Но прошлой ночью, когда она лежала без сна, слушая, как снаружу бушует шторм, он появился в дверях, освещаемый вспышками молнии, и сказал:
- Пойдем.
Она скучала по нему до боли, и не нашла в себе сил отказать ему. Взволнованная, она вышла за ним на улицу. Снаружи шел дождь, он взял её под деревом, сначала сзади, а потом усадил её себе на колени. После этого он потеряла счет тому, сколько раз они занимались любовью, но каждый раз, он прилагал все усилия чтобы не кончить в неё - и не укусить её.
Этим утром, когда Кэрроу с трудом открыла глаза от изнеможения, она была приятно удивлена, тем что Мальком рано-рано зашел в хижину, поднял Руби и увел её - как если бы хотел дать Кэрроу поспать подольше.
Такой заботливый жест, так поступают настоящие мужья. Но позже, когда она поблагодарила его, он холодно ответил, что сделал это вовсе не для неё.
Ну да, она получила свою долю пинков, напевая про себя "Tub - thumping" (песня Chumbawamba, судя по смыслу, о том, что получив пинок от судьбы, надо бы снова подняться), придержав язык и нацепив улыбку. Меня сбили с ног, но я снова поднимаюсь.
Она первая начала влюбляться в него, из-за того что чувствовала, как о ней заботятся, оберегают её. Теперь это пренебрежение с его стороны просто убивало её, постоянно напоминая Кэрроу о её детстве.
Когда она была маленькой, то думала, что если будет вести себя хорошо и заставит своих родителей гордиться ею, то они наконец смягчатся по отношению к ней и полюбят Кэрроу. Сейчас она начала понимать, что они никогда не полюбили бы её.
Но полюбит ли Мальком?
Всё же его поведение позволило ей понять кое-что. Она скверно поступила с ним, и если относясь к ней подобным образом какое-то время, он сможет простить её и забыть о её предательстве, она готова потерпеть.
Но несмотря на это, она не могла найти причин, которые заставили бы её вынести отношение родителей. Она посмотрела на своё кольцо с изумрудом, единственное, что связывало её с ними. Что если она только что признала своё поражение? Конец всем её надеждам?
После чего Кэрроу задалась вопросом, а вдруг Мальком никогда не сможет забыть о её предательстве?
Это будет проблемой, подумала она, поднимаясь с кровати, чтобы отыскать его.
Потому что Кэрроу уже успела влюбиться в Малькома Слейна.
Две ведьмы заставили Малькома переосмыслить всё, что он до этого знал. Для демона в его возрасте это был не совсем приятный процесс.
Через какое-то время его дни превратились в своего рода рутину. Днем он рыбачил и проверял расставленные по периметру ловушки вместе с Руби, ходившей за ним по пятам. После этого девочка учила его писать слова на песке. По ночам он видел сны.
Воспоминания Кэрроу начали вытеснять его собственные кошмары из прошлого. И не все её воспоминания были полны одиночества или рисовали перед ним картины её бесконечных кутежей или войн.
Он всё больше и больше узнавал то, какой была её жизнь - он видел автомобили, огромные мосты и лодки, по величине похожие на горы. Он видел её дом, поместье под названием Андуан, о которым она говорила своим родителям. Там было много других ведьм и это место окружали необычные существа.
Но еще Малькома начали терзать ночные кошмары о его поездке с Кэрроу к ней домой. Как только они добирались до места, она шептала, "Мне так жаль, Мальком". Или, в другой версии кошмара, она не извинилась, а смеялась над ним, в точности как те демонессы, когда будучи маленьким мальчиком он умирал с голоду.
Кэрроу призналась, что она хочет разделить с ним будущее, она мечтала об этом даже до того, как они шагнули в тот портал. Может ты и хочешь этого, ведьма, но все мои мечты остались там, за дверью того портала. Он заботился о ней, готов был на все ради неё, слепо последовав за ней. И с ним случилось самое худшее из того, что могло произойти...
Он услышал, как Кэрроу приближается к нему.
- Почему ты никогда не остаешься внутри, вместе с нами? - спросила она, стоя у него за спиной.
Он пожал плечами.
- Не возражаешь, если я сяду?
Сядет. Будет говорить со мной. Скажет что-нибудь, что ослабит моё недоверие. Мальком не хотел чувствовать всё это, но несколько дней с ней не могли стереть из его памяти четыреста лет страданий. Старые страхи оказалось не так то легко победить.
Чувствуя, что она уже готова уйти, он хрипло сказал:
- Садись.
Она села рядом с ним на песок.
- Мне нужно знать, когда ты планируешь отправиться вглубь острова на поиски.
Он не планировал. Потому что Мальком не собирался возвращать её в её прежний дом. Если он и пойдет на "поиски", то вернется со словами, что нет никакой возможности покинуть этот остров.
Это место было раем. Впервые за всю свою долгую жизнь он был абсолютно доволен всем, что у него было.
Хотя он не по собственной воле оказался на этом острове, он предпочел бы остаться здесь, расширив территории их владений, может даже построил бы более просторное жилище, в котором бы можно было укрыться, запасясь едой и водой.
Море полно еды. Рыбачить для его женщины и их ребенка было для него удовольствием.
Но что еще более важно, это место было без пронзительных криков и слепящего света, которыми был полон её дом. И без войн.
- Почему ты так хочешь вернуться? - спросил он ее. - Разве здесь так плохо?
- Я должна вернуться домой. Там моя жизнь.
- Ты моя женщина. Твоя жизнь со мной.
- Тогда давай проведем наши жизни вместе. В Новом Орлеане, - весело сказала она. - Мальком, ты будешь счастлив там вместе с нами. Но тебе придется научиться доверять мне.
Просто прими её предложение, настаивала какая-то его часть. Если она снова предаст его, он переживет это. Но потом он вспомнил, как она выглядела, когда, улыбаясь, смотрела на Руби, собирая вместе с девочкой ракушки.
Нет. Нет, я не смогу.
Если он позволит себе влюбиться в Кэрроу, а она снова покинет его, он не сможет жить с этим. Поэтому поверив ей, он доверит ей всю его жизнь.
Теперь ситуация была еще сложнее. Он привык заботиться о маленькой девочке, находящейся на попечении ведьмы. Если Кэрроу оставит его, она заберет с собой ребенка.
Что было недопустимо. Он уже решил, что если Кэрроу может удочерить Руби, то и он тоже может это сделать. Если девочка нуждается в матери, которая будет любить её, то она нуждается и в отце, способном защитить её.
Отец. Его новое предназначение и новое имя для него. Теперь он не будет ублюдком, рабом и убийцей, это новое имя для него вытеснит все эти прозвища. Теперь он не просто сын шлюхи...
Когда он не ответил, она спросила:
- А как же Руби? Её друзья и школа остались дома.
