Дабы он не заметил ее колебаний, Фанни решила смотреть на его губы, которыми искренне восхищалась. Любуясь ими, она подумала о поцелуе, но отмела эту мысль. Слишком много для начала. Не стоит демонстрировать такую степень готовности отдаться по первому его зову. Фанни приоткрыла рот и провела кончиком языка по краю верхней губы. И подняла взгляд.
– Сделаю.
Земля задрожала под их ногами. Раздался гром. Фанни не удержалась на ногах и упала. Мэллори в падении накрыл ее своим телом. От оглушительного взрыва распахнулась железная дверь в апартаменты. Взрывной волной их с Мэллори отбросило на ковер. Мэллори закатил ее под стол.
– Оставайтесь здесь, – приказал он.
Фанни закашлялась.
– Что это было? – в недоумении спросила она.
– Незваные гости. – Он неохотно отпустил ее и выбрался из-под стола. Фанни приподняла скатерть. Мэллори подозвал к себе Обери. Когда пыль улеглась, в комнату вошли еще несколько приспешников Мэллори.
– В одном из помещений внизу произошел взрыв, сэр, – доложил один из вошедших.
Мэллори обвел комнату взглядом. Фанни в это время выползала из-под стола.
– Все цело, – констатировал Мэллори.
Пока мужчины толпились у двери, Фанни, убедившись, что на тележке осталось полно еды, бочком подобралась к ней и высыпала сушеные фрукты из вазочки в салфетку.
– Похоже, Скотленд-Ярд нас выследил, – сказал Мэллори, обернувшись как раз в тот момент, когда Фанни запихивала рогалик в карман платья.
Распрямившись, она удивленно выгнула брови.
– А они оказались сообразительнее, чем многие думают, – сказала она и натянуто улыбнулась.
Похоже, ее реплика не только не разозлила Мэллори, но еще и позабавила. Направляясь к двери, он бросил через плечо:
– С той же вероятностью это могла быть крыса. Известно, что крысы любят полакомиться бикфордовым шнуром. – Взглянув на накрытый стол, он добавил: – Возьмите, что пожелаете, к себе в камеру.
Мэллори поклонился.
– До завтрашнего вечера.
Рейф застонал. Что-то влажное, теплое и шершавое скользило по его лицу. Отхаркавшись пылью и сплюнув грязь, Рейф открыл глаза. Алфред часто дышал в паре дюймов от него. И снова длинный собачий язык скользнул по его щеке.
– Хватит, Алфред, – сказал он и с тяжелой одышкой приподнялся на локтях и огляделся. – Эй, Флин, ты где?
Словно сошедший с ума маятник собачий нос метнулся в сторону груды мусора. На полу рядом с Рейфом валялись разбитые кирпичи. Рейф с трудом поднялся на ноги и сделал вдох, настолько глубокий, насколько это было возможно. В воздухе столбом стояла пыль. Легкие словно огнем обожгло. Ребра тупо ныли. Рейф ощупал повязку под рубашкой. Вроде цел.
Опершись на глыбу застывшего бетона, он принялся расшвыривать битые кирпичи. Через несколько минут показалась пара ботинок и торчавшие из них ноги. Схватив обе ноги, Рейф потянул их на себя. Из-под груды донесся стон. Рейф переглянулся с Алфредом.
– Хорошие новости. Он жив. – Собака-ищейка уселась рядом. Рейф не был на сто процентов уверен, но ему показалось, что пес обрадовался.
Рейф трудился около получаса, раскапывая своего партнера, который в итоге вылез из-под кирпичных обломков хоть и весь в синяках и ссадинах, зато живой. Флин долго откашливался перед тем, как оказался в состоянии что-то делать. Прежде всего он огляделся.
Несколько винных бочек разлетелись в щепки. Большая часть их содержимого вылилась на пол, покрыв его багряными лужами. Флин обмакнул палец в лужу и лизнул его.
– Жаль, такое вино пропадает, – сказал он, смачно посасывая палец. – Должно быть, мы взорвали динамит. – Флин закашлялся, отхаркивая грязь.
Рейф кивнул:
– Наткнулись на самодельную мину. Нам еще повезло, что нас обоих не разорвало на куски, а заодно и пса. – Алфред взвизгнул и замотал хвостом.
Рейф помог Флину подняться. Флин сделал несколько шагов и, кривясь от боли, сказал:
– Вот черт, я совсем не могу ступать на эту ногу.
Рейф подошел к нему.
– Скорее всего у тебя трещина в кости, – предположил Рейф. Закинув руку Флина себе на плечо, он потащил напарника подальше от груды кирпичей. Вместе они поплелись прочь из подземелья. Уже на улице они едва не наступили на пьяного складского работника.
Рейф тряхнул пьянчугу за плечо.
– Эй, приятель, ты что-нибудь знаешь о подземных ходах – под винными погребами?
Пьяница, щурясь, смотрел на них.
– А как же. Под доками святой Катерины. Сам их видел. Там пираты прятали награбленное лет сто, а то и двести тому назад.
Флин покачал головой.
– Ах ты бедный старый морской пес.
Рейф щурился, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь густой туман – он и не думал рассеиваться.
– Тут уже ничего сделать нельзя, – заключил Рейф. – На то, чтобы расчистить завал, уйдет не один день. Нам придется искать другой путь.
Глава 31
Рейф крепко зажмурился, снова открыл глаза, и лишь после третьего раза размытые очертания обрели ясность. Над ним склонился второе по значимости лицо Скотленд-Ярда – Зено Кеннеди. Вокруг головы Зено светился нимб – оптическая иллюзия, вызванная прохождением света сквозь закопченное стекло окна в крыше.
– Просыпайся, спящий красавец.
– Оставь меня в покое, Кеннеди.
От лежания на жесткой деревянной скамье все тело затекло. Рейф сел, огляделся и пришел к выводу, что совершенно не узнает этого места. Ребра сильно болели.
– Ты сумел дотащить Флина до Хенли-стрит вчера вечером. Сейчас им занимается хирург, – с ухмылкой сообщил Зено. – Рад, что тебе удалось выкроить пару часов для сна.
Рейф потер глаза.
– Природу не перехитришь, не хочешь вовремя отключаться сам, так она сама тебя отключит, когда найдет нужным, – со вздохом констатировал Рейф. – И что там с Флином?
– Перелом. Как раз сейчас ему накладывают гипс. – Зено потряс Рейфа за плечо. – Вставай, пойдем позавтракаем вместе.
В пабе неподалеку они набросились на яйца и копченую рыбу.
– Флин сказал, что ты вознамерился найти иной способ пробраться туда, – сказал Зено, намазывая маслом теплую булку.
– У меня нет иных вариантов, – сказал Рейф. У проходившей мимо официантки он заказал еще одну пинту пива. Рейф принялся рыться в карманах в поисках мелочи и наткнулся на сапфировую булавку. – Что ты об этом думаешь? – спросил он у Зено, выложив булавку на стол.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
