Мы прошли мимо неподвижных тел. Тут были и люди, и Иные, Сон Мерлина не делал между ними различия. Я заметил нескольких спящих Инквизиторов, за бутафорскими стенами все просто сияло от аур. Они ждали, и засада была подготовлена на славу.
Вот только всей силы примененного артефакта никто не знал.
– А про барьер на третьем слое не забыли? – спросил я.
– Нет, – ответила Арина.
Я заметил, что по пути то Эдгар, то Арина оставляли на полу и стенах «Подземелий» заряженные магией предметы, с виду совершенно невинные: клочки бумаги, пластинки жевательной резинки, обрывки бечевки. В одном месте Эдгар быстро начертил на стене несколько странных символов красным мелком – мелок рассыпался пылью, едва он вывел последний знак. В другом Арина, улыбаясь, рассыпала по полу коробок спичек. «Последний Дозор» явно опасался погони.
Наконец мы вошли в зал с гильотиной, почему-то выбранный «Последним Дозором» как точка входа в Сумрак. Наверное, именно тут было средоточие Силы, центр воронки.
И тут, помимо двух спящих магов первого уровня, нашелся один бодрствующий человек.
Молодой, плотный, невысокий, в очках на интеллигентном лице, в джинсах и пестрой рубахе, он выглядел очень мирно. В углу комнаты я заметил спящую девочку лет десяти с заботливо подложенной под голову сумкой. Они что, решили открыть проход кровью ребенка?
– Дочка уснула, – развеял мою ошибку человек. – Крайне интересное устройство, должен признать… – Он достал из кармана маленькую сферу из переплетенных решеткой грубых металлических полосок. – Рычажок сдвинулся и обратно уже не возвращается.
– Так и должно быть, – сказал Эдгар. – Обратно он вернется через семьдесят с лишним лет. Так что для тебя устройство бесполезно, оставишь тут. Держи!
Он бросил мужчине пачку денег. Тот поймал ее на лету, небрежно провел пальцем по срезу купюр. Я заметил, что левую руку он держит за спиной. Ой-ей-ей…
– Все правильно. – Мужчина кивнул. – Но меня несколько смущают масштабы происходящего… и те устройства, которые вы используете. Мне кажется, сделка была совершена на заведомо неравных условиях.
– Я же говорил, что будет так, – сказал Эдгар Арине. Вновь обернулся к мужчине: – Чего ты хочешь? Еще денег?
Мужчина покачал головой.
– Бери деньги, дочку и уходи, – сказала Арина. – Мой тебе совет.
Мужчина облизнул губы. Потом расстегнул рубашку.
Оказывается, он вовсе не был толстым. Его торс был закован в какой-то корсет вроде ортопедического. Вот только из ортопедических корсетов не торчат провода.
– Килограмм пластита. Выключатель по принципу «мертвой руки», – сказал мужчина, поднимая левую руку. – Я заберу эту сферу, все те странные побрякушки, что нашел на этих ребятках, – он пнул одного из лежащих Иных, – и все то, что у вас в карманах. Понятно?
– Чего ж тут не понять, – сказал Эдгар. – Я сразу говорил, что так все и будет. Я тебя правильно выбрал.
Я вдруг заметил, что Геннадия среди нас уже нет.
– И это избавляет от ряда проблем морального свойства, – сказал Эдгар, отворачиваясь.
Пояс со взрывчаткой вдруг разлетелся на клочки. Это был не взрыв, а словно бы взмах когтистой невидимой руки, двигающейся с неестественной скоростью… к примеру – из Сумрака. Мужчина растерянно разжал левую ладонь – из нее вывалился маленький выключатель с нелепым хвостиком оборванного провода. Не врал…
В следующий миг мужчина закричал, и я тоже предпочел отвернуться.
– Редкой мерзости тип, – сказал Эдгар. – Он ведь всерьез угрожал, хотя девочка – его родная дочь. Но зато мы получили необходимую нам кровь без убийства невиновных, которые так огорчают Арину.
– Ты ничуть не лучше его, – ответил я.
– Я и не претендую. – Эдгар пожал плечами. – Пошли. Нам не впервой ходить вместе в Сумрак, верно?
Он даже взял меня за руку. Я не протестовал. Нашел на полу свою тень – и шагнул в нее. Сквозь удар ледяного ветра, в вымороженное, жаждущее пространство Сумрака…
Первый слой.
Не задерживаясь – дальше. Второй слой. Пространство вокруг бурлило – то ли взбудораженное живой кровью, то ли от пробитого здесь когда-то Мерлином мироздания.
Эдгар и Арина по-прежнему были рядом. Собранные, напряженные. А через миг появился и Геннадий, облизывающий окровавленные губы. На втором слое я его едва узнал – такой чудовищной злобой и безумием было обезображено лицо Саушкина-старшего.
Третий слой. Тут еще бушевали отголоски водоворота Силы, недавно преграждавшего путь вниз. Эдгар начал озираться и произнес:
– Кто-то идет за нами… знак сработал.
– Удачно? – Изо рта Арины вырвалось облачко пара.
– Не знаю. Идем ниже!
Четвертый слой встретил нас розовым небом и цветным песком. Я вырвал руку из хватки Эдгара и сказал:
– Мы договаривались! Драться с големом я не полезу!
– Тебя никто и не заставляет. – Эдгар осклабился. – Не бойся, постоишь в сторонке. Вперед!
Именно здесь я собирался устроить спор. Потянуть время, убежать, а то и, если удастся, остаться, отправив «Последний Дозор» на бессмысленную схватку с монстром.
Но меня будто толкало что-то. Словно та же мания, что обуревала Арину, Эдгара и Геннадия, овладела и мной. Я должен был спуститься на пятый слой… должен!
Хотя бы усыпляя их бдительность…
– Хорошо, но голову из-за вас я класть не собираюсь! – выкрикнул я и под бдительным взглядом Эдгара шагнул на пятый слой.
Они возникли рядом почти мгновенно. Да, накачались изрядно. Только Геннадий чуть поотстал, видимо, прошел со второй попытки.
А здесь все-таки было куда приятнее верхних уровней Сумрака! Прохладно, стыло, но уже без высасывающего жизнь ледяного ветра. Опять же – краски почти натуральные…
Я огляделся в поисках голема. И обнаружил его метрах в двухстах – из высокой травы торчали две змеиные головы, поворачивающиеся, будто перископы подводных лодок. Вот голем обнаружил нас. Головы вздрогнули, вытянулись выше. Раздалось шипение, очень напоминающее змеиное, если бы оно не доносилось с такого расстояния…
Через мгновение змея уже скользила в нашу сторону, ухитряясь при этом держать над травой обе свои головы.
– Глава и хвост, – задумчиво сказала Арина. – Не знаю, не знаю… Эдгар, выпускай Конга.
Что она имела в виду, я понял, когда Эдгар достал из кармана маленькую нефритовую статуэтку – длиннорукая обезьяна с короткими острыми рожками, торчащими из головы. Инквизитор подышал на фигурку, потом осторожно открутил ей голову – внутри фигурка оказалась полой – и бережно опустил открытый флакон в траву. Когда сосуд стал испускать зеленый дым, оборачивающийся чудовищем, мы едва успели отпрянуть.
На Кинг-Конга дэв, охотившийся в Самарканде за Алишером, ничуть не походил. В общем-то и ростом для этого не вышел, от силы метра три в холке. Но оскаленная пасть, мускулистые лапы с острыми когтями, жесткая шерсть темно-зеленого цвета и горящие тупой злобой оранжевые глаза впечатляли куда больше, чем сентиментальная громадина из фильмов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
