Эмма с разбегу ударилась обо что-то большое и теплое — что-то такое, чего раньше в этом доме не было. Она было вскрикнула, но это «что-то» оказалось с руками. Широкая ладонь тут же закрыла ей рот. Девушка отчаянно пыталась вырваться из железных тисков, но тут голос, который она и не думала больше услышать, прошипел ей в ухо:
— Да тише ты, дурочка! Или хочешь, чтобы эти двое нас услышали?
Эмма мгновенно затихла.
Какое счастье! Киллоран пришел за ней. Он спасет ее от этих вурдалаков.
— Как ты меня нашел? — пробормотала девушка сквозь слезы. — Как ты сюда попал? Они убили Герти и теперь хотят…
Граф встряхнул Эмму так, что ее голова дернулась от одного плеча к другому. Этого оказалось достаточно, чтобы она пришла в чувство.
— Тише, — приказал Киллоран, крепко сжимая ее руки.
— Ты ведь не отдашь меня им? Они меня замучают… Убьют…
— Черт возьми, Эмма!
— Но ты ведь говорил тогда, что отдашь меня Дарнли. Он убьет меня, как убил Герти. А Мириам будет смотреть…
— Ради бога, — прошипел Киллоран, крепко прижимая ее к себе. — Я не собираюсь отдавать тебя Дарнли. Хочешь, я убью его?
Эмма вспомнила окровавленную Герти, лежавшую на полу.
— Да, — неожиданно для самой себя сказала она… и тут же отказалась от своих слов: — Нет. Я просто хочу уйти из этого дома. Забери меня отсюда, Киллоран.
— Прости, детка, но мы не можем уйти прямо сейчас. Мне надо закончить одно старое дело.
— Нет! Умоляю, нет!
И тут послышались шаги. Мерцание свечей в канделябре возвестило о приближении врага, и Эмма потянула графа прочь. Вернее, не потянула, а попробовала потянуть. Киллоран остался неподвижен. За светом, который становился все ярче, он наблюдал с холодным, невозмутимым любопытством.
В дверном проеме показался Дарнли. Канделябр он держал в левой руке, правая была за спиной.
— Вот и ты, — он словно и не удивился, увидев графа. — Знаешь, Киллоран, ты мог бы и поспешить. Я уже начал бояться, что ты не ответишь на мой вызов. Впрочем, какие были сомнения в том, что похищение этой рыжей ведьмы оставит тебя равнодушным? — он злобно взглянул на Эмму и тут же шутовски поклонился. — С прискорбием вынужден сообщить вам, мисс, что вашей кузины больше нет с нами. Вы же видели, что она набросилась на меня. Я ее слегка толкнул, и мисс де Винтер упала. Виском на ручку кресла… Ваша кузина почему-то была уверена в том, что Господь избрал ее орудием возмездия, — в неверном мерцании свечей улыбка Дарнли показалась Эмме просто кошмарной. — Никак не желала перепоручить мщение мне. — Он перевел взгляд на Киллорана: — Собираешься пристрелить меня? А как же честное противостояние?
— Честное? С тобой? — граф поднял брови — Впрочем, я готов. Можешь выбрать любое оружие, какое только пожелаешь. Как именно ты предпочитаешь умереть?
— Ублюдок, — в голосе Дарнли звучала ненависть. — Ты убил мою сестру. Вы знаете об этом, мисс? Он соблазнил мою дорогую Мод, а затем бросил ее. Бедняжка в отчаянии покончила с собой.
— Остановись! — Киллоран тоже еле владел собой. — Я не соблазнял твою сестру, и ты это прекрасно знаешь.
— Мод сама мне сказала, — не унимался Дарнли. — Я заставил ее рассказать все — все, что случилось. А затем я сделал так, чтобы ни один мужчина не смог коснуться ее впредь…
— Ты взял ее силой, а затем вынудил совершить самоубийство, — Киллоран скрипнул зубами. — Теперь тебя преследует призрак Мод. Так же, как меня.
