей сместилась ко второй двери и взялась за ручку. Я поднял UMP, упер приклад в плечо, включил тактический фонарь – коридор, насколько я помнил, был темным. Навел оружие на дверь и кивнул. Джей-Джей резко распахнула ее, и я быстро пошел скользящими шагами в коридор, держа пистолет-пулемет на уровне глаз. Луч фонаря навелся на опешившего охранника, слепя его, и, прежде чем он успел хоть что-то предпринять или сказать, я придавил указательным пальцем спусковой крючок. Автомат коротко провибрировал, из трубы глушителя не вырвалось ни единой искры, лишь пролязгал затвор и зазвенели упавшие гильзы. Три «глейзера» сорок пятого калибра попали противнику в лицо, разнеся голову как арбуз и отшвырнув обезглавленное тело назад, на входную дверь. Теперь у нас в тылу чисто.

– Дверь! – шепнул я.

Джей-Джей подбежала к двери заднего хода, аккуратно перешагнула через труп и растекающуюся по полу лужу крови, задвинула массивный засов. Теперь с той стороны или никак, или взрывать дверь. С тыла к нам не зайдут.

– Дальше идем.

В комнате мы вновь полезли в сумки, нацепили на себя радиостанции «короткой» связи с гарнитурой из наушника и микрофона с гнущейся направляющей. Теперь у нас и связь имеется. Затем мы построились уступом, выставив меня вперед. Джей-Джей взяла на себя сектор слева, а Бонита пристроилась справа-сзади. За дверью должен быть коридор метров шести в длину, с двух сторон по одной двери, затем коридор упирается в т-образную развилку.

– Пошли.

На этот раз дверь распахнула Бонита, а мы с Джей-Джей направили толстые трубы глушителей перед собой. В коридоре пусто. Светлые стены, серое ковровое покрытие на полу, которое заглушит шаги. Я пошел вперед. Две двери, слева и справа, обе закрыты. Показываю жестом Джей-Джей, где ей занять позицию. Она прошла мимо меня, прошла линию дверей и встала в коридоре, направив глушитель на развилку. Кто сунется – напорется на очередь. Бонита подошла к правой двери, посмотрела на меня. Я изготовился, кивнул. Дверь передо мной раскрылась, я вошел внутрь, обвел стволом помещение, напоминающее кабинет. Пусто. В углу сейф. Старый, обычный, ключом отпирается. Если получится, потом заглянем, что внутри. Я развернулся, вышел в коридор, подошел к двери напротив. Джей-Джей по-прежнему контролировала коридор, а Бонита держала под прицелом дверь. Я вновь кивнул. Дверь распахнулась. К счастью, была незаперта и вышибать ее не требовалось. Пока движемся тихо. Тоже кабинет, за столом – маленький немолодой мужичок с бородкой, в очках в металлической оправе. Это Халид, араб, он у Хамзата за бухгалтера, если верить «заместителю старшего сутенера», описавшего его приметы и опознавшего по фотографии. Люди Лопеса за этим местом тоже давно следили.

Вид у Халида обалдевший, он таращится на ствол пистолета-пулемета. Готов поклясться, круглое отверстие в торце глушителя для него сейчас выглядит огромным и великим, как тоннель, ведущий с этого света прямо на тот. Халид говорит и по-русски, и по-английски. Я спрашиваю его по-русски:

– Ключи от сейфа?

– Вот.

Он судорожным движением толкает по столу ко мне связку ключей. Она перед ним лежала до этого, даже искать не пришлось.

– Какой из них? – спрашиваю.

Халид трясущимися руками отделяет один ключ от связки, показывает мне:

– Вот этот.

– В сейфе есть что?

– Деньги…

– Хорошо.

