— врач, другой — инженер, третий — владелец лавки. У всех нас есть свое собственное знание, но оно не трансформирует жизнь, оно просто помогает нам влачить существование. Эти различные отрасли специализированного знания не дают жизни новый поворот, они просто делают жизнь безопасной. Новые цветы не распускаются благодаря им, они просто не дают корням жизни засохнуть. Никакой экстаз нс входит в жизнь благодаря им, только защита, планирование и приспособление, чтобы избежать трудностей и неудобств в жизни. То, что мы называем знанием, есть всего лишь средство для того, чтобы эффективным и удобным образом зарабатывать себе на жизнь. Упанишады называют это
Авидьей. Согласно Упанишадам, Видья есть то, что не просто протаскивает жизнь немного дальше, а поднимает жизнь на более высокий уровень. Запомните, Авидья горизонтальна. Видья не вертикальная, она уходит в небо. Авидья подобна воловьей упряжке, тяжело движущейся по дороге. В ней нет взлета, как на самолете. Она не может взлететь и устремиться ввысь. В ее путешествии от рождения к смерти она никогда не оставляет своего нижнего уровня, и мы умираем на том же уровне, на котором родились. Обычно колыбель — это могила. Между уровнями рождения и смерти едва ли есть какое-либо различие. Постоянно двигаясь горизонтально, мы все, в конце концов, находим свои могилы, ибо они находятся не очень далеко от наших колыбелей. И даже если они находятся далеко, уровень остается тем же.
Видья же вертикальна, устремлена ввысь. Уровень меняется. Вы не то, что были раньше. Как только вы достигаете истинного знания, вы — другой человек. Будда, Махавира или Кришна стоят совсем рядом с нами, в непосредственной близости к нам, касаясь наших плеч, и все же они не с нами — их нет нигде рядом с нами. Они высоко на некоей вершине. Кажется, что их тела находятся рядом с нами, но их дух не с нами. Они прошли через Видью. Они знающие в истинном смысле слова.
Эта сутра Упанишады говорит нам, что Авидья имеет свою ценность так же, как Видья имеет свои достоинства. В Авидье есть своя польза. Упанишада не говорит: «Убейте Авидью», — она говорит: «Не принимайте Авидью за Видью». Это не означает, что вы не должны стоять ногами на земле в этом мире, а только воспарять все выше и выше в небеса. По правде говоря, человек, который хочет подняться к небу, должен крепко стоять ногами на земле.
Ницше сказал где-то, что дерево, которое хочет коснуться неба, должно направить свои корни в землю. Дерево идет вниз настолько же, насколько оно поднимает вверх. Дерево, которое достигает звезд в небе, имеет корни, глубоко уходящие в землю. Дерево может вытянуться настолько, насколько его корни идут в глубь земли.
Упанишады не выступают против Авидьи. Мнение, что они против нее, привело к огромному заблуждению. Я объясню это вам, ибо никто не может сказать, сколько несчастья и горя претерпел Восток из-за этого ошибочного мнения. Упанишады понимались неправильно. Мы совершаем ошибку, принимая Авидью за Видью. Упанишады выступают против этого. Они говорят нам, что Авидья не есть Видья и различие между ними должно быть правильно понято. Затем мы совершаем другую ошибку. Простая истина заключается в том, что мы упорствуем в заблуждении, ибо мы совершаем либо одну ошибку, либо другую.
Согласно Упанишадам, наши современные университеты следовало бы назвать центрами Авидьи, так как им совершенно нет дела до Видьи. Наши университеты являются центрами Авидьи, и их ректоры являются ректорами Авидьи. Из этих центров распространяется только Авидья. Но Упанишады не выступают против Авидьи. Они просто говорят: «Не полагайте, что эта Авидья есть Видья, не совершайте эту ошибку».
Четко уясните себе разницу между ними. В Авидье есть своя польза. Неверно, что врачи не нужны. Не верно, что жизнь была бы лучше без владельцев лавок. Нет, лавочники, врачи, инженеры, мусорщики, чернорабочие — все они необходимы. Они полезны для общества. Но ошибочно считать это обучение ради добывания средств к существованию, обучением жизни. Такой человек просто зарабатывает себе на хлеб и умирает.
Иисус говорит: «Не хлебом единым жив человек». Это не означает, что вы можете жить без хлеба, но может ли один хлеб быть жизнью? Хлеб — это необходимость для жизни, но не сама жизнь. Мы заполняем фундамент здания камнями и здание не может быть построено без них, но запомните, эти камни в фундаменте не есть само здание. Не живите в заблуждении, что здание построено, когда фундамент заполнен камнями. Да. Здание не может быть построено, если не заложен фундамент. Фундамент должен быть заложен, это необходимое зло. Упанишады говорят, что у Авидьи есть своя польза, а именно — она обеспечивает средства к существованию. Она является внешним атрибутом жизни, она имеет отношение к физической жизни, она является средством поддержания жизни. Но не считайте Авидью всем. Она необходима, но не достаточна. Все не будет претворено ею одной.
Страны Востока, и особенно Индия, допустили вторую ошибку. Они сказали: «Когда мудрецы Упанишад — мудрые и знающие — говорят, что нечто есть Авидья, мы должны быть безразличны к нему. Мы должны придерживаться только Видьи». Поэтому наука не могла проложить себе путь на Востоке. Мы игнорировали все, что считали Авидьей. Поэтому Восток стал беспомощным, нищим и порабощенным. Если бы мы заинтересовались Авидьей, мы бы стали материальными, но мы так упорно игнорировали ее, что стали беспомощными и бедными в физической жизни.
Упанишады говорят, что полезно и то, и другое. И то, и другое полезно в различных измерениях. У Авидьи есть свое место в жизни. От нее не надо отказываться. Надо только помнить, что она не есть все. У Видьи тоже есть свое место.
Мудрец сказал в этой сутре еще кое-что: «Мы услышали это от тех, кто познал». Чтобы понять это заявление, надо немного углубиться в него. Сказано: «Так мы слышали от мудрых, которые объяснили нам это». Разве мудрец, который сказал это, не знал это сам? Он что, говорит нам то, что слышал? Он что, сам не знает это? Он повторяет нам заимствованное знание? Нет, этот вопрос должен быть понят правильно, ибо он вызывал большую путаницу. Необходимо понять форму выражения в те далекие времена, когда были написаны Упанишады.
Никто никогда не говорил: «Я знаю». Тому были причины. Причиной было не то, что человек не знал, причиной было то, что эго — «я» — исчезает после познания. Если бы мудрец Упанишады сказал: «Я говорю это после того, как
