Читаем без скачивания Земля лишних. За други своя - Андрей Круз

– Чисто, – доклад Джей-Джей.

– Чисто. Вперед.

Теперь справа от меня будет угол. За ним тихо, оттуда ни звука, но осторожность лишней не бывает. Мы вдвоем резко поворачиваем за него, направив оружие каждый в свой сектор. Никого. Маленький диван, столик, телевизор с видео в углу, но выключен. Судя по свернутой и брошенной на поручень дивана примятой куртке, охранник просто спал и проснулся от стука упавшего этажом выше тела коллеги.

– Джей-Джей, «контроль».

Это я специально поручил ей. Проверять так проверять. До конца.

– В смысле? – не поняла она.

– В смысле убедись, что противник точно умер. Стрельни ему в голову.

– Приняла.

Вот тут она явно растерялась. Это сложнее, чем стрелять во врага в бою. Этот уже безопасен, лежит на спине, смотрит немигающими глазами в потолок. Прямо в середине груди три пулевых отверстия, из них буквально фонтаном хлещет кровь. Он умер наверняка, но я хочу, чтобы Джей-Джей через это прошла. Жестоко по отношению к ней, но необходимо. Она морщится, но поднимает глушитель автомата. Некоторое время медлит, затем нажимает на спуск.

– Черт, ты хоть бы на одиночные переставила!

Тройная очередь «глейзерами» разносит голову убитого на куски, как будто внутренним взрывом. Бац – и весь пол в крови и мозгах, теперь по ним ходить. Ладно, я вытерплю, а ей и это полезно.

– Ой, извини, не подумала.

Да уж понятно: когда тебе еще и об этом было думать?

– Пошли, – скомандовал я.

Мы снова двинули вперед, к следующим дверям. Я заглядываю в решетку слева – две девушки в комнате, больше никого.

– Чисто.

Голос Джеймса в наушнике:

– Первый этаж чист. Jefe, как принимаешь?

– Принимаю чисто. Зачищайте второй этаж. Бонита, держи лестницу до окончания зачистки.

– Приняли.

– Приняла.

Убито еще четверо. Двоих на первом этаже израсходовали Джеймс с Пэтом, одного на лестнице Бонита, и один нам достался. В здании не больше одного-двух. Не думаю, что в цокольном этаже из них кто-нибудь остался, но проверить надо до конца.

– Джей-Джей, не спать, пошли.

Джей-Джей, судя по ее виду, достигла своего лимита впечатлений на один раз, после того как разнесла голову лежащему у нас под ногами бандиту. Можно понять: восемнадцать лет девочке, а тут ее раз – и в мясорубку. Она за последние несколько минут своею собственной рукой четверых уже в расход пустила. Сам Хамзат у нее на счету, охранник в камуфляже, в комнате в светлом костюме и один в коридоре, который штаны на ходу застегивал. Но ничего, после моего окрика приободрилась, заняла свое место слева-сзади, и мы пошли дальше, бесшумно скользя подошвами по бетонному полу.

Насчет того, что на этаже больше никого нет, я был прав. В комнатах было еще около десятка девушек, но больше никого. Выпускать их из камер мы пока не стали, чтобы до окончания зачистки они не начали путаться под ногами. Не все же они такие понятливые, как та девушка на нулевом этаже, которая сразу под кровать забралась. Мы дошли до самых последних камер в коридоре, но больше врага не обнаружили. Значит, здесь обычно один дежурил.

– Подвал зачищен, – сказал я в микрофон. – Выходим на лестницу. Бонита, будь готова.

– Принято. Выходите.

Мы прошли весь подвал в обратном направлении, перешагнув через труп и наследив за собой кровавыми следами – лужа была уже чуть ли не на половину коридора, никак не перешагнешь. Выходим на лестницу, поднимаемся вверх. Бонита стоит, глядя вниз. За ней открытая дверь на первый этаж. Там длинный коридор, из него двери в разные стороны. Некоторые открыты, посреди коридора стоят две девушки, индианки кажется, смотрят в нашу сторону, ничего не говорят. Обе в махровых красных халатах. Вообще-то следовало их в комнаты загнать до окончания боя. Минус Боните – расслабилась.

– Что там? – кивнул я в сторону первого этажа.

– Чисто, – ответила она. – Джеймс и Райли двоих ухлопали.

Больше никого из бандитов, но почти двадцать девушек там. Одна, похоже, вроде как mamasita. Ее в наручники взяли.

– Ее забрать надо будет, чтобы показания дала, – распорядился я. – Джей-Джей, побудь с Бонитой, я помогу наверху.

– Хорошо.

Перешагивая через ступеньку, я поднялся на следующий этаж, сменил магазин в оружии, встал у двери.

– Джеймс, как принимаешь? – запросил я Фредерика.

– Принимаю чисто.

– Доложи свой статус.

– Прошли половину этажа. Противника не наблюдаю.

– Вхожу в дверь, не стреляйте, – предупредил я, затем уточнил: – Как приняли?

– Принял.

– Принял.

Теперь можно входить, не рискуя нарваться на «дружественный огонь». Открываю дверь, вхожу. Коридор как на нулевом этаже. Светлые стены, серое ковровое покрытие на полу. Дверей меньше. Возле одной из них, справа, стоят Джеймс и Райли. Джеймс рывком открывает ее, Пэт влетает внутрь с автоматом на изготовку.