Я нажимаю спуск. Снова тройной толчок в плечо, голова бухгалтера разлетелась брызгами и осколками черепа. Пролязгал затвор, гильзы упали на ковер бесшумно. Тело сползло в кресле, и я явственно услышал плеск льющейся потоком на пол крови. Грязная штука эти «глейзеры» все же. Тут как на бойне будет, в забойном цехе. Я сгреб ключи со стола, бросил их в боковой карман своей прокатной сутенерской куртки. Может быть, и добыча у нас будет, я на это тоже рассчитывал, если быть точным.

– Дальше.

Это я уже в коридоре, но еще за спиной у Джей-Джей. Теперь я должен обойти ее, встать перед ней – она возьмет на себя левую «раковину», Бонита направит ствол вперед-вправо, и мы двинемся дальше. Неожиданно где-то совсем рядом щелкнула, открывшись, дверь. Послышалась негромкая музыка, два голоса громко заговорили по-чеченски. Я пристроился справа от Джей-Джей, опустившись на колено, чтобы открыть еще и сектор обстрела для Бониты, стоящей у меня за спиной. Мы замерли, стволы направлены вперед.

Послышались нетаящиеся шаги, и прямо на нас из-за поворота коридора шагнули двое. У обоих по кобуре под мышкой. Оба бородатые, в камуфляжных штанах на подтяжках и в трикотажных майках, один из них штаны на ходу застегивает. Не успеешь застегнуть, расслабься. Три приглушенных прозвучали одновременно. Все в курсе, что стрелять «глейзерами» предпочтительно в голову: вдруг противник в бронежилете. Облако кровавых брызг заляпало стены коридора вокруг, два тела рухнули на пол со стуком. Совсем тихо не получилось уже. Мы вновь замерли, прислушиваясь. Нет, все спокойно, никто «Тревога!» не кричит.

Они справа вышли. Там два «нумера» для личного пользования владельцев клуба. Один из них штаны застегивал, значит, в одной из комнат может находиться «гражданский», то есть девушка из борделя. Если они, конечно, не друг друга ублажали, что сомнительно. Затем коридор упирается в дверь, которая ведет непосредственно в зал клуба. Клуб еще должен быть закрыт – они в двадцать три часа только открываются, но в зале кто-то может быть. Слева должна быть лестница, ведущая на первый и второй этажи и в цокольный этаж. И на первом этаже, и в подвале комнаты для девушек. На первом для тех, кто уже «обломан», в подвале – для тех, кто еще «в процессе убеждения». На третьем этаже комнаты проживающих здесь бандитов. Все это здание и есть чеченский мини-анклав в Нью-Рино.

– Пошли.

Мы опять построились в боевой порядок, и я показал Боните жестом, чтобы она контролировала выход с лестницы. Она кивнула, а мы с Джей-Джей свернули направо. Дойдя до следующей пары дверей, я показал Джей-Джей на левую, а сам взял на себя правую. Именно за нею играла музыка, и именно из нее вышли двое, которых мы только что убили. Значит, именно за этой дверью кто-то может быть. За дверью слева было тихо. На счет «три» мы быстро вошли в противоположные комнаты.

Натуральная бордельная спальня. Красноватый свет, кровать, зеркало на потолке, переизбыток розового и красного в интерьере. Голая девушка, похожая на арабку, стоит у раковины в углу и испуганно смотрит на оружие. Немного полненькая, но симпатичная, хорошо сложенная. Длинные черные волосы распущены по плечам. Больше в комнате никого. Луч тактического фонаря обежал все углы, затем остановился на девушке.

– Do you speak English?[39]

Предполагать, что она говорит по-русски, менее вероятно.

– Yes, I do.[40]

Надо же, даже грамотно ответила, не просто «йес».

– Attagirl, – кивнул я удовлетворенно, затем скомандовал: – Lie down on the floor behind the bed. Stay put. Do not try anything till we'll say you so. Do you understand me?[41]

– Yes, I do.

– You're safe now, I'm federal agent, but there is a gunfight in this building. Get some cover and stay put as you been told before. Are we clear with that?[42]

– Yes, we are,[43] – закивала она.

– So, do it, – скомандовал я. – Now would be good.[44]