Джиане пришлось вцепиться в одеяло, чтобы сдержать ярость. Ей очень хотелось не обращать внимания на Сакстона, но вместо этого неожиданно для себя самой она выкрикнула:
– Я не жена тебе, можешь убираться к дьяволу!
К ее удивлению, Алекс улыбнулся:
– Вот это уже лучше. Мне было просто интересно, как долго ты будешь разыгрывать из себя этакую бесстрастную фифу! Давай, скажи, что ты обо мне думаешь!
– Заткнись! Черт бы тебя побрал! Алекс Сакстон, прекратите издеваться надо мной!.
Алекс уселся на кровать рядом с ней. Но на этот раз Джиана не поторопилась отодвинуться. Она почувствовала, как Алекс бережно убирает пряди волос с ее лица. Затем он наклонился к ней и поцеловал ее в кончик носа. Джиана попыталась вырваться, но Сакстон просто вытянулся рядом с ней и крепко прижал к себе.
– Пусти меня! – кричала она, упираясь ему в плечи – Я тебя насквозь вижу! Не знаю только, что за игру ты затеял, но я отказываюсь принимать в ней участие.
Сакстон зарылся лицом в ее волосы.
– Я в жизни не был так напуган, Джиана, поверь мне, – прошептал он.
– Ты?! Напуган?! – утихла Джиана.
Алекс нежно погладил ее гладкую щеку.
– Тебя могло убить, – просто сказал он. – Я так и видел, что ты попала под эту проклятую мачту. И ты, и ребенок – оба мертвые. – Он тяжело вздохнул. – Я бы этого не перенес.
– Я не сошла с ума, Алекс, – устало глядя на него, проговорила Джиана. – Ты не был напуган, ты просто озверел от злости. И говорил мне… ужасные вещи.
– Знаю, но тебе известно, что я несдержанный человек. Ты мне очень дорога.
– Ну вот. Теперь выясняется, что это я виновата. Хотя если кто и виновен в произошедшем, то это ты.
– Мы оба виноваты. Ну, может, именно в этом случае я действительно вел себя несколько… несдержанно. Ты простишь меня?
– Ты хочешь, чтобы я простила тебя и вернулась с тобой домой только для того, чтобы избежать скандала?
– Вот об этом я как раз и не думал. Нет, я прошу прощения, потому что испытываю раскаяние. Обещаю в будущем сдерживать себя.
– Я знаю, Алекс, что это пустое обещание. Сдерживаться ты наверняка не собираешься.
– Хорошо. Что ж, в таком случае каждый раз, когда я выйду из себя, буду просить прощения.
– А это действительно имеет для тебя значение, Алекс? – глядя в глаза Сакстону, спросила Джиана.
– Конечно, имеет, – ответил он, нежно поцеловав ее. – Видишь ли, маленькая упрямица, я люблю тебя. – Он почувствовал, как напряглось ее тело, но продолжал говорить:
– Когда я вернулся домой, хорошенько хватив бренди, и обнаружил, что тебя нет, мне захотелось душу из тебя вытрясти – так я разозлился.
– Но ты не можешь любить меня, – проговорила Джиана. – Ты ни разу не говорил мне о любви. Мы заключили… деловое соглашение.
– Это было раньше… С тех пор многое изменилось, – говорил Алекс, чувствуя, как она устала и как не уверена в себе. – Не оставляй меня, Джиана. Пойдем домой.
Внезапно ее лицо изменилось.
– Хорошо, – сияя улыбкой, ответила она. – Я пойду с тобой, но никогда не смогу тебя понять. – Джиана повернулась лицом к Сакстону, вдохнув знакомый аромат его тела.
– А себя-то ты понимаешь, принцесса?
– Нет… иногда…
– Ты хотела оставить меня?
– У меня не было выбора, – вздохнула Джиана. – Этого захотел ты, а не я.
Он еще раз поцеловал ее, а затем медленно промолвил:
– Я бы с большим удовольствием услышал от тебя, что ты мне доверяешь, а не любишь.
На мгновение Джиана решилась дара речи: он все понимал, черт бы его побрал. Все знал!
– Но мы все время ссоримся, – промолвила она, зная, что Сакстон, как и она, видит, что они ходят вокруг да около, не говоря о самом главном.
Алекс провел языком по губам Джианы, а затем встал.
– Куда… куда ты идешь?
– Пора обедать.
***
…Джиана пила уже второй бокал шампанского, когда Алекс сердито спросил:
– Так что ты все-таки делала на верфи?
– У меня была замечательная новость для тебя, и, выслушай ты меня тогда, скандала между нами, возможно, и не было бы.
– Единственное, что меня волнует, Джиана, это твоя беременность.
– Ах ты, мерзавец! Первые тридцать жатвенных машин сейчас едут в Нью-Йорк! – Джиана опустила глаза. – Поэтому я и пришла на верфь. Я была так воодушевлена этим сообщением, что сразу побежала к тебе. У меня совершенно вылетело из головы, что ты запретил мне ходить туда.
Алекс пересел на свой стул, держа в руках бокал с шампанским.
– Стало быть, моя жена – удачливая предпринимательница, – задумчиво произнес он.
– И у меня хорошее деловое чутье, – вздернув вверх подбородок, добавила Джнана.
– Да, похоже, что так. Хочешь выпить? Чтобы отпраздновать твой успех?
Джиана облизнула губы – обычно этого жеста было довольно для того, чтобы Алекс начинал дрожать от желания.
– Но разве мы не можем считать это нашим общим успехом? – спросила она.
– Да, – улыбнулся Сакстон. – Согласен. Устроим гулянку?
Джиана неуверенно поглядела на него. Ах каким чертовски скользким бывал он иногда! Алекс сказал, что любит ее, но, похоже, опять пустился в какую-то игру с ней.
– Да, – согласилась Джиана. – Если хочешь.
Она не сводила глаз с его рта, и Сакстон тихо засмеялся. Ее страсть к нему никогда не затихала и продолжала удивлять Алекса. Он встал, потянулся и медленно разделся, аккуратно вешая вещи на спинку стула. Затем Алекс уселся на стул в непристойной позе.
– У тебя на ребрах синяк, – заметила Джиана.
– Я потом тебе расскажу о его происхождении.
Алекс насмешливо оглядел Джиану с головы до пят:
– Ну что, любимая, теперь твоя очередь?
Джиана гордо подняла голову и сказала:
– Да. И не думайте, что вам удастся вогнать меня в краску, Алекс Сакстон.
Но все же, когда платье и сорочка упали на пол, она от смущения и глаз не могла поднять на Алекса. Тогда он обнял ее и усадил к себе на колени.
– Смотри-ка, какой ты стала толстой, я едва могу обхватить тебя руками, – промолвил он, положив руку ей на живот.
Негромко вскрикнув, Джиана прижалась к нему обнаженной грудью.
– Вы не в состоянии держать себя в руках, мадам? – засмеялся он. – Ты же изнываешь от желания. – Сакстон поцеловал ее, чувствуя, что напряжение последних дней спадает, уступая место лишь страсти и невероятной нежности. Укладывая Джиану на кровать, он слышал бешеный стук ее сердца.
Они занимались любовью очень осторожно, нежно лаская друг друга и вскрикивая от наслаждения. И когда Джиана закричала, забилась в конвульсиях, которые передались и ему, плоть Алекса взорвалась внутри ее тела.
– Я люблю тебя, Алекс! – в отчаянии закричала Джнана, прижимаясь к нему. – Черт возьми, люблю тебя!
