– Пожалуйста, курите, – разрешил Финн и, покинув кресло, подошел к книжному шкафу. Рейф и Зено уже ввели его в курс всех подробностей дела. Более того, они сделали это дважды. Рейф терял терпение.
Зено предложил сигарету Рейфу, но тот покачал головой:
– Я бросил курить. Фанни не нравится запах табака.
Зено чиркнул спичкой.
– Насколько я понимаю, за последние несколько дней ты успел наладить отношения с хорошенькой наследницей?
– Надеюсь, что да. Отчасти.
Зено выпустил колечко дыма.
– Отчасти?
Финн едва заметно усмехнулся.
– Если постоянные пререкания – признак взаимной привязанности, то я бы сказал, что отношения налажены на все сто, – высказался Финн, снимая с полки увесистый фолиант. – Ну вот, – пробормотал он, перелистывая страницы. – Королевская конная артиллерия. Подполковник Беллкорт Вэллор Мэллори, семнадцатый полк королевской артиллерии. Вот вам и ваши инициалы БВМ, Рейф.
– Этот человек был разжалован после взрыва в его подразделении, вызванном случайным возгоранием. Несколько человек погибли. Ему самому снесло полчерепа… – Финн покачал головой. – Вы не находите это странным? Военный, так серьезно пострадавший во время несения службы, с позором уволен из армии?
– Халатность, повлекшая за собой гибель людей – серьезный проступок, – пожав плечами, заметил Рейф.
– Как бы там ни было, вы, похоже, нашли того самого человека, – заключил Финн, захлопнув книгу. – И скорее всего он и есть предводитель этого… «Утопического общества».
Внештатный консультант Скотленд-Ярда сел за стол и вновь принялся рассматривать булавку.
– Ювелир сработал добротно, и только, но камень… Камень, весьма вероятно, редкий, – сказал Финн и жестом пригласил их взглянуть на камень через увеличительное стекло.
Рейф и Зено по очереди склонились над лупой.
– Я знаком с ювелиром из Хэттон-гарден. Он родом из Восточной Европы и известен под именем Пандор Фабиан. Искусный резчик, чья специализация – особенно крупные и редкие камни. – Финн замолчал, обведя гостей взглядом. – А не нанести ли нам ему визит, господа?
Рейф распрямился.
– Самое время разъезжать с визитами, – раздраженно заметил Рейф, но, перехватив взгляд Зено, осекся и более миролюбиво спросил: – А вы уверены, что сможете это устроить?
Финн презрительно поморщился.
– Могли бы не спрашивать. Вам ли не знать, что я не берусь за работу, которую не могу исполнить.
Зено затушил сигару.
– Я бы хотел поговорить с ним в офисе. Как вы смотрите на то, чтобы подбросить этого ювелира до Скотленд-Ярда? У многих языки развязываются уже по дороге в нашу контору.
Глава 32
Рейф стоял, прислонившись к черной стене комнаты для допросов, и, скрестив руки на груди, внимательно слушал.
– Этот камень – один из семи «близнецов», – рассказывал Пандор Фабиан, – каждый из которых весом примерно по четыре карата.
Финн сидел, откинувшись на спинку стула и вытянув перед собой скрещенные в лодыжках ноги.
– А как насчет оригинала? – спросил Финн.
У ювелира забегали глаза.
– Какого оригинала?
Финн наклонился вперед.
– Прародителя всех прочих сапфиров? – уточнил Финн.
– Ах да, конечно, – пробормотал Фабиан, утирая испарину с верхней губы. – Этот камень был подарен неким индийским князем актрисе, чье имя я, по известным причинам, не могу назвать. Меньше года назад она продала мне этот камень за очень хорошую цену.
Финн и глазом не моргнул, продолжая испытующе смотреть на допрашиваемого.
– Вы хотели сказать «за слишком высокую цену»?
Ювелир пожал плечами.
– У меня не было иного выбора, и я распилил камень, – признался он.
Рейф усмехнулся. Финеас Ганн использовал приемы, хорошо известные профессиональным прорицателям и гадалкам. И на этот раз это неплохо сработало. Признаться, у Ганна было чему поучиться. Если бы вести допрос доверили Рейфу, ювелир уже давно умывался бы кровавыми слезами.
– И когда заколки были готовы, кто за ними пришел? – поинтересовался Финн.
Фабиан обливался холодным потом.
– Тот самый джентльмен, что сделал заказ, – еле слышно ответил он.
– Итак, вернемся к заказчику. Как вы могли бы его описать? У него был… – В дверь громко постучали, прервав Финна на середине фразы.
– Что там еще? – раздраженно крикнул Рейф.
На пороге стоял Мелвилл, держа за руку маленького мальчика.
– Гарри? – не веря своим глазам, прошептал Рейф, схватившись за сердце. Мелвилл выпустил руку ребенка, и мальчик бросился к Рейфу.
– Папа!
Рейф схватил сына в объятия. Вне себя от счастья, он принялся целовать сына в щеки, глаза, макушку… Рассеянно Рейф проводил взглядом Финна, который вывел ювелира в коридор.
– Слава Богу, ты цел, – прошептал Рейф, и мальчик, живое олицетворение той существенной части жизни Рейфа, которую он так тщательно от всех скрывал, всем своим маленьким телом прижался к отцу, вцепился в него изо всех своих детских силенок, словно боялся, что их снова разлучат. И Рейф не смог сдержать слез.
Рейф с маленьким сыном на руках медленно сполз по стене на пол, голова у него кружилась, ноги дрожали. До этой минуты Рейф даже не отдавал себе отчета в том, насколько дорог ему этот ребенок. Бережно ощупав голову и руки мальчика, Рейф, с трудом сдерживая дрожь в голосе, спросил:
– Тебя не обижали? Не трогали?
Гарри энергично тряхнул головой.
– Нет. Фанни приказала им меня не трогать.
Рейф судорожно сглотнул.
– Фанни? Как она?
Зено приоткрыл дверь и заглянул в комнату.
– Вы не возражаете, если я зайду? У нас есть новости, – сообщил он.
– Заходите, – сказал Рейф.
Зено присел на корточки перед мальчиком и с улыбкой протянул ему руку.
– Привет, Гарри.
Гарри не слишком охотно отпустил отца и пожал протянутую руку.
– Храбрый парень, – заметил Зено.
Рейф положил руки сыну на плечи и с гордостью сказал:
– Да, он у меня храбрец.
Зено достал из нагрудного кармана жилета носовой платок и протянул Рейфу.
– Финн считает, – сказал Зено, – что тебе следует знать: один из наших людей пытался догнать человека, доставившего сюда мальчика, и этот тип в точности соответствует описанию заказчика, которое дал нам ювелир.
– Пытался, но не догнал? Я правильно понял? – уточнил Рейф, вытирая мокрое от слез лицо сына. У Гарри заурчало в животе. – Ты голоден?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
