вы собираетесь выпить его, вы узнаете, что в чаше яд, тогда ваша рука, тянущаяся к чаше, тут же отдергивается. То есть, как только вы узнаете о яде, чаша остается нетронутой. Итак, когда знание остается действием, оно называется истинным знанием. А если вам приходится делать усилие, чтобы изменять ваше поведение, после того как вы узнали, тогда это поведение навязывается вам. Оно не может быть названо результатом знания.
Знание, которое было навязано, чтобы произвести определенное действие, которое не становится действием само по себе, называется в Упанишадах Авидьей — невежеством. А вот Видья — истинное знание — изменяет жизнь человека безусильно, он как бы и не знает, что произошло какое-то изменение. С одной стороны, сгорает невежество, а с другой — исчезает тьма. И то, и другое случается одновременно. Можно ли создать такую лампу, которая при зажигании не устраняла бы тьму? И надо ли нам будет делать специальные усилия, чтобы устранить тьму. После того, как свет зажжен? Если бы это было так, тогда лампа была бы символом Авидьи — тьмы. Но тьмы не существует, когда горит лампа. Зажигание лампы означает гашение тьмы. Такой лампой и является Видья.
В этой связи надо запомнить две вещи. Почему случается так, что даже после того, как мы узнали, трансформация не происходит? Ко мне приходит много людей, которые говорят: «Мы знаем, что гнев ужасен, это отрава, она жжет, это огонь, это ад, и все же мы не свободны от него». Тогда я говорю им: вы ошибаетесь, когда думаете, что знаете, что такое гнев. Вы думаете, что уже знаете, и все же спрашиваете себя: «Что надо делать, чтобы гнев ушел?» Такова ваша ошибочная точка зрения. На самом деле вы не знаете, что гнев это ад. Возможно ли, чтобы человек не выпрыгнул из гнева, как только он узнал, что гнев — это ад?
Про Будду где-то сказано вот что: некий человек, чья жизнь была полна забот и печалей, обратился к Будде за советом — как выбраться из несчастий. В его жизни не было ничего, кроме горя и беды. Будда сказал ему — отбросить эти заботы и печали, выйти из них немедленно. «Я покажу тебе путь, как выйти из них», — сказал он.
Человек сказал: «Покажи мне путь сейчас, а потом, постепенно, я буду пытаться следовать твоему пути». Тогда Будда сказал: «Ты как тот человек, у которого загорелся дом, а он говорит: «Большое спасибо за ваш совет, теперь я постепенно постараюсь выбраться из дома». Затем Будда сказал, что было бы лучше, если бы тот человек заявил: «Вы лжете, я не вижу никакого пожара». Но человек не говорит так, он говорит: «Я вам верю. Я верю, что пожар есть, и постепенно попытаюсь выбраться из дома».
Спасается ли кто-нибудь постепенно, когда слышит предупреждение о пожаре? Нет, человек сразу же бежит. Он не остановится, даже если сообщивший о пожаре человек остается позади. Узнавший о пожаре сперва спасается, а потом уж благодарит, когда оказывается вне дома. Поэтому Будда сказал: «Ты веришь, что пожар есть, но отказываешься видеть его, потому ты страдаешь понапрасну. Такому человеку, как ты, не стоит даже затруднять себя расспросами. Тебе не стоит даже пытаться проверить мой совет. Ты даже глаз не открыл, чтобы увидеть, что вокруг тебя пожар. Ты признал, что ты в беде, и теперь ты думаешь:»В доме пожар, теперь я буду выбираться отсюда мало-помалу», — и ты еще просишь меня показать тебе путь к спасению».
Когда кто-нибудь говорит мне: «Я знаю, что гнев — это плохо, и все же я не могу освободиться от него», — я говорю: было бы хорошо, если бы вы могли сказать: «Я не знаю, что гнев — это плохо». На самом деле вы знаете вот что: «Гнев — это хорошо, и я делаю то, что хорошо. Но я слышал от других людей, что гнев — это плохо». Вы считаете знанием то, что вы слышали.
Тогда что же такое знание? Вы должны будете узнать внутри себя, что гнев — это плохо. Поэтому вы должны будете пройти через него, вы должны будете вытерпеть и огонь гнева, вы должны будете вынести душевные страдания и боль, вызванные гневом. Когда все ваши пределы будут сожжены пламенем гнева и когда вся ваша жизнь станет великим смятением, полным дыма, тогда не надо будет идти к кому-то, чтобы спросить, плох гнев или нет. Тогда не надо будет искать какой-либо метод, ритуал или средство для того, чтобы спастись от вашего гнева. Познав, что гнев — это огонь, вы сразу же освободитесь от него. Такое познание и есть Видья — истинное знание.
Упанишады называют истинным знанием то знание, которое несет внутри себя свободу, которое сразу же освобождает знающего. А то знание, у которого отсутствует этот атрибут, не есть истинное знание. Мы все имеем много информации. Мы все знаем много вещей. Если бы мы обратились к Упанишадам за определением качества нашего знания, они объявили бы его Авидьей — невежеством — ибо наше знание даже не касается нас, оно не трансформирует нас. Хотя наши знания увеличиваются, мы остаемся там, где мы есть. Знание становится складом информации, и мы стоим далеко от него. Наша сокровищница становится все больше и больше, но это просто накопление, хотя мы заявляем, что это знание. И всякий, кто считает это знанием, скоро будет блуждать в безнадежном состоянии. Это невежество.
Принимайте как истинное знание не то, что является дополнением к вам, а то, что трансформирует вас. Истинное знание есть то, что не требует никакого запоминания, а становится самой вашей жизнью. Истинное знание есть то, что не превращается в память, а впитывается в саму вашу жизнь. Дело не в интеллектуальном знании того, что гнев — это плохо, а в вашем поведении, отражающем открытие вами того, что гнев — это плохо. Дело не в том, что вы вешаете на стенах вашего дома плакаты, на которых написано: «Жадность — грех», а в том, что ваши глаза, ваши руки и ваше лицо отражают ваше понимание того, что жадность — это грех. Это становится истинным знанием только тогда, когда вся ваша личность демонстрирует, что жадность — это грех.
Упанишады воздали огромное почтение Видье. Она была высоко оценена. Она считается алхимией, трансформирующей жизнь. То, что мы понимаем под знанием, есть всего лишь приспособление, помогающее нам зарабатывать себе на жизнь. Один человек