– Чисто.

Со мной им будет проще. Я возьму под контроль весь коридор и не дам никому враждебному в него высунуться. А они могут входить в комнаты вдвоем. Я вдвигаюсь боком в дверной проем слева от меня, упираю глушитель оружия в косяк двери и направляю его вдоль коридора. Тактический фонарь я выключил, зато включил лазерный целеуказатель. Все, здесь не ходи.

Джеймс с Пэтом переходят к следующей двери, Пэт пробует ее ручку. Не закрыто, судя по всему. Пэт открывает ее рывком, Джеймс просовывает внутрь зеркало на телескопической штанге. Затем убирает его, поднимает автомат и входит внутрь. И сразу же за ним следом туда вваливается Пэт. Осмотр занимает с минуту примерно: судя по всему, там целая квартира оказалась. Может быть, самого Хамзата жилище. В конце концов, слышу в наушнике:

– Чисто, – это Пэт.

Затем, секунд через двадцать, слышу уже Джеймса:

– Чисто!

– Одна комната всего осталась. Осмотреть ее – и можно объявлять здание зачищенным. Джеймс и Райли подходят к двери, пробуют ее открыть. Там заперто, но дверь не выглядит прочной, скорее даже хлипкая она. Можно пинком вывалить. Пэт примеривается ударить ее ногой, и я его предупреждаю:

– Пэт, бойся растяжек. Не влетай сразу внутрь.

– Принял.

– Держись слева от проема двери.

– Принял.

Растяжек всегда надо бояться, особенно имея дело с бывшими чеченскими боевиками. К тому же растяжки бывают разные. Могут быть просто из гранаты, и ты сначала услышишь хлопок сработавшего запала и успеешь спрятаться, а может быть и из гранаты с удаленным замедлителем, и тогда ты ничего не успеешь. Лучший способ – не врываться сразу внутрь, а стоять так, чтобы ты в проеме не маячил. Тогда, даже если растяжка установлена хитро – например, напротив двери, – у тебя больше всего шансов не получить ранение.

Джеймс встал у стены, Пэт с силой пнул дверь ногой, одновременно уходя из проема. Мужик он здоровенный, дверь распахнулась настежь. Тихо. Растяжек не было. Джеймс вновь опускает зеркало на уровень пола, оглядывает комнату.

– Чисто. Входим.

– Чисто.

– Чисто.

Территория Невада и Аризона, город Нью-Рино

22 год, 25 число 10 месяца, понедельник, 21.00

Когда мы проверили каждое помещение в здании и сочли его безопасным, я выглянул в окно. Фасад выходил на большую улицу, по которой гуляло множество людей, и никто из них даже не заметил и не услышал, что прямо за стеной от них перестреляли кучу народу. С Джеймсом приехали целых три грузовика с жилыми кунгами, которые поочередно подавали задом в проезд, куда вела задняя дверь. В них порциями заводили девушек из клуба «Одалиска», не оставляя никого, даже если бы кто и хотел остаться. Всякие ведь девушки работают в таких местах – кому-то и нравится, может быть. Джеймс нанял шестерых своих бывших коллег из числа «ящериц», которые должны были довезти эти грузовики до города Форт-Джексон. За это каждый из них получил от Джеймса, а фактически – от меня, по три тысячи экю. Джеймс и Пэт получили по десять тысяч, которые я отдал им сразу. Они сочли это вполне удачной сделкой, равно как и я. Они попрощались, сели в «хаммер» без дверей и уехали, возглавив колонну из трех грузовиков. И никто вокруг даже не обратил на это внимания.

Мы остались втроем в здании, полном трупов. Но у нас было еще одно дело – сейф, а заодно повальный обыск здания. Я хотел найти все записи, которые могли бы здесь оказаться. Может быть, что-то натолкнет меня на то, кто же такой Партнер? Вся эта бойня была задумана еще и для этого, а не только для освобождения рабынь и «поднятия мути в воде».

Сейчас Джеймс с бойцами привезут девушек и пленную «мамочку» в представительство Патрульных сил в Форт-Джексоне. Самих Патрульных сил там и в помине нет, но представительство есть. Там девушки дадут показания о том, как их насильно удерживали в борделе, продавали, принуждали к занятию проституцией и о прочих ужасах. «Мамочка» подтвердит – куда она денется? При этом Джеймс и Пэт, сохраняя собственную анонимность, покажут, что были привлечены к операции в качестве наемников, на легальной основе, сотрудником Отдела специальных проектов Алексеем Яковенко. Для чего? А вот для чего: Отдел является проводником политики Ордена, а официально Орден борется против любого принуждения. Достаточно вспомнить историю с борделями в Порто-Франко, где местное отделение Ордена повело себя вполне благородно. Таким образом, получится, что Отдел провел операцию по спасению невинных душ, легальную и благородную. И которая как нож острый этому самому Партнеру, которая разрушает всю его систему получения доходов. Атаковать нас в открытую на командном уровне нельзя – Светлана теперь фигура сама не последняя, и как ты ей скажешь, что, мол, плюнь на рабскую проституцию, не обращай внимания. Не выйдет: это тоже ее работа. Придется давить косвенно, и значит, та фигура, которая попытается оказать давление на Светлану с целью прекращения атак на наркоторговцев, или тот, кто выразит недовольство, и будет, с большой долей вероятности, этим самым Партнером.