— Если ты ни в чем не виноват, зачем ей тебя преследовать?
— Да есть причина… Я ведь отказал Мод, когда она обратилась ко мне за помощью. Указал ей на дверь. Она не пожелала назвать имя своего соблазнителя, а я не поверил, что все произошло против ее воли.
— Она хотела меня! — воскликнул Дарнли.
— Она тебя ненавидела.
— Отправляйся к дьяволу!
В правой руке Дарнли оказался пистолет. Раздался выстрел. Поняв, что, должно быть, промахнулся, Дарнли в одну секунду поставил канделябр на пол и бросил оружие. Он кинулся вперед, но не на Киллорана, а на Эмму. Негодяй схватил девушку. Она даже не успела понять, как в его руке оказался нож. Тем не менее, сейчас ее горло покалывало острое лезвие.
— Отпусти ее, Джаспер, — спокойно сказал Киллоран. — Какой тебе прок от того, что она умрет?
— Не скажи, — ухмыльнулся Дарнли. — Тебе ведь не все равно. Ее жизнь для тебя дороже своей. Я перережу ведьме горло, так что она умрет прямо у тебя на глазах, и ты ничего не сможешь сделать. Смотри, я надрезал кожу, но рана пока не смертельная. И попробуй только пошевелиться! Одно твое движение, и я воткну нож по самую рукоятку. Для тебя это будет куда мучительнее, чем если бы…
— Что ж, тогда поспеши, — спокойная интонация исчезла из голоса Киллорана. Теперь в нем звучала скука.
— Хочешь уверить меня в том, что тебе наплевать на девку? Даже не пытайся. Я знаю, что это не так.
— Неужели? — Киллорана словно позабавила такая уверенность Дарнли. — И с каких это пор ты начал подозревать меня в сентиментальности? Убей ее, но только, ради всего святого, побыстрее. Я хочу покончить с этим и вернуться домой, к своей бутылке бренди. Но до этого мне нужно отправить на тот свет тебя, Дарнли. Я и так задержался с этим на несколько лет. А что касается женщин… Все они одинаковы. Так какая мне разница, заберешь ты Эмму с собой в ад или нет?
«Он говорит неправду, — подумала Эмма. — Пытается ввести этого негодяя в заблуждение, чтобы он отпустил меня. Или все-таки?..»
— Я тебе не верю, — заявил Дарнли, но голос его звучал уже не столь уверенно.
— Так я, по-твоему, действительно сентиментальный глупец? Убивай ее, не тяни. Потом я прикончу тебя.
Нож по-прежнему был у ее горла, и Эмма чувствовала, что по шее течет кровь. Киллоран теперь стоял, прислонившись спиной к стене. Казалось, что граф не двинется с места, даже если в доме начнется пожар.
— Тебе не удастся…
Вдруг Дарнли дернулся, и Эмма тут же услышала выстрел. Дарнли рухнул на пол, еще раз оцарапав девушке горло. Она в ужасе схватилась за шею обеими руками, и тут от стены к ней метнулась быстрая тень. Киллоран…
— Все кончено, — граф сжал ее плечи. — Он мертв.
Эмма была чуть ли не в истерике и не сразу поверила услышанному.
— А что, если…
— Я убил его выстрелом в лоб, — Киллоран достал из кармана белоснежный платок и протянул его девушке. — Он мертв, Эмма.
Она ошеломленно смотрела на спокойное лицо графа.
— То, что ты сейчас говорил… это правда? — она не отрывала рук от горла.
— Чего ты от меня ждешь? — Киллоран сам стал вытирать кровь, сочившуюся из-под пальцев девушки. — Что здесь, над телом своего злейшего врага, я поклянусь тебе в вечной любви? Мне нет дела ни до кого и ни до чего. Я ведь уже говорил тебе об этом. Не знаю, что еще я должен сделать, чтобы ты мне наконец поверила.
