верно?
— Вообще не покидала усадьбу, насколько я знаю, — кивнул егерь. — Я рассказывал ей о Мэри. То есть, не то, чтобы рассказывал, но упоминал. Помню, однажды она переспросила: «Как вы сказали, Николас? Сандерс? Мэри Сандер?» — Я ответил, что именно так, и поинтересовался, почему она спрашивает, а госпожа Арман тогда мне ничего не ответила, но задумалась.
— Вам показалось, что ей знакомы имя и фамилия Мэри Сандерс?
Броуд кивнул.
— И вы не знаете, почему?
— Неа. Понятия не имею.
— Ладно, — сказал я, — пока на этом остановимся. Если бы вы рассказали всё сразу, было бы куда лучше.
Егерь виновато развёл руками.
— Что ж, теперь, когда мы всё выяснили, — вмешался Фэлпс, — предлагаю вернуться в дом.
Мы пошли в комнату.
— Вы слышали об облаве на цыган? — спросил я Броуда, когда мы уселись в гостиной, и супруга доктора велела прислуге подать кофе и коньяк.
— Да, конечно. О ней до сих пор говорят.
— Абрамсон, будь его воля, устроил бы в Доркинге настоящую войну, — неодобрительно заметил Фэлпс. — Он ненавидит цыган, уж не знаю, отчего.
— А я им не доверяю! — объявила докторша, с вызовом взглянув на мужа. — Не удивлюсь, если они всё же замешаны и в убийствах. Больно уж ненадёжный народ.
— Дорогая, избавь нас от… — начал было Фэлпс, но его перебил Броуд.
— Почему вы спрашиваете, господин Блаунт?
— Хотел знать, где вы были в это время.
Егерь удивлённо поднял брови.
— А мне нужно… как это называется?
— Алиби, — подсказал я.
— Да, именно.
— Если оно у вас есть, я предпочёл бы о нём знать.
Броуд пожал плечами.
— Боюсь, никто не сможет подтвердить, что я был в лесу, — сказал он.
— Где именно?
— Знаете, наверное, это вам будет интересно. Я проходил мимо участка, который вы приказали раскопать. Ну, где раньше стоял дом Зальмов. Так вот, я видел там огонёк, словно кто-то ходил с фонарём. И ещё слышал голоса.
— Кого-нибудь разглядели? — спросил я с надеждой.
Броуд покачал головой.
— Разве там копают даже ночью? — вмешалась Глория.
— Конечно, нет, — сказал я. — А что вы там делали, мистер Броуд?
— Я дважды в неделю обхожу окрестности по ночам. Ловлю браконьеров. Это входит в мои обязанности.
— И в тот день…
— Я всегда делаю это по средам и пятницам. Спросите, кого угодно.
— Почему вы не выяснили, кто находился на месте раскопок?
Броуд пожал плечами.
— Решил, что вы приказали рыть по ночам. Браконьерами там явно не пахло, так что…
— Ясно, — прервал я его с досадой. — Почему же теперь рассказали?
— На всякий случай. И, похоже, не зря.
Я молча покачал головой. Сам факт присутствия неизвестного или неизвестных на месте раскопок мало что давал.
— Надо было выставить охрану, — сказала себе под нос Глория.
— Но что делать на раскопках? — удивилась докторша. — Не понимаю.
— Уничтожать улики, — ответил я.
— Какие?
— К сожалению, не имею ни малейшего представления. И теперь мы, возможно, этого никогда не узнаем.
— Не расстраивайтесь, — попыталась успокоить меня докторша. — Возможно, там были просто бродяги.
— Маловероятно.
Раз на раскопках кто-то побывал, улики, если они там были, конечно, пропали. Утешал я себя лишь мыслью, что, если Броуд видел злоумышленников, значит, я правильно сделал, решив разрыть имение Зальмов. И, возможно, там ещё что-то осталось — случайно, разумеется, ведь всякое бывает, и зачастую даже самый внимательный глаз что-нибудь да пропускает. Можно лишь надеяться на удачу. И ещё следовало опросить рабочих: не заметили ли они изменений на раскопках или посторонних следов.
Пауза в разговоре затягивалась: присутствующие были смущены моим расстроенным видом, и я поспешил сменить тему.
— Кстати, доктор, — обратился я к Фэлпсу, вспомнив разговор с Глорией, — вы не знаете, как звали того офицера, который служил вместе с Абрамсоном и погиб при загадочных обстоятельствах?
Доктор нахмурился.
— Почему вы решили, что я в курсе этой истории?
— Я передала наш с вами разговор, — сказала Глория.
Брови местного врача приподнялись.
— Не помню, чтобы я обсуждал что-либо подобное, — сухо сказал он.
— Прошу прощения, — Глория пожал плечами, не желая настаивать. — Должно быть, я что-то перепутала.
— Видимо, так! — буркнул Фэлпс.
Вид у него был крайне недовольный.
Тем не менее, остаток вечера прошёл в приятной дружеской атмосфере. Когда мы ушли от Фэлпсов, я спросил Глорию, как она объясняет нежелание местного эскулапа признаваться в очевидном.
— Дело в том, — сказала, несколько смущаясь, девушка, — что он просил меня никому не говорить, что рассказал мне об Абрамсоне. Думаю, он его слегка побаивается. Я забыла тебя предупредить.
— Ладно, замнём. Это не столь важно. А вот как тебе рассказ Броуда?
— Об огоньках и голосах? Признаться, я удивлена. Мне кажется, за ночь там что-то откопать невозможно.
— Вот и я подумал о том же.
— Но только если злоумышленники хотели разрыть катакомбы усадьбы.
— Что ты имеешь в виду?
— А если какие-нибудь бандиты устроили на том месте тайник?
— И раскопки фундамента их напугали? Да, это возможно. Как я уже говорил, надо выяснить, не заметил ли кто из рабочих изменения на участке раскопок. Но это завтра. А сегодня нам предстоит ещё одно важное дело.
— Какое? — настороженно спросила Глория.
— Выспаться.
Меня всю дорогу до гостиницы преследовало ощущение, будто я забыл кого-то о чём-то расспросить. Кажется, на ужине у Фэлпсов прозвучала фраза, привлекшая моё внимание, но затем я забыл о ней. О чём же шла речь, и кто её произнёс?
В ту ночь я проснулся лишь раз, когда мне почудилось, будто в отдалении упал тяжёлый предмет, но сон сразу же сморил меня вновь.
Глава 67
Утром после завтрака мы поехали в полицейский участок поговорить с полковником. Выслушав рассказ о свёртке, переданном Мэри Сандерс леди Арман, Абрамсон устало потёр переносицу.
— И что вы хотите предпринять? — поинтересовался он.
— Обыскать комнату убитой, — ответила Глория.
— Мы это уже сделали. Бриллиантовое колье не пропустили бы.
— Возможно, в комнате есть тайник.
Абрамсон покачал головой.
— Не думаю. Мои люди искали очень тщательно.
— Готовы за них поручиться?
Полковник недовольно нахмурился.
— Ручаться могу лишь за себя, — проговорил он.
— Тогда я предпочла бы лично убедиться, что колье в комнате Сандерс нет.
Абрамсон вздохнул.
— Лейтенант Глостер, у вас есть хоть какая-то версия, или вы мечетесь вслепую?
— Я проверяю версии, факты и показания, — уклончиво ответила Глория.
— Ладно, Бог с вами! — вздохнув, Абрамсон взял
